Успеть за две недели

Способность убегать есть основной защитный механизм человека. Сражение и ступор - посредственны и, чаще всего, обречены на провал. В Академии учили, что если и сбегаешь - тебе нужно не оставлять следов. Кажется, к этому относились и телесные жидкости, которыми я решил покрасить деревянный пол. Конечно, не по своему желанию, но это совсем не важно. Кусок сломанного стекла лежит в руке уже привычно - кажется, боль от этого стала настолько родной, что можно посчитать ее частью себя. По нему густыми, бардовыми каплями стекает еще свежая жидкость - значит, задел вену. Было сложно дышать. Бой разгорался все сильнее и сильнее. Кажется, вдали были слышен знакомый треск барьера - пробили, а значит времени остается меньше. Цероба всегда оставалась последней боеспособной единицей. Перед ней умирал Шериф, а перед ним - грозная четверка. Сейчас, единственными выжившими монстрами являюсь я и Барменша. Ди.. Дина? Так ее зовут? Очередной выстрел приводит меня в реальность, заставляя в ушах то и дело раздаваться оглушающий звон. Пуля с звонким стуком отбивается от панциря броненосца, падая на пол и закатываясь куда-то под прилавок. Боец подошел слишком близко к потенциальному укрытию. Новичок? Скорее всего. Я вижу его ногу. Делаю резкий выпад в попытках добраться до ахиллова сухожилия прежде чем мою руку пинают, заставляя кусок стекла выпасть из влажных от пота рук. Он знал, что я тут. Он видел, как я прятался. Пытался выманить из укрытия. Поток мыслей прерывается с оглушающим ударом в голову. В глазах замелькали разноцветные огоньки и я не успел понять как рухнул на землю, а дуло ствола уже прижималось к голове. Не смотрю. Не хочу смотреть. Не буду смотреть. Закрываю глаза, тихо вздыхая. Еще одна попытка. Еще один целый путь. Еще один пробег через все зоны. не так уж и сложно. Осколки. В мое лицо вонзились осколки, а холодный металл исчез из поля зрения. — Ах ты.. Блять! — Солдат согнулся, хватаясь за голову и бурча себе под нос множество ругательств, которые я предпочел проигнорировать. Обернувшись в сторону, я заметил потрепанное лицо Бармена, державшего в руках уже другую бутылку и готовясь кинуть ее в сторону нападающего. Хотелось крикнуть, что это бесполезно - в конце концов, он придет в себя и сможет отойти от траектории удара, что это непрактично и не поможет обезоружить противника, но слова просто.. Застряли в глотке. Смотря на нее, не мог вымолвить ни слова. Монстры и правда нежные. Спасать другого, когда твоя жизнь в опасности. Глупо. Выживает сильнейший. Либо, в нашем случае, более здравомыслящий. Воспользовавшись моментом, я успеваю подняться с деревянного пола прежде чем он успевает протереть глаза - бежать. Двери салуна раскрываются на удивление легко - не понимаю, из-за адреналина погони это, или они стали настолько повреждены от пулевых отверстий, что уже совсем не держатся. Пробегаю несколько шагов, прежде чем схватить горсть песка в руки и начать пробираться дальше уже более медленным шагом. На полпути пригибаюсь, слыша голоса впереди. За домом несколько мужчин стоят над монстром, что закрывается щупальцами, моля о пощаде. Они переглядываются друг между другом, иногда наступая на беззащитную тварь тяжелыми сапогами, выбивая из него очередные вскрики. Кажется, буквально спустя пару минут им это надоело, ведь самый высокий из них наставляет дуло прямо на монстра, опуская палец на крючок.. Громкий выстрел прерывает все мольбы, а причудливое тело превращается в пыль, оставляя на месте лишь одежду. Пробивает дрожь, когда вспоминаю один из других набегов. На месте этого монстра была Мартлет. Мартлет? Мартлет! — Твою мать, — выдавливаю сквозь зубы. Да вы, наверное, издеваетесь. Оборачиваюсь в сторону "тюрьмы", дверь в которую пытались подорвать, к счастью - безуспешно. Нужно всего лишь пройти еще несколько шагов и забежать внутрь. При этом, я рискую быть пойманным. Если меня найдут там, то уже никакая ловкость или трюки не спасут. Расстреляют словно бродячую дворняжку, не дав сделать и шага. Если быть достаточно быстрым.. Я не заметил, что ноги сами понесли меня в сторону дверного проёма. Идиот. Врываясь внутрь, глаза быстро пробегаются по камерам. В одной из них сидел, кажется, вор. Сейчас его там нет, а решетка распахнута. Значит, смог сбежать. Без разницы, его наверняка просто перехватили на выходе из местного города. В следующий момент взгляд падает на клетку. Открыто. Внутри лежит одно перо. Шок приходит не сразу. Сначала несколько секунд скольжу глазами вокруг еще раз, стараясь найти хоть единственный признак того, что это не то, о чем я на самом деле думаю. Наверное, она просто обронила его пока улетала, правда? Она спаслась. Смогла предупредить "королевских стражей" и они уже мобилизуют полноценный состав чтобы выиграть мне немного времени. Я ведь не опоздал и на этот раз, правда? Не опоздал ведь? Не мог опоздать. Это слишком рано. На щеках появляется влага. Что? Здесь стало душно. Тяжело дышать. Взгляд фиксируется на небольшой кучке серой пыли, лежащей прямо посередине комнаты. Не заметил раньше, ведь она идеально сливалась в моем размытом зрении. А на полу лежит гильза. Одна единственная. Грязно-коричневого цвета, вываленная наружу словно специально чтобы я ее заметил. Руки обхватывают холодные прутья, сжимают до побледнения в костяшках. Дыхание выходит сдавленно, почти на уровне животного рыка - пугаюсь сам, прежде чем сползти на колени, прижимаясь головой к металлу. Рыдание заполняет комнату, когда в голове что-то щелкает. Хочется просто перестать стараться. Перестать пытаться. Позади раздаются шаги. Нету сил на поворот головы в сторону. Позади взводят курок с характерным звуком. Не важно. Наконец, к затылку снова прижимается дуло. — Нашёл тебя. — знакомый как родная мать голос заставляет широко раскрыть глаза, — Трусишка. Белоснежные волосы испачканы в саже, пыли и осколках бутылок. Глаза смотрят уже не с тем презрением или яростью - скорее, с небольшим азартом. — Теперь, твоя очередь искать. — на его лице появляется широкая улыбка, прежде чем палец наконец падает на крючок.

Выстрел.

Пустота.

Я просыпаюсь в холодном поту. По соседству храпит Муч.