The Greatest Thing I Ever Stole (Your Heart) || Величайшая вещь, которую я когда-либо украл (твое сердце)

— Я не понимаю, как Эггман мог всё это сделать из тюрьмы? — спросил Соник. — Всё просто! — раздался голос из расположенной сбоку панели управления, и два ежа встали перед ней. — Вы думаете, я действовал один? Я предусмотрел все меры предосторожности ещё до того, как придумал этот план! Теперь всё происходит автоматически, и вы ничего не сможете с этим поделать! К этому моменту Руж и Омега наконец спустились вниз, осознав всю серьезность происходящего. — Но разве это не убьет и тебя? Я думал, ты все еще в нью-йоркской тюрьме? — спросил Соник. — Вот тут-то всё и становится намного интереснее! Я ведь совсем не в Нью-Йорке! На другом экране, не попавшем под перекрестный огонь, включилось изображение Роботника, развалившегося в удобном кресле, примечательно, что он был не в тюремной форме. — Там Роботник — всего лишь голограмма. Я в безопасности и совершенно в другом штате! — Омега! — крикнул Шэдоу. — УЖЕ ЗАНИМАЮСЬ ЭТИМ, — ответил Омега. — Что? Зачем ты этим занимаешься? — спросил Соник. — Омега отправляет все записи и все, что у нас есть о Роботнике, в полицию Нью-Йорка и в ФБР. У нас сейчас нет времени, чтобы его выследить, но, может быть, они смогут их найти. — Шэдоу уставился на панель управления, готовый начать нажимать кнопки, но внезапно она покрылась металлом, чуть не отломив ему пальцы. Омега тут же ударил по ней когтями, но они даже не поцарапали её. — ЕБАТЬ. — Омега! Следи за языком! — отчитала его Руж. Шэдоу нахмурился. — Э-э, ребята? — Соник всё ещё стоял у окна. Шэдоу выглянул наружу, и у него кровь застыла в жилах. К этому моменту они находились на высоте нескольких тысяч футов над городом, и корабль достаточно замедлился, чтобы стало ясно, что именно отсюда он и будет стрелять. Люди внизу, вероятно, видели это и были в недоумении, что это такое. НЛО? Правительственный корабль? Понимали ли они вообще, что вот-вот погибнут? Скорее всего, нет. Они даже не поймут, что их постигло, пока не придумают, как это остановить. — Черт возьми! Что же нам с этим делать?! — Шэдоу ударил кулаками по металлу, блокирующему панель управления, и чуть не задохнулся. Без доступа к панели управления Омега не смог бы взломать систему, а также не смог бы обстреливать её снаружи, не причинив при этом ущерба городу. У них было мало времени, чтобы придумать, что делать, кто знает, когда эта штука взорвётся?! — …мы могли бы использовать Изумруды Хаоса? — предложил Соник. Шэдоу резко повернул голову к Сонику, который произнес это так спокойно и уверенно, словно это был самый очевидный ответ на свете. — Но… у нас здесь есть не все. — Руж подняла те, что были у неё в руках. — Вообще-то… — Соник полез в свои иголки и вытащил желтый. Время словно остановилось. Все Изумруды Хаоса, включая тот, что был в иглах Шэдоу, начали вибрировать, словно радуясь возможности наконец-то снова собраться вместе. Шэдоу вытащил зелёный Изумруд, и его энергия только усилилась, распространяясь по комнате подобно статическому шуму. Им предстояло сделать выбор. Если использовать Изумруды, чтобы остановить пушку, они разлетятся на части, чтобы найти новые дома по всему миру, и команда Дарк никогда не сможет вернуть их законным владельцам. Или пусть Нью-Йорк превратится в дымящуюся кучу пепла. — Подожди-ка, ты всерьез собираешься их использовать?! — спросила Руж, прижимая драгоценные камни к груди, словно это были её дети. — У нас нет другого выбора! Люди погибнут, если мы не примем меры сейчас же! — ответил Шэдоу. — Это не идеальный вариант, но это единственное, что у нас есть. Внезапно вокруг них раздался роботизированный голос, а также несколько сигналов тревоги. — 60 СЕКУНД ДО НАЧАЛА ПУШЕЧНОГО ВЫСТРЕЛА. — Черт! — выругался Шэдоу. — Руж, отдай мне Изумруды! Вы с Омегой найдите выход отсюда, спускайтесь вниз! — А как же ты? — спросила она. — Со мной всё будет в порядке. Обещаю, я найду вас двоих, как только всё это закончится, — он протянул