Лучший ученик

Этот день вообще ничем не отличался от других. Скучные уроки тянулись, будто кто-то нарочно растягивал день. И вот Ваня сидит и ковыряет пальцем дырку на парте, изучая класс. Все те же столы, стулья, но он надеется, будто, если кинет взглядом все еще раз, то что-то изменится. Он грустно вздыхает, вертит ручку между пальцев. Следующим уроком физика, и он, честно говоря, хотел бы уйти домой, играть в компьютер. Но к сожалению он потом получит нагоняй, так что парень продолжает делать вид, что ему не скучно. Да и погрузиться в свои мысли не даёт внезапно появившаяся физиономия местного задиры, что не брезговал поприставать и к Ване. — че сидишь? Не знаешь, что делать вечером? Могу забить «стрелку»!— Тупо улыбается, оголяя желтые зубы. —Сука, ты сейчас получишь! — Письменная принадлежность вылетает из рук Вани и падает на пол, но ему уже не до нее. —Рот свой закрой, нытик ебучий! — мерзкое лицо пропадает за дверью. Но через пару секунд они встречаются в коридоре. Удар летел за ударом, это была драка, два одногруппника ненавидели друг друга и, только дай им повод, они разобьют друг другу лицо. Только вот в этот раз, к сожалению для парня, к счастью для задиры, удача была не на стороне Вани. Он даже не понял, как оказался лежащим у стены. Теперь его бил другой мерзкий выродок из шайки того урода. Ваня закрыл лицо руками, надеясь защитить хотя бы нос и глаза. Неприятная, жгучая боль расползалась в районе живота, заставляя выть от боли. — Давай! Плачь, сучонок! Плачь! — орал кто-то, но Ваня уже не мог распознать откуда доноситься голос. Перед лицом то и дело летали чьи-то ноги, которые наносили удары то в живот, то в руки — куда придётся. Парень не сомневался, что этот выродок попросит своих корешей помочь ему.. Но чтобы его били толпой у кабинета физики, он точно не ожидал. Потихоньку закрывались глаза, мышци ослабевали. В голове пульсировала мысль: «Нельзя, нужно держаться!». Но тело делало совершенно по другому. Теперь Ваня уже не чувствовал глухой боли, он знал, что скорее всего они увидят его реакцию и отступят... — Что тут происходит?! Быстро все в мой кабинет! — Громко, но в тоже время сдержанно прозвучал голос Николая. Только заслышав преподавателя парни кинулись в рассыпную: кто на лестницу, кто в дальнюю часть коридора. Николай подбегает к Ване, который лежит у стены и едвва подает признаки жизни: нос разбит, вся рубашка грязная, да и джинсы тоже придется отправить в стирку из-за крови. — Боже, Ваня.. — Учитель садится на колени рядом с дрожащим телом и помогает сесть. Вид у парня конечно был жалкий и беспомощный. —М-м...— Говорить Марголдину было действительно трудно из-за заливавшейся в горло крови, да и страх еще не до конца отпустил его. Николай нежно подхватил парня руками под спину и колени, поднимая на руки. Скорую вызывать не хотелось: не нужны лишние проблемы, ни ему, ни Ване уж тем более. Когда учитель поднял парня, то огляделся в поисках лишних глаз. Благо рядом никого не было и он тихо пошел до своего кабинета с Ваней на руках. Кабинет встретил их теплым светом лампы, снегом за окном. Николай кое как включает свет, закрывает дверь на ключ и кладет Ваню на небольшой мягкий диван, который стоит в углу кабинета. — М-мф...— стонет парень и пытается развернуться, чтобы сплюнуть кровь, которая так неприятно отдает во рту металлическим вкусом. — Тише, тише маленький. — Успокаивает его учитель и проводит по окровавленным губам своим чистым платком, который так удачно оказался в кармане классических брюк. — Все будет хорошо, тише.. — Снова говорит он и оглядывается по сторонам в поисках подложки под голову. Таковой он не находит, но под нее годиться и куртка самого преподавателя. Мягко свернутая многослойная ткань приятно ложиться под больную голову Вани и тот ненадолго расслабляется. Николай продолжает хлопотать над ним. Зажатая между пальцев ватка со спиртом обжигает разбитую губу, Ваня морщиться. Преподаватель обводит ею же окровавленный нос и скулу. Парень царапает кончиками ногтей кожаное покрытие дивана. — Тише, Ваня, тише...