Вопрос Доверия

Как и много раз до этого, сон свой Тенна не запомнил. К лучшему, пожалуй. Весьма давно он прознал, что особенно яркие сны имели тенденцию отображаться на его экране (этакий отпечаток бессознательного) — потому путем не самых простых тренировок он научился процесс контролировать. От чуткости сна порой зависело слишком многое: никогда не знаешь, как близко подобрались вездесущие конкуренты, завистники или нажитые за годы дел не самых благочестивых враги. Пробуждение вызвало лёгкий дискомфорт: сигнал пробивался неохотно, кишел помехами, шумел черно-белой статикой. Должно быть накануне вечером его хорошенько приложили, либо он позволил себе лишнего, а то и вовсе случилось нечто экстраординарное и Тенна напился. — … Разрозненные мысли никак не хотели приходить в порядок, не выстраивались в стройную логическую цепочку. Вчера… что произошло вчера перед тем, как он отключился? С едва слышным электронным хлопком экран ожил, но представшая пред ним картинка скорее запутала сильнее, чем помогла ответить на вопрос. А то и вовсе породила новый. Куда его занесло? — ..? Он пошевелил руками, выпустил и втянул когти. Не связан, кажется, не избит и не отравлен. Правый бок чуть заныл при движении, но едва ли то помешает в возможной стычке. Дальнейшее изучение окружения смутило еще сильнее: голова его покоилась на горке больших и малых подушек, когда как тулово и ноги сверху накрыли несколькими одеялами. Никак не выдавая того, что он включился, Тенна присмотрелся к своей постели: заметил слегка потертую обшивку дивана, выцветшее, но мягкое постельное белье. Точно не отель, возможно чей-то дом. Но чей? Послышался сладковатый запах свежей выпечки — наверное, в соседней комнате готовили. Безусловно, то вполне могло оказаться обманкой, и на самом деле готовили сейчас какого-нибудь неудачника. К подобным поворотам сюжета Тенна вполне привык. Хотя, для логова мясника окружающая обстановка была… как бы поточнее сказать… — …Уютной? — на минимальной громкости прошептал он. Уютной? Да здесь форменный бардак! Мечта какого-нибудь старьевщика! Например, недалеко от так называемой постели старый пузатый телевизор, соседствовал со стопками книг и множеством мелочей: записками, заметками на клейких листочках (одна из них держалась даже на телевизионном экране), какой-то странной треугольной деталью неясного толка. Деревянный пол не выглядел ни новым, ни отполированным, стены украшали давнишние, старые постеры; занавески, и те не соответствовали современной моде! «Бардак» Больше всего опасений иррационально вызывал стол в противоположной стороне комнаты. Для начала, тот вполне можно было назвать квинтэссенцией беспорядка, а потом — ужаснуться, что висящие над ним полки (полные всякой всячины) это ощущение лишь усугубляли. В голове у Тенны пронеслись образы из бездарных фильмов о безумных ученых или маньяках-неудачниках — не у таких ли уникумов на рабочем месте уживались безобидные предметы и орудия судного дня? Орудия. …Если задуматься, не найдется ли в ящике стола оружия? Тенна бесшумно поднялся, дабы получше изучить привлекшее внимание место, и любопытство его было щедро вознаграждено. Ведь рядом с архаичной печатной машинкой, листами бумаги с перечеркнутыми строками текста лежали небольшие кусочки воска, силикона, а еще — не совсем обычные чернила. Кто бы ни работал за этим столом, наверняка занимался делами не вполне честными. Хмыкнув, Тенна решил продолжить поиски зацепок: среди самых обычных инструментов и книг нашел упаковку напильников и отмычек; белые, кремовые и зеленоватые листы разной плотности; оттиск зубов в гипсе и даже гильзы от пуль. А когда в руки к нему попала папка с ворохом газетных вырезок, он не смог сдержать довольной улыбки. Все также бесшумно и ловко Тенна принялся перебирать найденное сокровище. В первой колонке рассказывалось о внезапно закрывшейся сети мастерских. Затем шло большое текстовое полотно о теории заговора. Следом за ним — зернистое фото пожара с крупным заголовком «Тело не найдено». А в конце, будто прячась, лежал помятый рекламный проспект. В черно-красных чернилах был запечатлен весьма уверенного вида индивид: с улыбкой на миллион, взглядом цепким и наглым. Такой необъяснимо знакомый и незнакомый одновременно. — …Хм. В голове запульсировало ноющей болью, однако Тенна никак ту не выдал. Он аккуратно вернул вещи на положенные им места: за годы работы он научился искать так, что об этом нельзя было догадаться. И — не оставлять следов. Не раз и не два ношение перчаток воспринимали как забавную причуду. Чтож. Какие дураки. Мысли перебила новая, ранее незамеченная деталь — в неприметном уголке, в тени широкой полки, стояла небольшая фарфоровая статуэтка. Изредка те становились вместилищем свернутых в несколько раз полосок бумаги с шифрами или другой важной информацией, отчего Тенна потянулся к той в приятном предвкушении. Но, фигурка была цельной, а не полой. Кроме