руки. — Поверьте мне, хорошо? Руж оглядела его с ног до головы, приподняв уши, затем передала остальные Изумруды Шэдоу, и он вздохнул с облегчением. — Спасибо. — 45 СЕКУНД ДО ВЫСТРЕЛА ИЗ ПУШКИ. — А теперь уходите! — отогнал он их, прежде чем повернуться к своему парню, который ухмыльнулся. — Полагаю, ты никак не ожидал, что тебе придётся использовать Изумруды для чего-то подобного, да? — Я этого не делал, и мне больно отпускать их вот так. — Шэдоу крепко держал их. Он больше не мог оставить себе только один Изумруд. Он должен был отпустить все, чтобы спасти всех. Людям там, внизу, его помощь нужна была сейчас как никогда. — 30 СЕКУНД ДО ВЫСТРЕЛА ИЗ ПУШКИ. — Но я хочу помогать людям, и вот что я могу сделать для этого, — улыбнулся Шэдоу. — Один очень дорогой мне человек привил мне эти убеждения. Соник улыбнулся в ответ, протянул руку к Шэдоу и нежно поцеловал его. — Тогда давайте сделаем это. Шэдоу кивнул. Словно изумруды могли читать их мысли, драгоценные камни медленно начали сами собой парить, кружась вокруг них и ожидая команды. — 20 СЕКУНД ДО ВЫСТРЕЛА ИЗ ПУШКИ. Шэдоу взял Соника за руку и переплел их пальцы, оба закрыли глаза, чтобы загадать желание. Изумруды начали вращаться вокруг них быстрее, и Шэдоу почувствовал, как их энергия пронизывает все его тело. Это было волнующее чувство, словно его ноги оторвались от земли. Если бы он приоткрыл глаза, то увидел бы, что так и есть. — 10… 9… 8… Внизу Руж поддерживала Омегу, пытаясь спустить их на землю. Люди были готовы открыть огонь из пушки. Она проигнорировала все инстинктивные желания убежать. В этом случае ей нужно было довериться Шэдоу. — 7… 6… 5… Люди закричали, когда из окон выскочили две фигуры, и от их яркости Руж чуть не ослепило: золотые вспышки пронеслись прямо перед местом выстрела из пушки. Подождите… это что? — 4… 3… 2… 1! Раздался выстрел из пушки, люди закричали, присели на пол и накрыли головы руками. Но взрыва так и не произошло. Руж чуть не уронила Омегу, и в итоге они оба приземлились на землю. Она подняла руку, чтобы посмотреть на небо, прикрывая глаза от увиденного. Взрыв по-прежнему был направлен в сторону Нью-Йорка, но его остановило нечто, напоминающее яркий свет звезды. — Это что…? — спросила она. — ЭТО СОНИК И ШЭДОУ, — пропищал Омега, указывая в небо. В этот момент рядом с ними остановилась машина, окно которой опустилось, и перед ними предстал очень злой Блейз. — Команда Дарк! Вы задержаны!.. — Блейз, смотри! — Эми открыла люк в крыше, чтобы посмотреть на небо, и кошка тоже невольно взглянула на него, широко раскрыв глаза. Руж усмехнулась, скрестив руки. — Ты действительно собираешься арестовать тех, кто спас жизнь всему городу? — Ты… это Шэдоу наверху? — спросила Эми. — Шэдоу и твой Соник. Который, кстати, никогда в нас не сомневался, — подмигнула Руж. Взрыв наконец прекратился, потрескивая, когда у пушки закончилась энергия, и два героя отшатнулись назад, а затем устремились вперед, вращаясь друг вокруг друга, образуя нечто вроде большого копья, и пронзили пушку насквозь, расколов ее пополам. Люди снова начали паниковать, думая, что обломки вот-вот ударят по ним, прежде чем произошло еще одно неожиданное событие. В мгновение ока все обломки были собраны, а затем с силой, не свойственной ни людям, ни мобийцам, все это было выброшено за пределы голубого неба, прямо в космос. Это было поистине захватывающее зрелище. Никто точно не знал, что произошло, все знали лишь то, что угроза миновала. В небесах Шэдоу вибрировал от энергии, пронизывающей его насквозь, вплоть до кончиков его перьев, которые теперь светились ярким розово-золотым светом. Он не мог поверить, что им действительно удалось остановить такое оружие. Внезапно в него врезалась золотая фигура, которая, смеясь, кружилась в воздухе. — Шэдоу! Мы сделали это! — Соник обхватил его руками. — Мы спасли город! Шэдоу посмотрел вниз и увидел, как его возлюбленный смотрит на него ярко-красными глазами и еще более сияющей улыбкой. В таком виде он выглядел как бог Хаоса, нежно обнимая