— Снова просит Николай и мягко поглаживает парня по плечам, отряхивая рубашку. — Какой у тебя сейчас должен быть урок? — спрашивает, смотря в затуманенные глаза. — Ф-физика...— еле выдавливает Марголдин и снова отворачивается к стене. Пытается прогнать то самое чувство страха и отвращения к самому себе. — Не пойдешь на нее сегодня. Я потом объясню учителю причину твоего отсутствия. — Николай проводит рукой по темным волосам, успокаивая парня. — Ты испачкался. Я хожу в спортзал, у меня есть сменная одежда. Переоденешься сам? — интересуется преподаватель. И как только видит кивок головы, то достаёт из своей сумки сменную одежду в виде черной футболки и серых штанов. — Вот..— Николай кладет вещи на край дивана и выходит, прикрывая дверь. Марголдин неоктрое время лежит, а потом быстро переодевается. Вытирает рубашкой окровавленную шею и лицо,все равно ее стирать. Он легко толкает дверь и лёгким кивком зазывает Николая обратно. — Ты как себя чувствуешь? Будешь пить? — он сует в руки мальчика бутылку и смотрит как тот жадно делает пару глотков. Потом Ваня отдаёт ее обратно, садясь на край дивана. Ему все ещё плохо, саднит в горле, да и голова побаливает. Николай осторожно садится перед ним на колени и берет в свои руки его ладони. — Все хорошо. Сейчас поедем домой. — Иван вздыхает и пытается не заплакать, но пару предательксих слез капают на колени. Мальчик всхлипывает, у него не получается успокоиться Преподаватель понимающе обнимает парня, оставляя на щеке лёгкий поцелуй. — Все хорошо, поехали ко мне. — Он снова целует Ваню и начинает собирать свои вещи. — Забери сходи свою куртку из гардероба, я пока закрою кабинет и твой портфель заберу. — Укладывая грязную рубашку и брюки Вани в свой рюкзак, говорит Николай. Марголдин не сопротивляется: быстрыми шагами спускается по лестнице и в тихом вестибюле даже чувствует умиротворение. В раздевалке также тихо, только за окном задувает ветер, разбрасывая снежинки. Ваня натягивает куртку и меняет кроссовки на ботинки. За дверьми его уже ждет одетый Николай. Ему ужасно идет это пальто и шарф, которые подчёркивают статус и элегантность образа. — Пойдём? — Спрашивает он и указывает рукой на двери. Ваня кивает в ответ, оба прощаются с охранником и выходят на улицу. Парень жмуриться, в лицо летят снежинки и неприятно охлаждают кожу. Николай открывает Ване дверь и сажает на заднее сиденье. Пока сам убирает вещи в багажник. Через пару минут в машине становится тепло и Ваня расслабляется, засыпая. До дома им ехать полчаса. Но это время пролетает для кудрявого как секунда. Он чувствует, что его зовут и, нехотя открывает глаза. — Ваня! ну ты чего уснул - то, вставай, мы приехали уже. — Голос Коли звучал так успокаивающее и одновременно строго. Парень дуется, разлепляя сонные глаза и вылазит из машины. Холодный воздух быстро приводит его в чувства. Ваня кутается в собственную куртку, пока ждёт Николая у двери подьезда. — Ну, заходи! — Подталкивает его мужчина, прикладывая магнитную карточку к панели на двери. Ваня неловко забегает и слегка удивляется чистоте и порядку. В его районе не нашел бомжа у лестницы — уже достижение. Лифт везет обоих до пятого этажа. Где Николай быстро распахивает дверь перед парнем, давая ему время оглядеться и привыкнуть к обстановке квартиры. Ваня осматривает нежно-голубые стены в прихожей. Красивую тумбу для обуви и черный коврик "Welcome". Ухмыляется, оглядывая крючки на стене: видимо он до сих пор живет один. Ботинки быстро слетают с ног парня и тот по привычке проходит дальше, но через пару секунд осознает, что не у себя дома и возвращается, дабы убрать обувь в тумбочку. Николай быстро, но плавно скидывает пальто, вешает шарф и кладет свою сумку на пол у коврика. — Проходи, чувствуй себя как дома! Ты голодный? — интересуется мужчина и закатывает рукава темно-синей водолазки, что была на нем все это время. — Не отказался бы от лапши...