Осколки Неба

Утро пришло тихо, будто боялось потревожить дом. Свет скользил по полу бледными полосами, и в этой мягкой серости Рэна проснулась от непривычного звука — лёгких шагов. Слишком лёгких, чтобы принадлежать взрослому человеку. Она медленно приподнялась, взгляд автоматически нашёл источник. Тэруко сидела посреди комнаты, закутавшись в старое тёплое одеяло, которое выглядело на ней огромным, как плащ. Девочка смотрела на окно так, будто свет был чем-то редким, почти волшебным. — Ты уже проснулась? — голос Рэны прозвучал хрипло, невыспавшимся. Тэруко кивнула. Она делала всё так тихо, будто боялась нарушить чужое пространство. Даже дыхание у неё было еле слышным. Рэна поднялась, пытаясь стереть с лица остатки сна. — Хочешь есть? Девочка снова кивнула. Рэна повернулась за посудой… и тут заметила, как ложка на столе слегка дрогнула. Очень слабо, едва-едва — будто рядом прошёл лёгкий ветер. Рэна застыла. Не показалось. Тэруко заметила её взгляд и тут же спрятала руки под одеяло, будто это могло помочь. В комнате повисло короткое, странное молчание. — Ладно, — выдохнула наконец Рэна и поставила тарелку перед девочкой. — Ешь. Она сделала вид, что ничего не было. Но сердце у неё стучало слишком громко, чтобы это игнорировать. К вечеру тишина стала липкой. Рэна несколько раз подходила к окну — сперва просто так, потом… настороженно. Ей казалось, что в городе что-то изменилось. Будто воздух стал плотнее. Люди — тише. Разговоры — Настороженнее. Когда она в третий раз выглянула наружу, увидела его. Мужчина в тёмном плаще стоял у противоположного дома и смотрел куда-то в сторону улицы, но его поза была слишком правильной, слишком выверенной. Он не выглядел как случайный прохожий. Рэна не моргала, пока он не исчез за поворотом. “Они ищут её.” Эта мысль полоснула резче ножа. Позже, когда они сидели в полутёмной комнате, Тэруко подняла взгляд и тихо спросила: — Ты боишься? Рэна хотела ответить резко, привычно, чтобы закрыть эту тему навсегда. Но на языке застряла честность, которую она терпеть ненавидела. — Не тебя, — сказала она наконец. — Я боюсь… за нас обеих. Тэруко опустила глаза. Секунды тянулись вязко, пока снаружи не послышался звук шагов. Чужих. Тяжёлых. Приближающихся к дому. Девочка резко втянула воздух — и лампа над ними вспыхнула белым сиянием, как молния. Комната на мгновение ослепла, затем свет погас, оставив их в полной темноте. Шаги за дверью остановились. Рэна замерла, слушая. Человек снаружи будто прислушивался в ответ. Время тянулось невыносимо долго… Потом шаги продолжились. Удаляясь. Тэруко тряслась. — Я… я не хотела… Рэна села рядом и осторожно положила руку ей на плечо — жест нежности, который она позволяла себе крайне редко. — Ты не виновата. Это был страх. Ты просто реагируешь. Тэруко всхлипнула почти неслышно. Рэна посмотрела на тёмное окно. — Но они не остановятся. Её голос был тихим, как предвестник грядущей бури. — Кажется, скоро нам придётся бежать. Ночь окончательно легла на город, но сон не приходил. Рэна сидела у окна, облокотившись на подоконник, и слушала, как Тэруко дышит во сне. Это дыхание — хрупкое, ровное — удерживало её от того, чтобы сорваться и уйти в ночь с оружием наперевес. “Они уже близко. Слишком близко.” Она видела это в движениях прохожих, в глазеях у лавки, даже в том, как ветер будто изменил направление. Город начинал чувствовать тревогу, которую приносили чужие шаги. Рэна подумала о побеге. Сейчас, пока ещё есть время. Но куда? И что дальше? Сама мысль причиняла ей раздражение — она не привыкла планировать ради другого человека. Ради ребёнка. За спиной послышался тихий шорох. Тэруко проснулась. Подошла ближе, босиком, ещё тёплая одеялом. — Ты опять не спишь… — прошептала она. — Тебе это знать необязательно. — Всё равно слышу, — Тэруко замолчала, затем добавила: — Твой страх громкий. Рэна напряглась. Она часто забывала, что ребёнок перед ней — не обычный. То, как Тэруко чувствует эмоции, было пугающе точным, будто она ловит не слова, а вибрации, что идут глубже кожи. — Я не боюсь, — отрезала Рэна. — Бойся, — тихо сказала девочка. — Если не будешь бояться, мы не уйдём. Эта фраза прозвучала настолько взрослой, что Рэна выпрямилась и впервые внимательно посмотрела на ребёнка. Тэруко не понимала, что говорит. Или понимала слишком много. За окном опять прошёл кто-то. Тень, быстро, уверенно. Рэна отпрянула от стекла, как от пули. — Собирайся, — прошипела она. — Мы уходим сейчас. Тэруко кивнула, не задавая вопросов. И в этот момент Рэна поняла: девочка давно знала, что так будет. Когда они выходили через чёрный ход, холод сжал кожу. Ветер вёл себя странно: будто подталкивал их, заставляя идти быстрее. Рэна держала Тэруко за руку, что было для неё непривычно. Девочка шла уверенно, почти спокойно. Слишком спокойно для человека, которого хотят вернуть в лабораторию, как