его, несмотря на то, что с их новообретенной силой он мог бы легко раздавить его. Он не смог устоять. Шэдоу поцеловал его, и их вращение начало замедляться, когда они приблизились к земле, мягко остановившись на улице и расставшись. В тот же миг Изумруды вылетели из них, задержавшись лишь на секунду, прежде чем разлететься в разные стороны, распространяя энергию Хаоса, словно волну, по городу и вызывая сбои или помехи во всей окружающей технике на мгновение. Все вокруг почувствовали это, с благоговением глядя на них двоих. Но Шэдоу смотрел только на Соника. Взгляд его парня отвлекся на людей, толпившихся вокруг, которые поняли, кто только что их спас. Один был местным героем, другой — международным преступником, они не знали, что и думать. Пока не появилась Эми, отталкивая нескольких человек своим микрофоном. — СОНИК! ШЭДОУ! — закричала она, подбегая к ним, а за ней следовал оператор. — Уверена, все мы задаёмся вопросом, что же, черт возьми, только что произошло. Не могли бы вы рассказать, как вам двоим удалось спасти всех здесь, в Нью-Йорке? Она говорила с широкой улыбкой, прекрасно понимая, что делает, спасая репутацию Шэдоу. Шэдоу сжал руку Соника, а тот в ответ сжал и другую, улыбаясь в камеру. — Ну, та огромная машина, которую ты видела в небе, на самом деле была изобретением доктора Роботника. Он хотел использовать её, чтобы уничтожить город, и полиция сейчас разыскивает его. Для этого он забрал Изумруды Хаоса, которые команда Дарк собиралась вернуть законным владельцам, — он поднял руку Шэдоу. — Так вот, мы с Шэдоу, моим парнем, ты помнишь его, использовали Изумруды, чтобы остановить это!. Взгляд Эми и микрофон были прикованы к Шэдоу. — Это всё правда, Шэдоу? Потребовалась секунда, но постепенно Шэдоу кивнул. — Да, всё верно. Эми сияла от радости и снова повернулась к камере. — Видите, Нью-Йорк? Наш герой снова в деле, но на этот раз с неожиданным напарником! Давайте все поаплодируем Сонику и Шэдоу!

***

За три месяца произошло очень много событий. Американская система правосудия не одобряла того, что Шэдоу, Руж и Омега просто разгуливали после того, как стало известно, что они — команда Дарк. Однако, когда вся ситуация разрешилась, Блейз встала на их сторону и сообщила, что Изумруды должны были быть возвращены ей до того, как их забрал Роботник, и что у них были записанные признания и видеодоказательства того, как Метал забрал их, так что, к счастью, им удалось избежать тюремного заключения. Шэдоу также дал столько интервью Эми, что у него голова закружилась, как с Руж и Омегой, так и один на один с ней. Хотя технически это никогда не было один на один, поскольку Соник всегда был в комнате, просто для комфорта Шэдоу. Она опубликовала множество статей на эту тему, раскрывая всю ситуацию, и многие восхищались предысторией Шэдоу и его историей незаконных экспериментов над ним. Он смог сделать достойную могилу для Марии в Нью-Йорке, которую посещали многие люди и приносили цветы. Шэдоу даже смог основать благотворительную организацию в её честь, чтобы помочь другим детям с хроническими заболеваниями получить необходимое лечение, и, конечно же, Соник первым сделал пожертвование, выделив миллион долларов в этот фонд. Но теперь, когда все в основном успокоилось, они наконец-то собирались отправиться в отпуск и отдохнуть от всего этого. Хотя слово «отпуск» здесь не совсем подходит, учитывая, что они ехали туда в основном для того, чтобы Соник мог закончить кое-какие дела. — Я хорошо выгляжу? — спросил Шэдоу, в миллионный раз поправляя свои иголки в крошечном окошке машины. — Да, ты отлично выглядишь. И не волнуйся, они тебя полюбят. — Соник наклонился через приборную панель, чтобы поцеловать Шэдоу в щеку. Шэдоу нахмурился. Несмотря на все его ограбления и авантюры, несмотря на спасение Нью-Йорка от настоящей лазерной пушки, которая могла бы уничтожить весь остров, это было пока что самым нервирующим событием за всю его карьеру. Встреча с братом и сестрой Соника. Они ехали через город Сан-Хуан, Пуэрто-Рико, по