Король ночи (не тот)

Ворон долетел до Винтерфелла на третьи сутки. Судя по тому, как птица грохнулась на стол мейстера, растопырив лапки и тяжело дыша, путь выдался нелёгким. К письму, примотанному к лапке, прилагался иней и какая-то подозрительная синева на перьях, но мейстер Ламберт решил, что это просто местный колорит. — Милорд! — Мейстер поспешил в покои лорда Старка. — Срочное письмо из Восточного дозора. Лорд Ирвин Старк отвлёкся от своих многочисленных чертежей. — Ты только посмотри, Ламберт! — Лорд ткнул пальцем в пергамент. — Я тут прикинул: если углубить и расширить крипту, выйдет подземный зал больше, чем у Болтонов! А если ещё и Старый Дол переименовать в Новый Дол, то я… — Милорд, письмо! — перебил мейстер, зная, что иначе лорд будет вещать до вечера. — От сира Родрика Сэнда. С пометкой «срочно». — Вечно этим дозорным что-то срочно нужно, — поморщился лорд. — То дикари, то белые ходоки, то у них там курица убежала, и есть нечего. Читай уже... Мейстер развернул письмо, откашлялся и начал торжественно: — «Лорду Старку, Хранителю Севера, от сира Родрика Сэнда, командующего Восточным дозором. Долгом и честью считаю сообщить, что в Твердыне Ночи творится неописуемое. В ходе разведки установлено: Лорд-командующий сошёл с ума, привёл в замок женщину-Иную, та обращает братьев в упырей, и сейчас, по моим данным, весь гарнизон либо мёртв, либо ходит и светит голубыми глазами…» Лорд Старк зевнул и махнул рукой: — Ну вот, я же говорил — вечно там какая-то дичь. Мороз действует на их мозг не очень хорошо. Пусть сами разбираются. Мейстер продолжил, но голос его дрогнул: — «…мы выдвинулись на разведку. Всё дальнейшее я пишу заранее, примерно предполагая, что будет… Нас окружают, их тут сотни, может, тысячи... (Я не знаю, тяжело предугадать все детали заранее), и у неё глаза синие и холод страшный, она идёт прямо на меня, и я пытаюсь привязать письмо, потому что, кажется, мы все умрём, и меня сейчас поцелуют, а я не хочу, мамочка…» Мейстер запнулся, и лорд Старк фыркнул. — Ничего себе сир Родрик всё предугадал! — В общем, дальше письмо обрывается, — подвёл итог мейстер. — Ну и что ты предлагаешь? — лорд Старк потянулся. — Послать отряд? У меня тут, между прочим, стройка века. Ты видел мои чертежи? Я тут подумал: а если построить башню не просто высокую, а очень высокую? Чтобы выше Стены! Все наконец-то забудут про этого Брандона Строителя... — Милорд, — мейстер Ламберт осторожно поправил цепь на шее. — Если там действительно Иные и упыри… Понимаете, победа над Иными — это не просто спасение кузена. Это… это в историю войдёт покруче любой башни. Лорд замер. Глаза его заблестели. — В смысле, покруче? — Ну посудите сами. — Мейстер понял, что нашёл нужный рычаг. — Брандон Строитель построил Стену. Да, молодец. Но он её построил, чтобы Иные не пришли. А если вы сейчас соберёте армию, пойдёте туда и наваляете Иным так, что они больше никогда не сунутся — это же… это же… — Это же я буду тем, кто их победил! — Лорд Старк вскочил. — А не просто «ещё один Старк, который что-то там строил»! — Именно, милорд. К тому же, там же ваш кузен, лорд-командующий. Родственная помощь и всё такое. — Да, да, кузен, конечно, — отмахнулся лорд, уже шагая по комнате. — Значит, так. Собираем отряд! Самый большой отряд, который видел Север! — Он задумался. — И ещё… Ламберт, у нас есть барды в замке? — Барды, милорд? — опешил мейстер. — Ну да. Которые поют, сочиняют, на лютнях бренчат. Возьми всех, какие есть. И если в деревнях есть — тоже забирай. — Милорд, простите, но… зачем? Они же не воины. — Ты ничего не понимаешь в истории, Ламберт, — лорд Старк мечтательно улыбнулся. — Если подвиг никто не запишет и не споёт о нём песню, считай, его и не было. Я хочу, чтобы каждый бард на Севере шёл с нами и записывал каждый мой шаг. Как я буду командовать, как я буду побеждать, как я лично зарублю главного Иного… ну, или не зарублю, если драконье стекло не найду, но красиво опишут! Мейстер открыл рот, закрыл и понял, что спорить бесполезно. — Слушаюсь, милорд. Барды так барды... — Отлично! — Лорд хлопнул в ладоши. — Готовь приказы. Мы едем спасать кузена, побеждать Иных и вписывать моё имя в историю! Мейстер вздохнул и пошёл писать распоряжения. Ворон, принёсший письмо, всё ещё лежал на столе, слабо шевеля лапкой, и, кажется, даже в своих птичьих снах видел кошмары о синих глазах.