— Смущенно говорит подросток, стараясь выглядеть более спокойным, но это пока плохо получается. —Ну лапшу быстрого приготовления не обещаю, но могу пасту с курицей, — лучезарно улыбается Николай, перекладывая пару тарелок из посудомойки на стол. — Садись пока, сейчас чай налью. — Просит мужчина, уже наливая холодную воду в чайник. Ваня робко садиться на стул, снова окидывая взглядом кухню средних размеров. Над столом висит красивый и новомодный телевизор, что побуждает парня наклониться вперед, дабы прочитать от какой фирмы данное творение. — Это «Super TV». — Будто прочитав чужие мысли говорит мужчина не оборачиваясь. — Купил недавно совсем, хочешь включи и глянь, там сейчас баскетбол должен идти. — Ваня несмело наживмет красную кнопку «Play». На экране появляется картинка с таким хорошим качеством, что поначалу кружиться голова. Сюжет и голос диктора сразу захватывают и Ваня полностью погружается в происходящее на экране. — Все готово! — Ромадов ставит на стол тарелку с пастой, которая выглядит изумительно. Восхитительный запах стоит на всю кухню. — Ого, очень аппетитно выглядит... — Ване действительно понравился и внешний вид, и запах еды, только после ударов у него была сильная тошнота,но есть хотелось. — Ты чего с таким грустным лицом ? Если не понравилось так и скажи, я могу что то другое приготовить.— Блондин сел рядом с парнем и приобнял его рукой, дабы показать свою заботу. — Меня тошнит немножечко.. — Дай сюда вилку.— Коля взял прибор, накрутил на него пасту и аккуратно поднес ко рту Вани. — Вы очень вкусно готовите.. — Сказал Ваня проглатывая лапшу и наслаждаясь пряным вкусом. Тошнота постепенно начала отступать. — Приятно слышать. — Николай снова подносит ко рту парня вилку и тот без стеснения берет в рот очередную порцию пасты. Они сидят некоторое время на кухне. Ваня расслабляется окончательно, чувствуя безопасность. Паста в желудке лежит приятным грузом. В сон клонит теперь еще сильнее. За окном усиливается буря, разгоняя снег в разные стороны. На стекле видны красивые разводы снежных узоров, которые можно разглядывать вечно. И так непривычно хорошо Ване не было давно, он зевает и начинает дремать прям за столом. Николай улыбается, глядя на парня и убирает тарелку в раковину. Ваня тихо говорит запоздалое «Спасибо» и снова откидывает голову на спинку стула. Преподаватель кивает в ответ и подходит ближе. Даже после еды парень был достаточно легким. Николай без труда донёс его до своей кровати. Лежать на которой Ване очень понравилось: он раскинул руки по простыне, тихо посыпавая и вдыхая аромат чужой подушки. Одеяло кажется слегка тяжелым и от этого еще приятнее. Николай садится рядом на кровать и нежно поглаживает его по голове. — Какой же ты все таки милый.. — Легкий поцелуй не обжигает, даря ощущение радости и спокойствия. Николай выключает свет и ложится рядом с парнем. За окном воет вьюга: утром они будут пытаться откопать его машину из-под горы снега. Но пока что можно просто полежать вместе. Утром Ромадов просыпается первый, как обычно раньше будильника, он уже привык. Раньше была бессонница и вставал он раньше, а сейчас это вбилось в подсознание. Смотря на мило спящего мальчика, у Николая появилось желание зацеловать его: парень лежит, закутавшись в одеяло, русые кудри спадали на лицо и блестели как золото. И Николай решает взять больничный на один день и посидеть дома с парнем, в его-то состоянии лучше дома отдыхать. Пальцы быстро набирают нужный текст, а глаза не могут оторваться от превосходной внешности. После не длинного отправленного сообщения, мужчина кладет мобильник на прикроватную тумбочку и ложиться обратно под теплое одеяло. Сон, конечно, как рукой сняло, хотелось только смотреть на лицо любимого мальчика. Непослушные и до ужаса худые руки тянутся тёплому телу, Ваня недовольно и невнятно что-то говорит. — Чего-чего говоришь.?