пути в дом детства Соника, где до сих пор жили его брат и сестра, Маник и Соня. Они собирались остаться там на время своего отпуска. Шэдоу даже не общался по Скайпу с семьей своего парня, он видел фотографии, и Соник сказал ему, что рассказывает им о Шэдоу, но, учитывая, что Шэдоу раньше был международным преступником, он не был уверен, сможет ли произвести на них хорошее впечатление. — Мы приехали, — сказал Соник, подъезжая к дому. Ебать. Они проехали через ворота, чтобы попасть на территорию, но сама местность больше напоминала лес, чем дом. Единственным зданием был двухэтажный кремовый дом, похожий на типичный семейный дом, если не считать мощеной подъездной дорожки и фонтана перед ним, на краю которого сидели несколько птиц. Соник припарковался, вышел из машины и направился на другую сторону, чтобы помочь Шэдоу. Шэдоу взял его за руку и продолжал держать, пока они приближались к дому. — Как я уже говорил, не стоит волноваться. Маник очень спокойный, и Соня может немного придираться к тебе, но ты без проблем сможешь соответствовать её энергии. Всё, чего они хотят, это чтобы я был счастлив, ха-ха. Уши Шэдоу все еще были прижаты от нервозности, а когда открылась дверь, они насторожились. — СОНИК! — МАНИК! Шэдоу был удивлен, когда Соник тут же бросился вперед, схватил вышедшего из-под контроля зеленого ежа и, впиваясь кулаками ему в голову, схватил его за голову. Другой еж тут же рассмеялся, пытаясь оттолкнуть его. — Фу, вы, мальчишки, серьёзно, ни секунды не можете обойтись без драки, — сказала женщина, стоявшая в дверях, — это была ёжиха тёмно-розового цвета, которую Шэдоу принял за сестру Соника. — Ну же! Я почти год не дразнил этого мерзавца! — наконец отпустил его Соник. Соня закатила глаза. — А ты ведь должен быть старшим из нас, — вздохнула она, наконец заметив Шэдоу. — О боже, где мои манеры? Ты, должно быть, Шэдоу! Она тут же взяла Шэдоу за руку и начала пожимать её. — Как же приятно наконец познакомиться с тобой! Соник от тебя в полном восторге, больше, чем от любого другого партнёра, который у него когда-либо был! — засмеялась она. — Чем ты занимаешься? Ты из США или родился где-то ещё? Как тебе удалось добиться таких бликов на иголках? Ничего из того, что я пробую, не получается, а у тебя они выглядят так аккуратно и… — Не перегружай беднягу, сестрёнка. — Маник отстранил её от него, улыбаясь Шэдоу. — Спасибо, что заботишься о нашем старшем брате. Мы не видели его таким счастливым с тех пор, как умерла мама. Шэдоу взглянул на Соника, который глупо улыбнулся и показал ему два больших пальца вверх. Шэдоу откашлялся. — Да, я… он тоже делает меня очень счастливым, — это всё, что он смог выдавить из себя. Боже, почему он так плохо владел элементарными навыками общения?! — Хочешь зайти? Мы с Соней собирались начать готовить ужин. У тебя есть какие-нибудь аллергии? — спросил Маник. — Никакой аллергии нет, и… это было бы замечательно, — согласился Шэдоу. Он последовал за ними в дом, в конце концов, всё время оставаясь рядом с Соником. Он много узнал о братьях и сёстрах своего парня и о том, как они росли вместе. Шэдоу пытался задавать вопросы и участвовать в разговоре, но большую часть времени он просто слушал их, что его не смущало. К счастью, ему удалось немного сблизиться с Соней, потому что, как оказалось, у неё тоже был мотоцикл, который Соник ей купил. Она даже отвела его в гараж, чтобы показать. Мотоцикл был розовый, такой же навороченный и, конечно же, с электроникой. Они несколько минут обсуждали мотоцикл в гараже, потому что в конце концов Соник заглянул и накричал на Соню за то, что она «украла его парня», на что она тут же напомнила ему, что она лесбиянка, отчего Шэдоу фыркнул. Маник был гораздо спокойнее, но, естественно, у него были вопросы к Шэдоу. Шэдоу не возражал отвечать на них, потому что Маник не пытался тщательно анализировать каждый его ответ, а просто отвечал что-то вроде «Это круто», «Здорово», «Жаль» или что-то в этом роде. Еда была восхитительной, и Шэдоу поклялся, что стонал