Небольшая предыстория
Она стоит и смотрит в окно , где как всегда молчаливая семья размышляют сидя за столом. Для них она всегда была тень и предмет декора для их гостей и коллег и бизнесменов «друзей». Поэтому что каждый погружен своим, а родители ради работы просто запрещали с детства приставать с этой невинной чистой любовью, которую она ещё в пять лет поняла что не получит.
Не тепла, не любви и не ожидаемое ощущение что хочется просто исчезнуть.
Недавно, она если это можно коротко выразить «нашла где устроиться врачом». Это был идеальный вариант, ей нужно было разрушить все мосты с теми кто был с ней. Только вот никто и не рядом. Одноклассники? Одногруппники? Знакомые? Родители? Бабушка? А может быть тот Сводный брат? Ей они чужды. Просто как это можно назвать друзьями и семьёй, если нет тепла ....нет цветов. Всё серо как и эта реальность. Где каждый сам выбирает свою реальность и мораль.
Она выбрала инсценировать намеренно смерть.
Так сказать: Зачем снова пытаться поговорить с ними? Если с детства понятно что — любви нет , а чувства и эмоции бред который мешает.
//Не подтверждённая информация//
Татьяна тщательно подготовилась к своей инсценировке. Она выбрала удалённое место, где редкие прохожие могли заметить что-то необычное. Вместо использования настоящего тела, она создала искусственное, максимально приближенное к реальности. В лаборатории она работала над созданием муляжа, который мог бы выдержать воздействие огня и выглядеть как настоящее тело.
Когда всё было готово, она организовала «аварию» на выбранном участке дороги. Машина была оснащена таймером, который запускал поджог, и всё это было зафиксировано скрытыми камерами, чтобы усилить правдоподобность.
Она также подготовила ложные свидетельства: документы, свидетельства о её «последних днях» и пропавших людях. Вся эта подготовка заняла месяцы, чтобы никто не заподозрил подлога.
Когда «тело» было найдено, все улики указывали на трагедию. А Татьяна, в это время, уже находилась в другой стране, скрывая свой след.
Контакт с близкими? Его и не было. Только формальные разговоры, редкие встречи. И даже на похороны — никто не приехал.
А она уже была в другой стране. Под чужим именем. С чистого листа.
Скоро после этого — её заметили. Люди из Фонда. Может, из-за её искусственного муляжа, который вызвал интерес в одном из закрытых каналов. Может, из-за манеры думать, работать, исчезать. Может, потому что была «идеально подходящим кандидатом» — без связей, без страха, без сожалений.
Она не сопротивлялась. Напротив — согласилась почти сразу.
Её приняли на программу адаптации. Проверки, интервью, задания. Психологическая оценка показала: она способна выдерживать контакт с аномалиями, не теряя самообладания. Отличные знания в медицине, холодный разум, абсолютная отстранённость — именно то, что Фонду нужно.
Так она и стала сотрудником. Не спасённой. Завербованной.
***