— Преподаватель спрашивает это с усмешкой. Ему слегка неловко и смешно, что кудряш говорил это во сне. Ваня продолжает спать, тихо что-то бормоча, видимо Николай открыл ему способность «осознанного сна». Ну это конечно неправда. Просто слишком комично наблюдать за такой милой сценой. Руки преподавателя нежно оглаживают острые плечи и ключицы. «Какой же он всё-таки худой..»— проноситься в голове и Ромадов слегка спускает одеяло, дабы оглядеть юношеское тело. Его острые черты лица заставляя школьницы нервно сглатывать. И Николай пару раз слышал, как его одноклассницы обсуждали его скулы и впалые щеки. Парень имел достаточно худое телосложение, но при всем этом у него был пресс и достаточно накачанные руки. Ну а пухлые губы и нежно-голубые глаза покорили бы даже самого привередливого в выбора партнёра человека. У него были худые и мягкие ноги, которые хотелось сжать, чтобы остались красные отметины. Тазовые косточки так бесстыдно выглядывали из-за пояса штанов и белья. Футболка за ночь сбилась вверх, оголяя талию. Николай нервно сглотнул, проводя руками по теплым бедрам прохладными пальцами. Пульс стучал в висках, неприятно отдавая болью в голову. Губы самы потянулись к чужому рту. Когда горячий язык коснулся кожи, Николай не смог остановиться. Он накрыл чужие губы своими и протолкнул язык внутрь. Глаза закрылись сами собой. В голове было так непривычно пусто, и возможно Ромадову хотелось бы, чтобы сейчас в мозгу пробежала хоть одна, пусть даже глупая мысль, но все было напрасно. Все растворилось в воздухе, который сейчас почему-то казался горячим и обжигал легкие при каждом вдохе. Преподаватель сам не заметил, как начал задыхаться и судорожно сжимать горячую кожу живота пальцами. Глаза открылись и с ужасом Николай увидел, что Иван не спит, а смотрит в ответ. Он чувствует, как язык парня обвивает его собственный. Ванины зрачки сужаются и он отрывается от губ Николая, чтобы рвано вдохнуть и вцепиться в ворот его футболки и притянуть обратно. Ромадов не понимает, что сейчас произошло. Но вся эта ситуация определённо ему нравится, иначе сейчас он бы не чувствовал возбуждение и то, как его член упирается головкой в ткань белья, пачкая ее предэякулятом. Николай постанывает в поцелуй, чувствуя недостаток воздуха. Ваня понимает без слов и отстраняется, снова глубоко вдыхая. Нити слюны тянуться между губами, разрываясь через несколько секунд. Иван ухмыляется и перекидывает свою ногу через бедра Николая, усаживаясь прям на его пах. — Вы такой извращенец, Николай Вячеславович... Целуете мальчика, пока он спит..— Подает голос Ваня. И у преподавателя сносит крышу окончательно: хриплый голос после сна и такая грязная фраза заставляет его простонать, закусив губу. —Любите маленьких мальчиков..? — Улыбаясь самой своей коварной улыбкой спрашивает Ваня, делая толчок бедрами, полезжаясь прямо по вставшему члену Николая. И это просто движение, кажется, израсходовало весь кислород. Ромадов вдыхает, клалет руки на худые бедра парня. Пальцы сжимают кожу и Ваня хмыкает от боли. Мальчик сам уже возбуждён до предела и еле держится, чтобы не засунуть свои руки в трусы преподавателя. Ваня делает ещё один толчок, наблюдая за резко сменяющимися эмоциями на лице Николая. На ткани проступает мокрое пятнышко и парень самодовольно кладет руку на выпуклость в чужих штанах. Ромадов вдруг резко выдыхает и поднимается, чем пугает Ивана. Но это только для того, чтобы контакт тел был еще ощутимее. Футболка парня летит на пол. Ваня выгибается, чувствуя пальцы на своем соске. Глаза закатываются так, что становится больно. Ромадов проводит языком по ореолу второго соска. — Мн-н, п-пожалуйста..