Монмартр

Найдя нужные документы, Ханбин зашел в кабинет и увидел перед собой такую картину:

Джиун был прижат к креслу, пока Рики пожирал того взглядом. —ребят, я все понимаю.. но порнушку дома устраивать будите, а пока что посмотрите вот эти бумаги. Рики отдалился от младшего и взял в руки документы, где были описаны убийства.. одно из них было совершенно совсем недавно, буквально неделю назад.. около кафе «Iceberg rouge» в переводе «красный айсберг». —я знаю это кафе.. и людей которые там работают, думаю мы должны с ними поговорить. Услышав слова мужчины, на лице Ханбина тут же появилась улыбка, ведь, возможно, это станет первой зацепкой и шансом приблизиться к разгадке последних преступлений. Не теряя ни секунды, детективы покинули офис «Mystery Seekers» и направились к служебному автомобилю — массивной черной, как смоль, Audi Q8. Салон пропитался терпким ароматом мужского парфюма с едва уловимыми нотами бензина — густой микс слегка кружил голову. Молча усевшись внутрь, они двинулись сквозь вечерний городской пейзаж, окрашенный в свинцовые тона. Кафе находилось недалеко... но жуткие пробки растянули короткую поездку на долгие минуты. Чтобы скрасить время, Рики, сидевший на переднем сиденье рядом с Ханбином, бросил взгляд в зеркало заднего вида — прямо в глаза Джиуну, который тут же отвёл взгляд, явно избегая контакта. — Давно вы уже расследуете это дело? — спокойно спросил он. Ханбин на миг оторвался от вида за окном и взглянул на Рики: — Где-то пять месяцев гоняемся за этой сволочью... Но всё как в пустоту. Будто и не человек вовсе — ни следов, ни улик. Ничего. Джиун коротко добавил: — До трупов добраться удалось только нам. Все жертвы — девушки. У каждой выколоты глаза и следы удушения... Только эти детали пока что дают нам хоть какую-то опору. Рики нахмурился, услышав упоминание о следах удушья и выколотых глазах. Он немного поразмыслил и спросил: — А вы пробовали привлечь психолога? Думаю, было бы полезно понять, как мыслит убийца — установить его психотип. Ханбин грустно усмехнулся в ответ: — Пробовали. Но так и не нашли толкового специалиста. Кроме того, у нас достаточно ограниченный бюджет для найма высококлассного профессионала. Рики прикусил губу, глядя в окно на мелькающие огни тёмного города: — Я могу помочь с финансами. Даже если не сразу — найду способ. Наймём хорошего психолога... Для дела это будет очень полезно. Когда беседа об убийце подошла к концу, машина уже остановилась у входа в кафе «Iceberg Rouge». Мужчины вышли и вошли внутрь. Интерьер заведения был выполнен в глубоких бордовых тонах — насыщенных, но приятных глазу. Скромные столики из тёмного дерева сочетались с мягкими диванами, обитыми нежной тканью. Тёплый свет круглых ламп создавал уютную атмосферу, дополненную декоративными растениями и картинами с портретами известных писателей. На стенах виднелись небольшие таблички с поучительными цитатами — деталь, добавлявшая месту особый шарм, а на фоне негромко играла песня группы Cigarettes After Sex «Heavenly». Рики уверенно шагнул внутрь, его взгляд сразу нашёл работника за прилавком, лениво расставлявшего пирожные. — Позовите директора, Чжан Хао. Скажите — срочно и по делу. Тот слегка вздрогнул от серьёзного тона и кивнул, исчезнув за дверью служебного коридора. Через минуту по лестнице спустился Хао — Тонкий стан, розовые волосы мягкого оттенка, будто утренняя заря. Его тёмные глаза прятались за длинными ресницами, внимательные и настороженные. На нём был строгий свитер по дресс-коду кафе — тёмный шерстяной покрой с высоким воротом. — Здравствуйте. Я Чжан Хао, управляющий кафе... — голос ровный, но в нём настороженная нотка. Он перевёл взгляд на Рики: — Что-то случилось? Вижу ты не просто так пришёл... И не один. Его внимание скользнуло к мужчине справа от Рики — Ханбин. На миг повисло молчание под медленный «Heavenly», звучащий из колонок кафе. Два взгляда встретились: знакомое прошлое.. — Да, не просто так, — спокойно продолжил Рики, не замечая напряжения между Хао и Ханбином. — Надеюсь, ты в курсе — около твоего кафе неделю назад убили девушку. Нам нужны все записи с камер и опрос сотрудников: кто что видел той ночью. Это важно. Хао медленно перевёл взгляд на Рики — его розовые пряди слегка качнулись при движении. Тёмные глаза мигнули, будто гаснут угли. — Да... конечно. Проходите за мной. Он развернулся с лёгкой нервозностью в движениях и повёл детективов по узкому коридору к комнате охраны. Внутри — полумрак, экраны на стене мерцают картинками из разных ракурсов: зал кафе, входная дверь, тротуар снаружи... Каждый кадр ловит мельчайшие детали вечерней жизни города. — Вот... всё здесь записано за последние 72 часа автоматически перезаписывается после этого времени... Сейчас открою нужную дату. Рики придвинулся к экрану, пальцы впились в мышку — он лихорадочно прокручивал запись назад. Люди входили и выходили, всё как обычно... уборка, смена персонала, прохожие. Никаких следов тревоги. А потом — тьма. Камера просто выключилась. И в следующий момент — уже на асфальте перед кафе — обнаружено обнаженное кровавое тело. — Блять... — вырвалось у него сквозь стиснутые зубы. Он мотнул головой, перезапуская запись снова и снова. Ничего. — Ни захода. Ни побега. Ни признаков взлома... Как будто появился из ниоткуда и исчез так же. Джиун наклонился ближе к монитору, брови сошлись над переносицей: — Что за чёрт...? Даже место выбрал рядом с углом слепой зоны... камеру выключил заранее.. Рики откинулся на спинку стула с хриплым выдохом: — Спасибо, мистер Очевидность. Вижу сам прекрасно. Он потер лицо ладонями, голос стал ниже: — Значит так: опрашиваем всех сотрудников сегодня же. Каждого кто был дежурным той ночью или работал рядом с этим временем... Если и это не даст ничего — мы реально в дерьме. Джиун отстранился от стола, скрестив руки на груди: — Думаешь, каждый сотрудник вспомнит? Начнёшь допрашивать — с перепугу вообще молчать будут. Или наврут бог знает чего. Рики медленно встал, кресло скрипнуло под ним. Он бросил хлёсткий взгляд на младшего: — Тогда какие у тебя идеи? Пять месяцев — и ничего. Я пришёл и вытаскиваю вас из задницы. Так дай мне работать. Джиун не выдержал взгляда — пальцы сжали плечи до боли: — Не говори о том, чего не знаешь... Пять месяцев я каждую ночь смотрел на эти лица без глаз.. читал протоколы... бегал по следам! А ты пришёл из ниоткуда — и уже командуешь? Он резко развернулся и вышел из комнаты охраны, захлопнув дверь. Только тиканье часов да мерцающий экран остались свидетелями напряжения между двумя мирами: одним — горячим от боли, другим — холодным от расчёта.