С добрым утром, сердца боль

"Mr² & Mrs Leclerc". Телефон выпал из руки. Экран покрылся трещинами, но Максу было все равно. На все теперь плевать. Осталась только выбивающая из лёгких воздух боль. А ведь он знал, что ему ничего не светит. Шарль прямо отказал ему, разве этого было мало? Он встречался с девушкой - мало было и этого? Каждый раз Шарль вгонял в его сердце кусок льда, но как только он таял, Макс продолжал любить, как ни в чем ни бывало. В том, что душа теперь желает покинуть тело, лишь бы только не болеть, виноват он сам. Это ему нужно было контролировать свои чувства. Нужно было задушить эту чёртову любовь, пока она не разрослась в жизненно необходимую зависимость, пока Леклер не стал для него воздухом, а потом не покинул его, заставляя барахтаться, будто рыба на берегу. – Макс, какие у тебя планы на этот Гран при? – задал очередной вопрос один из многих одинаковых на лицо журналистов. – Ехать, – ответил он коротко. Он чувствовал спиной прожигающий взгляд отца, но даже он больше не трогал остывшего сердца. У Макса был план. Знать о нем больше никому не стоило. Шарль, как всегда, был милым, но от одного взгляда на это созданное богами любви лицо голову Макса наполняли мысли о том, что она касалась его там, где ему не посчастливилось. Она снимала с него одежду. Она... Проходивший мимо механик обошел Макса дугой. Кто-то сказал, что с таким дерзким настроем он сегодня точно всем покажет. Макс даже не заметил, кто это был. Обгон. Ещё обгон. Разрыв. Тормоз снова отказал – оно и к лучшему. Пит-стоп. Штраф – да пошли они к черту. Снова обгоны, он снова лидер. Финиш. Победа. По радио истерично просят затормозить. Макс отключился. Потом, подумав, включил радио снова. – Передайте Леклеру, что это – его победа. Левая стена, удар, полет, ещё удар, уже справа, снова левая стена – и наконец темнота. Наконец его боль утихла.