от каждого кусочка. Соник упрекнул его за это, зная, что Шэдоу любит латиноамериканскую кухню, и специально посоветовал ему подождать с пуэрториканской едой, пока он сам не сможет её приготовить. Шэдоу был рад, что они подождали, но теперь ему это понадобится каждый день. Пока он ел, брат и сестра продолжали разговаривать, и внезапная смена темы заставила Шэдоу насторожиться. — Ты до сих пор не сказал нам, что собираешься сказать прессе завтра, — заметила Соня. — Потому что завтра ты это услышишь, — ответил Соник. — Ты и так знаешь большую часть того, что я собираюсь сказать. — Хорошо, но ты собираешься им мягко отказать или сразу все расскажешь? — спросил Маник. Соник рассмеялся. — Я собираюсь рассказать всем о своих планах относительно маминого имущества и наследства так же, как я объявляю обо всем остальном — с непревзойденной харизмой, — усмехнулся он. Главная причина, по которой Соник и Шэдоу отправились в эту поездку, заключалась в том, что Соник наконец-то собирался публично рассказать о том, что будет с наследством Алины. Технически, Соник был старше, всего на несколько минут, но этого было достаточно, чтобы решение полностью легло на его плечи. Изначально он просил немного времени, прежде чем принять решение, путешествуя по стране, прежде чем застрять в Нью-Йорке. Теперь он вернулся, не навсегда, поскольку они с Шэдоу обосновались в Штатах, но он пробудет здесь достаточно долго, чтобы объявить о своих планах. Соня закатила глаза, а Маник хихикнул, вставая, чтобы собрать пустые тарелки. — Главное, чтобы ты ничего не сделал, чтобы не разозлить СМИ или правительство, — сказала она ему. — Ах, но я обожаю раздражать СМИ и правительство, — ответил Соник. — Это моё любимое занятие. Соня вздохнула, глядя на Шэдоу. — Я не знаю, как ты с ним справляешься. Я сама порой, как его сестра, просто не могу с ним общаться. Шэдоу кивнул. — Согласен, иногда это непросто. — Эй! — вскрикнул Соник, а Маник разразился смехом на соседней кухне. — Но, — продолжил Шэдоу. — Я бы ни на что его не променял. Соник покраснел, но продолжал дуться. — Ты такой злой. Шэдоу потянулся под стол, чтобы взять его за руку. — Я тоже тебя люблю.

***

Несмотря на уверенность, которую обычно излучал Соник, в ту ночь он плохо спал. Шэдоу это заметил, потому что спал прямо рядом с ним, ожидая, когда его дыхание успокоится, но этого так и не произошло. После двух часов ворочаний Соника Шэдоу наконец открыл глаза и постучал Соника по груди, пока тот тоже не открылся. — Нервничаешь? — спросил он. — Да, — признался Соник, крепче обнимая Шэдоу. — Я должен… Я точно знаю, что сказать, и меня не волнуют последствия, я знаю, что это правильное решение, но это просто… такое сильное давление. — У тебя всё получится, — заверил его Шэдоу, проводя рукой по иголкам Соника. Между ними повисла тяжелая тишина, пока Соник уткнулся лицом в иголки Шэдоу. — Я скучаю по ней, — тихо признался он. Это застало Шэдоу врасплох. Соник нечасто говорил о своей маме. Шэдоу несколько раз упоминал Марию во время их разговоров, в основном вспоминая приятные моменты, но Соник никогда о ней не говорил. Шэдоу никогда не спрашивал, почему. Шэдоу никогда не терял родителей, у него их, по сути, и не было. Но он потерял сестру. Горе связало их таким образом. — Знаю, — ответил Шэдоу. — Она бы тобой очень гордилась, понимаешь? Соник фыркнул. — Эй, я говорю это серьезно, — ответил Шэдоу. — Ты делаешь столько добра в этом мире, и ты будешь продолжать делать добро и защищать мир, который она так любила, она не могла бы вырастить лучшего сына. Соник долго молчал, и Шэдоу, затаив дыхание, забеспокоился, что сказал что-то не то. Затем… — Шэдоу? — Да? Соник поднял на него взгляд, глаза его были полны слез. — Я тебя люблю. Шэдоу тоже не смог сдержать слез, и он не был уверен, что его голос сможет за него заговорить, поэтому вместо этого он позволил поцелуям говорить за себя. Он прижался губами к губам Соника, и они, целуя друг друга, вытирали слезы, а затем, прижавшись друг к другу, уснули.

