_Part 1_
10 ноября 2025 г., 04:34
Темная комната с приглушенным светом, яркие эмоции, которых так не хватает всем троим в повседневной жизни и похоть, горячая, даже обжигающая похоть — это то, вокруг чего сейчас крутился их мир.
Мужчина тихо сидел в углу комнаты, словно боялся обжечься светом луны, проникавшим в приоткрытое окно. Он изнывал от желания, его тело покрывала липкая испарина. Связанные за спиной запястья немного болели, но от того ощущения были и ярче, невозможность прикоснуться к члену сладкой пыткой откликалась в висках. Это был его осознанный выбор, выбор сильного в принятии, но абсолютно унизительного содержания, скрытого от остальных за черной маской. Пугливые глазки шустро бегали по комнате, но все снова и снова останавливались на паре, находившейся на кровати.
***
Тихий двор быстро наполнился студентами, смешивая в себе всех подряд. Для кого—этот день стал лишь концом первого курса, а для кого—то последней встречей с стенами родной альма—матер и любимыми друзьями. Одарив очередной день милой улыбкой, девушка вошла во двор. За годы учебы она так и не привыкла к шумному урагану, наполнявшему университет с утра, поэтому быстро зашла в здание. Воздух в старой аудитории был густым и сладким, как забродившее вино. Сквозь высокие стрельчатые окна, едва прикрытые ставнями, пробивались косые лучи солнца. Они резали полумрак, выхватывая из табачной дымки и пыльных столбов летающие частицы — медленные, неспешные, будто и у времени здесь, в П., был свой, особый ритм. Оливия Мальдини сидела за деревянной партой, испещренной поколениями студентов. Пальцами с коротко остриженными ногтями она водила по выщербленному краю, мысленно дорисовывая узоры. — Ciao, anima mia! — сказав свое обычное приветствие, Мишель передала подруге стаканчик с кофе. — И тебе привет, моя дорогая, — Мальдини тепло обняла подругу, севшую рядом. Многим студентам, прошедшим пятилетнее обучение было непонятно проведение последнего занятия после сдачи всех экзаменов и получения диплома. Однако все группы почти в полном составе пришли в этот ранний утренний час. — Рад приветствовать вас, мои дорогие выпускники. Сегодня мы не научимся чему-то новому, лишь поговорим о финальном акте! Об идеальном преступлении. Не о том, что показывают в кино, с гениальными злодеями и запутанными следами, — с радостью на лице сказал профессор. — Идеальное преступление то, на месте которого не оставлено улик. — Может, то в котором убраны не только улики, но и любая информация, будь то свидетели или записи камер видео-наблюдения? — Или то, которое совершено не тобой? — Вы смотрите на последствия, я же предлагаю вам посмотреть на общую картину, — его голос, низкий и чуть хриплый, заполнил аудиторию, заставив задуматься. — Идеальное преступление — это не то, которое невозможно раскрыть. Это то, о котором никто даже не узнает. Которое не признают преступлением. Никаких следов. Никаких свидетелей. Только знание. Знание слабостей жертвы. Знание медицины. Знание системы. Идеальное убийство — это не действие. Это идея. Оно происходит не в момент удара или выстрела, а задолго до того. Оно кроется в деталях, которые никто не ищет, потому что не видит в них преступления. — Завершила свой монолог Мальдини. Оливия сглотнула, ее собственное сердце стучало где-то в горле. Она сама была набором деталей и сложного сознания, которые никто не складывал в единую картину. Образцовая студентка, гордость семьи и просто милая девушка — такой ее видели все, но очень мало людей распробовали ее истинный вкус. Криминалистика из интереса. Смешно, не правда ли? Кому в здравом уме интересно расследовать уголовные дела, осматривая раздувшиеся от воды и гниющие на жарком солнце трупы? Никто не знал, что за ее нерушимым фасадом скрывается страсть, ярость и почти безумие, которое она годами училась контролировать и направлять. Жаркая дискуссия продолжалась еще около получаса, после чего профессор дал последние напутственные слова и отпустил выпускников. — Оливия, подождите. Девушка обернулась и увидела Ливолли с папкой в руках. —Вы были одной из моих лучших студенток. У Вас аналитический склад ума. Редкий дар видеть суть, а не эмоциональную шелуху. Это мои неопубликованные работы по психологии нераскрытых преступлений. Думаю, Вам будет интересно. На память. Оливия взяла папку и открыла ее. Сверху большой кипы бумаг лежал лист, на котором было написано рекомендательное письмо для устройства на работу —Спасибо, Ваши лекции были… просветляющими. За стенами университета ее встретил ослепительный сицилийский день. Воздух пьянил ароматами цветущего жасмина, моря и горячего асфальта. Оливия остановилась на мгновение, закрыв глаза, подставив лицо солнцу. Она открыла глаза. В ее взгляде не было ни растерянности выпускницы, ни светлой грусти прощания. Был лишь спокойный, выверенный расчет. Последний день Оливии Мальдини в университете подошел к концу. И для кого-то другого в П. он мог стать последним в жизни.
