Созвездие мелких радостей

***

В скором времени Уран вернулся на свою орбиту, чувствуя себя невероятно униженным перед "старшими" в Солнечной Системе. Сатурн видел его.. В ТАКОМ состоянии! Это просто немыслимо. Уран чувствует, как ком словно встаёт в горле и появляется влага на уголках глаз. Хочется снова плакать от собственной никчемности. Он третья планета по крупности, но на деле он не имеет никакого веса даже над собой. Уран судорожно выдохнул и стер влагу с глаз, взмахнув тыльной стороной руки. Нельзя показывать слабости. Его спутники не должны видеть его таким. Они и так перестают видеть в нем авторитет. По крайней мере, так размышлял сам Уран. Он продолжал "идти" по своей орбите. Тихо. Вдалеке видны множество звёзд, других ярких планет, но все равно космос ощущается пустым. Постоянный гул, единственное, что есть всегда. Когда Уран вернулся туда, где находился ранее — луны были на его орбите, на что седьмая планета выдохнула с облегчением. Но что интересно, маленькие крохи столпились над чем-то и с восхищением что-то обсуждали. Уран собрался с мыслями и подсел рядом с ними, стараясь вести себя как обычно. — Йоу, спутники. Чего интересного нашли? — спросил Уран, пытаясь тоже заглянуть, что так заинтересовало малышей. Они, увидев планету, сначала вздрогнули, но затем приблизились к нему. На руках Титании, самой крупной луны Урана, был его скетчбук. Там виднелся симпатичный портрет Ариэль, который он нарисовал ранее. Ледяной гигант открыл глаза шире, удивившись. — Это просто вау. Я и не знала, что ты рисуешь портреты. — удивлённо сказала Титания, разглядывая рисунок, и добавила: — Это действительно красиво. Остальные спутники закивали, соглашаясь "со старшей сестрой". Ариэль, та самая, которую он рисовал, расплылась в очаровательной улыбке. Она подошла к Урану ближе и обняла его руку. Уран почувствовал, как внутри что-то быстро колотится. Так больно и тепло одновременно. Он осторожно погладил её голову своим большим пальцем, заставляя Ариэль довольно хихикать. — Ты нарисовал меня такой красивой! Спасибо. Я не знала, что так выгляжу. И моя кукла такая милая вышла! — поблагодарила она, подняв голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Седьмая планета не знал, что сказать. Он не хотел испортить момент. Вздохнув, Уран улыбнулся уголками губ. — Да не за что. Все мои луны красивы и я этим горжусь. — вырвалось у планеты. Все его спутники удивлённо похлопали глазами. Он сам удивился таким словам и почувствовал, как тепло разливается у него в груди. Ледяной гигант редко говорил кому-то подобные слова. Даже Нептуну. Лучшему другу. Его он вообще редко называл по-тёплому. И почему-то ему стало стыдно. — Прости, что мешаю. А ты мог бы нарисовать и меня? — робко спросил Оберон, слегка заикаясь. Он смотрел вниз, на свои ноги, и теребил край своего шарфа. — Я тоже хочу. Я отлично позирую, между прочим, — присоединилась Миранда, делая шаг вперёд. Но в отличие от Оберона, она смотрела прямо на него. Ариэль снова захихикала и подбежала к ней. — Мне.. хотелось бы, чтобы ты нарисовал и меня. Если тебе не сложно, — согласилась Титания, скрестив руки под грудью и подняв на него взгляд. Впервые в её глазах Уран увидел некий блеск, тепло. Это заставило его улыбку дрогнуть. — Мы тоже хотим! Мы тоже! — запищали спутники поменьше, весело прыгая рядом с крупными. Это была маленькая победа. Его победа. Уран нервно посмеялся, почесав затылок. На уголках глаз словно собрались слёзы, но он их быстро вытер. Он взял в руки блокнот, который ему передала Титания. Затем вытащил из кармана запасной карандаш. — Конечно! Каждому нарисую по портрету. Оберон, ты первый. — в голосе седьмой планеты слышалась уверенность. Да с такой поддержкой он гору свернёт. Впервые за долгие века он не был холоден к своим, а они тянулись к нему с таким восторгом. Это растопило душу Урана. Он очень устал после сегодняшнего. Много всего произошло, но он не мог отказать своим "детям" в такой простой просьбе. Уран постарается.

***

Уран перестал считать время.

Он даже не заметил, сколько времени прошло. Оберон, который чуть покрепче затянул шарф, красовался на бумаге – оставалось только добавить тени, придать объем и первый портрет будет закончен. Миранда нетерпеливо переминалась с ноги на ногу в ожидании своей очереди, придумывая, какую позу принять. Титания возилась с младшими лунами вместе с Ариэль. А Умбриэль тихо "витала" на уровне плеч Урана, заворожённо следя за тем, как легко его карандаш скользит по бумаге. Ледяной гигант, тронутый этим тихим интересом, чуть отодвинул руку, чтобы ей было удобнее смотреть на процесс. Немного погодя, Уран решил сделать себе короткий перерыв. Размял кисти, огляделся. Он повернул голову в сторону и заметил: Солнце сегодня было ярче обычного. Это заставило его нахмуриться в замешательстве. Там что-то происходит? И в моменте он почувствовал холод. Не его привычный, а странный, знакомый озноб прокатился по телу, заставив напрячься. Уран резко обернулся и увидел.. Нептуна. Он висел совсем рядышком — близко, но ровно настолько, чтобы не нарушать личное пространство Урана. Улыбался по глупому, по-нептуновски, высунув язык, и болтал ногами в невесомости. Его глаза — тёмные, как глубины космоса за поясом Койпера, — смотрели на друга с привычным безумием. Но в этом безумии пряталось что-то ещё, что-то, от чего у седьмой планеты ёкнуло в душе. Уран моргнул. Потом ещё раз. Сердце пропустило громкий удар, а затем забилось где-то в горле. — Привет-привет, Уран! — Нептун склонил голову в бок, с интересом разглядывая рисунок, а затем закивал. — Рисуешь своего второго крупного спутника? Красиво-красиво. — Ты.. вернулся. — голос Урана прозвучал довольно хрипло, будто он не пользовался им несколько дней. Он действительно не знал, как реагировать на возвращение друга. Радость? Обиду? Уран сам не знал. Он отложил скетчбук и попросил Оберона пока прогуляться. — Конечно я вернулся. А ты что думал? — посмеялся Нептун заразительно, от чего Уран невольно улыбнулся. Нет, всё же он был рад его видеть. Словно.. тепло снова вернулось в душу седьмой планеты. — Я.. — Уран сначала запнулся, проглотив слова. Он отвёл глаза и слегка опустил голову, пытаясь найти, что сказать. Ему пришлось выдавливать из себя слова и он продолжил: — Я скучал. Нептун ответил ему не сразу. Он наклонил голову в бок и смотрел на друга особо пристально. А затем улыбнулся. Не дурашливо, скорее.. нежно. Спутники Урана куда-то незаметно ушли, не мешаясь. Так что тишина между двумя ледяными гигантами затянулась. — Я тоже.

Он вернулся. И Уран, кажется, тоже.