***

На следующее утро Шэдоу держал Соника за руку как мог, прежде чем ему пришлось предстать перед пуэрториканской прессой, которая рвалась сделать снимок молодого наследника, а фотографии громко мелькали, пока ему в лицо тыкали микрофонами. Шэдоу, вероятно, мог бы наизусть процитировать все ответы, которые собирался дать Соник, просто потому что тот много раз тренировался с ним и Эми, проводя пробные интервью, готовясь к моменту, когда ему предстоит подняться на трибуну перед правительственным зданием. — Соник! Принято ли решение по поводу имущества Алины и её наследства?! — Да, это так, — ответил Соник. — Что вы решили с ним сделать? — Я принял решение разделить наследство на троих — между собой и моими двумя братьями и сестрами, Соней и Маником. Имущество будет принадлежать нам троим, но свою долю я буду использовать для того, чтобы продолжать делать добро в этом мире, а это значит, что большая часть денег будет пожертвована на благотворительность. В частности, я хочу заниматься восстановлением окружающей среды, оказанием помощи тем, кто страдает от бедности и бездомности, а также предоставлением медицинской помощи тем, кто в ней нуждается, но не может себе её позволить. — Ты не собираешься ничего оставить себе?! Соник улыбнулся и покачал головой. — Нет. У меня есть всё, что мне нужно. Никакие деньги не смогут дать мне то, что у меня уже есть. Он украдкой взглянул на Шэдоу, который одарил его легкой улыбкой. Было еще несколько вопросов, на которые Соник давал короткие ответы, уклоняясь от тех, кто пытался спровоцировать скандал, и в конце концов он помахал рукой, давая понять, что больше вопросов задавать не стоит, несмотря на настойчивые попытки привлечь его внимание. Как только Соник оказался вне поля зрения и слышимости прессы, он схватил Шэдоу за талию и крепко обнял его. — Ты отлично справился. — Шэдоу обнял его в ответ. — Правда? Я так чертовски нервничал. — Соник, отстраняясь, чтобы поцеловать Шэдоу в губы, добавил: — Но твоё присутствие очень помогло. Шэдоу лишь снова улыбнулся ему. В этот момент вошли Соня и Маник, и им пришлось разнять их. Маник тут же ударил Соника по плечу и поздравил его: «Молодец, чувак!», а Соня обняла его. — Ты отлично справился! Это был идеальный ответ! — сказала она ему, похлопав по щеке. — Спасибо! Теперь нам остаётся только надеяться, что СМИ не исказят мои слова, ха-ха. — Соник рассмеялся. — Но я ужасно голоден, вы хотите поесть? — Нет, у меня свидание, а у маленькой мисс Сони фортепианный концерт. — Я играю с симфоническим оркестром, тупица! — нахмурилась Соня. — Да-да, хорошо, — засмеялся Маник. Соник усмехнулся, наблюдая за выходками своих братьев и сестер, а затем повернулся к Шэдоу. — Полагаю, теперь остались только мы с тобой, — подмигнул он. — Полагаю, что да. Маник многозначительно улыбнулся Сонику, а Соня сделала жест, имитирующий рвотный рефлекс. И Шэдоу, и Соник тут же покраснели. — Не то, что я имел в виду! Боже, какие же вы двое извращенцы! — Соник толкнул их к выходу. — Вперёд, вперёд, вперёд! Убирайтесь с глаз моих долой! Соня и Маник рассмеялись, прощаясь, а затем Соник закрыл дверь и вздохнул. — Прошу прощения. — Всё в порядке, — ответил Шэдоу, подходя к своему парню. — Где ты хочешь взять еду? — Хм, ну, я определенно скучал по многим местам с тех пор, как меня не было… О! — усмехнулся он, ударив кулаком по открытой ладони. — Неподалеку есть одно действительно хорошее место! Семейный бизнес, где готовят одни из лучших сэндвичей «Дзибарито», которых вы не найдете в США! — Тогда решено, — ответил Шэдоу. — Пойдем туда. Соник ухмыльнулся и пошёл впереди. Если бы кто-то год назад сказал Шэдоу, что однажды он будет встречаться с человеком, у которого намеревался украсть Изумруд, путешествовать с ним по миру и помогать делать мир лучше, он бы сказал ему, что тот совсем с ума сошёл. И всё же он был здесь. Шэдоу ни за что бы не хотел, чтобы было иначе.