того — битой. Безымянному ангелу не повезло с хозяином: фарфор покрыли тонкие трещины, а крылья — и вовсе, судя по слою клея, когда-то сбили. «Бесполезная вещь» …Или сентиментальная. Кому мог понадобиться бескрылый ангел? Из окна повеял легкий ветерок, света стало больше. Среди книг по ремонту, механике, и маркетингу засеребрился корешок ранее неприметного тома. Название здорово удивило. «Полевая хирургия?» Грубую, тканевую обложку возле углов покрывали подозрительные темные крапинки — не то масло, не то засохшая кровь. Внутри книги оказалось множество пометок и цветных ярлычков закладок. Большая часть их в разделах о кровотечениях. И, как ни странно… — …Ампутации? В голове закопошилось сомнениями. Неужто его занесло в логово мясника? Тогда, почему царапина на боку столь незаметна и не болит? Зачем показательная забота, а не ванная со льдом? Что же случилось вчера? Почему он оказался здесь? — Мф-ф… С резкой вспышкой боли воспоминания прояснились. События вчерашнего дня замельтешили кадрами пожеванной видеопленки: группка глупцов, додумавшихся качать права в его студии; запах пороха и крови; залитый темным и липким пол; смех от пустых угроз и резкая, ноющая боль. Ах. Точно точно. Игра в запугивание, от угроз к действиям. После чего Тенна оказался здесь в… в лавке старьевщика? Он тряхнул головой, перед мысленным взором замелькали уже другие образы: сокрытые за цветными линзами очков глаза; тревожный голос; прикосновения — осторожные, почти что нежные; внимание — все на него, и только. Наконец, не то точкой, не то восклицательным знаком — беспокойство, слишком уж искреннее. — Почтальон. Сосед, следивший за ним вот уже битый месяц, вместо того чтобы струсить решил протянуть руку помощи? Тенна подозревал, что именно почтальон оставил в ящике подарок-угрозу — палец и ухо в густом соусе из запекшейся крови и слез. Но, как и все непрофессионалы, тот продолжал возвращаться на место преступления. Странная дилетантская черта, раздражавшая Тенну безмерно. Неужто догадка привела в тупик? Неужели маленький почтальон на самом деле не знал о содержимом той посылки и переживал за него? Прошлый вечер как никогда подходил, чтобы завершить возможное покушение, или донести угрозу лучше — с такими мыслями Тенна на крыльце соседнего дома и оказался. Поймать с поличным, прижать к стенке, вытряхнуть (если потребуется — выбить) правду. Но. Но неужели правда на самом деле столь прозаична? Спамтон не при чем, тот из (крайне нелогичных) благородных побуждений искренне переживал за него и захотел помочь? — Хм. По непонятной причине стало жарче. От Тенны, кажется, ускользала какая-то мелочь. Вчера произошло что-то еще, необычное, возможно компрометирующее. Скандальное, из ряда вон выходящее! Однако мысли не успели выстроиться в нужную последовательность: в соседней комнате зашипело (масло?), а затем весьма витиевато выругалось. «Неплохо» Тенна хмыкнул, заметил пропажу рубашки и пиджака, споро взял с дивана один из пледов (темно-серый), чтобы соорудить из того подобие короткой тоги. Распрямил плечи, настроил отображение экрана на минимальную яркость, встал поближе к отбрасываемой полкой тени и — замер в ожидании. Ожидание быстро вознаградилось звуком шагов, а затем испуганным вздохом в комбинации с полным ужаса взглядом. — Небеса, вы как из ниоткуда появились! — … Почтальон отдышался, быстро окинул его взглядом сверху вниз, покраснел. Откашлялся. — Т-то есть, вы проснулись. — Потрясающая наблюдательность. — Как… к-как чувствуете себя? Что-то болит? — Должна быть причина? — он клыкасто улыбнулся. — Решил покопаться в проводах, пока я спал? Лицо Спамтона приобрело цвет переспелого томата. — Нет! — Слишком резкое отрицание. Настораживает. — Как вообще мы пришли к… — Недостаточно хорош, мм? — ох. Ну надо же, оказывается можно стать еще краснее. — Испугался внутрянки? Вся эта кровь и шестерни! Состояния стоит на черном рынке! Почтальон на миг замер, словно ошарашенный, затем возмущенно фыркнул. — Помочь! Просто захотел помочь! Мы видимся почти каждый день! — Всего-лишь работа. Твоя. — Мы соседи! — Ха-хах. Смешно. — Не смешно, — Спам подошел ближе. — Болит или нет? Только честно. «Упрямый» — Нет. Доволен? — Я… не знаю, — тот растерянно почесал шею. Только сейчас Тенна заметил, что одна из линз цветных очков отчего-то растрескалась. — Ваше тело… никогда такого не видел. Боюсь навредить. По совершенно не логичной и абсурдной причине от слов этих Тенне будто бы стало жарче. Его боялись, и то было вполне привычно и правильно, но «навредить»? Безумная комбинация слов. — Хм, — на большее в ответ его не хватило. — Вы наверное есть хотите? — Я… Не мастерская смена темы, но тоже сойдет. А еще, так появится повод получше разговорить почтальона и выяснить подробности его наверняка более чем богатого прошлого. К тому же, не исключено, что Спамтон на самом деле… «Врет» — …Не отказался бы от еды. — Тогда пойдемте. Завтрак готов.