инструмент. — Им нужно было… что-то от меня, — тихо сказала Тэруко, когда они миновали узкий переулок. — Да, — хрипло ответила Рэна. — Но теперь ты не вещь. Тэруко остановилась, подняла взгляд к звёздному небу. — А кто я? Рэна замерла. Такой простой вопрос, который больно бил под рёбра. — Пока что — ребёнок, который идёт со мной, — сказала она. — Остальное решим позже. Но они не успели сделать и пары шагов, когда воздух перед ними чуть дрогнул. Словно кто-то только что убирал руку из тени. Рэна мгновенно закрыла собой девочку. — Назад! Из темноты выступила фигура. Та самая — в плаще. Тот, кто приходил днём. — Нашли. — Голос был спокойным, почти утомлённым. — Передайте ребёнка. Это не обсуждается. И вот тут произошло то, чего Рэна ожидала… но боялась больше всего. Рука Тэруко дрогнула. Воздух вокруг неё стал плотным, почти звенящим. Ладонь девочки сжалась — и мужчина отступил на шаг, словно что-то давило на грудь, на рёбра. Сила Тэруко растекалась по переулку, как рябь по воде. Неконтролируемая. Живая. И страшная. — Тэруко! — прошипела Рэна. — Смотри на меня. Только на меня. Глаза девочки дрожали. Она боялась, но сила продолжала подниматься, как волна, готовая разорвать берег. — Всё хорошо. — Рэна присела, взяла её за лицо ладонями. — Ты здесь. Не там. Я с тобой. И сила… остановилась. Не исчезла, нет — просто замерла, будто прислушиваясь к детям слов. Мужчина в плаще, ошеломлённый, даже не успел снова приблизиться. Он просто выдохнул: — Она опасна. — Она ребёнок, — рявкнула Рэна. — А вот ты опасен. Она схватила Тэруко на руки и побежала. Сквозь тени. Сквозь холод. Сквозь страх, который теперь был не врагом, а двигателем. Тэруко прижималась к её плечу, а силуэт преследователя оставался в тумане позади. Они бежали, пока город не растворился в темноте. Дома сменялись складами, склады — пустыми дорогами, и лишь тогда Рэна позволила себе остановиться. Её дыхание было рваным, будто лёгкие протестовали против жизни. Тэруко не плакала. Но её маленькие пальцы вцепились в одежду Рэны так крепко, будто она боялась исчезнуть, если отпустит. Рэна оглянулась через плечо. Тени позади молчали. Преследователя не было видно. — Мы… в безопасности? — спросила Тэруко так тихо, что голос почти растворился в воздухе. Рэна не ответила сразу. Слово “безопасность” казалось ей сейчас какой-то фантазией, будто попыткой обмануть саму себя. Но она не могла сказать это ребёнку. — На время, — выдохнула она. — На время да. Тэруко кивнула, будто ожидала именно этого. Они нашли старый склад с обвалившейся крышей. Место было заброшенным настолько, что даже крысы обходили его стороной. Рэна поставила девочку на пол, осмотрев помещение. Сырость. Мрак. Тишина. Но зато — стены и крыша над головой. — Здесь переночуем, — сказала она. — Дальше разберёмся. Тэруко присела на старый ящик. Капли воды тихо падали с металлических балок, их звук был единственным, что напоминало о времени. — Рэна… — Голос девочки дрогнул. Рэна обернулась. — Да? — Я сделала плохо? Там… в переулке. Рэна ненавидела такие вопросы. Слишком тяжёлые для того, кто ещё не умеет до конца понимать себя — а уже носит в себе силу, которую взрослые бы не выдержали. — Ты испугалась, — сказала она. — И сила среагировала. Это не “плохо”. Это просто ты. Тэруко опустила взгляд. — Если они найдут меня… они заберут меня снова? Ответ слетел с губ прежде, чем Рэна успела подумать: — Нет. Это была не уверенность. Это было обещание. Тэруко качнулась вперёд, едва заметно, будто хотела обнять, но не решалась. Рэна вздохнула, опустилась рядом и накрыла девочке плечи своим плащом. Жест вышел неловким, странным, но тёплым. — Спи, — тихо сказала она. — Я буду рядом. Тэруко наконец закрыла глаза. А Рэна долго смотрела в темноту склада, вслушиваясь в ночной воздух. Каждый шорох казался подозрительным. Каждое движение ветра — шагами. Но больше всего её тревожил не враг. А то, как сильно она уже боится потерять эту девочку, которую вообще не должна была спасать. Перед рассветом Рэна услышала звук, от которого у неё похолодела спина. Не шаги. Не стук. Звонкий металлический щелчок, будто кто-то прикоснулся к проводам или аппаратуре. Звук, знакомый ей до боли. Звук лабораторий. Она резко поднялась, сердце ухнуло куда-то вниз. За тонкой стеной склада послышались голоса. Низкие. Деловые. И главное — слишком уверенные. — Следы свежие. Они были здесь. — Объект далеко уйти не мог. — Продолжаем прочёсывать. — Если она активировала способность, приказ остаётся прежним: живой. — А женщина? — Неважно. Она побочный шум. Рэна сжала зубы так сильно, что заныло в висках. Побочный… шум. Её пальцы легли на рукоять ножа. Взгляд стал ледяным. Она накрыла Тэруко ладонью, чтобы девочка не проснулась раньше времени. — Они нас нашли… — прошептала она себе под нос. — Чёртово утро… Голоса приближались. Тени снова тянулись к ним.