— Вдруг хнычет парень, ерзая стояком по ногам учителя. В уголках глаз скопилось влага, и первые пару слёз скатываются по впалым щекам. Это возбуждение уже невозможно терпеть, кажется, кажется еще пару минут и его член взорвется. — Успокойся, малыш. Иначе я не буду делать тебе приятно.. — Тянет слова Ромадов, будто карамель. Ему определено нравится как поменялись их роли за несколько минут. Теперь уже Ваня просит его о большем, а Николай дразнит его долгожданными прикосновениями. Холодные пальцы едва дотрагиваются до набухших сосков, а потом опускаются на выглядывающие из-под штанов и белья тазовые косточки. Иван упирается руками о плечи преподавателя и краснеет еще сильнее, видя на себе пристальный взгляд. — Такой сладкий нуждающийся мальчик..— Говорит и проталкивает пальцы за резинку белья. Очередной каплей смазки Ваня пачкает и без того грязные трусы. — Сниму.? — Спрашивает, будто парень сейчас скажет «нет». Оденется, соберётся и уйдёт со стояком домой. Конечно, в ответ звучит твердое «да». Ваня приподнимается, помогая длинным пальцам стянуть влажное белье и штаны до колен, а потом снять вовсе. Теперь парень сидит на его коленях, такой смущенный и возбуждённый. Глаза заволочены легкой дымкой и Ромадов сам толкается первый, ощущая, что мальчик находится на грани обморока. Горячий член упирается в ответ чужому стояку, который все еще находиться сжатый несколькими слоями ткани. Комнату наполняют громкие хлюпающие звуки. Стоны и прикрикивания. В комнате сейчас слишком жарко, Ваня стонет, чувствуя приближающийся оргазм. — Д-да.. Я.. С-сейчас.. Блять... Почти..— Несвязные слова, которые разлетаются по комнате. — Тебе нужно так мало, чтобы испачкать себя? Плохой ученик... Еще и материться при учителе..— останавливаясь говорит Николай прямо в лицо разгорячённому парню. — Как думаешь, ты заслужил кончить? — Он прижимает его к своим бедрам сильнее, хотя куда уже ближе. Истекающий смазкой стояк упирается головкой в футболку Романова, оставляя мокрые пятна. — Нет.. Пожалуйста.. Я х-хочу... Прошу..— Хнычет парень и пытается продолжить движения. Николай плавится под этим ангельским взглядом и продолжает толчки в чужое тело. Снова придыхания и стоны, горячее дыхание на шее. Ваня быстро и равно толкается в чужие бедра. Николай едва поспевает за ним. Оба чувствуют прибоибенки оргазма, от этого чувства пальцы на ногах сжимаются до судорогов, в голове нет ни единой мысли и в глазах так темно, будто ночь. — Еще.. Еще.. Д-да.. Я почти... Мн..— Простанывает Иван, сжимая пальцами рук плечи преподавателя. Ближе к вечеру на их телах появятся синяки и им придётся старательно замазывать все тональником: Ване, чтобы не было лишних вопросов, Николаю — чтобы не было косых взглядов. Но это звучит так возбуждающе: скрывать засосы.. — Прошу.. М-можно.. Я кончу.. Мне надо..— На выдохе цедит Ваня, быстрее ерзая пятой точкой по чужим коленям, стараясь получить больше прикосновений к своему изнывающему члену. — Да, малыш. Кончи как следует, тебя просит твой учитель. — Конец. Пропасть. Ваня последний раз дергает бёдрами вверх, запрокидывая голову назад. На ресницах повисла влага, мышцы живота судорожно сокращаются. Между ними так мокро и липко, и так хорошо. Николай кусает мочку его уха и с хрипом кончает в бельё. Оба некоторое время сидят так, просто пытаются вернуться в реальность и осознать где они вообще находятся и что сейчас происходит. Ромадов первый нарушает звенящую тишину и отрываясь от шеи парня, спрашивает — все хорошо? Как ты себя чувствуешь? — Фраза настолько домашняя и спокойная, что кажется неуместной в данной ситуации. Ваня еле видно кивает, смахивая слезы с ресниц и расслабляется, полностью обмякая в руках мужчины. Ромадову ничего не оставалось, кроме как положить уставшего парня на кровать. Сам же он пошел в небольшое путешествие с целью поиска влажных салфеток. Когда нужная вещь была в руках, мужчина вернулся в спальню, с удивлением отметив, как быстро Ваня отключился. Более-менее очистив чужой живот и ноги от спермы, Николай укрыл мальчика одеялом и удалился в душ. Ведь к счастью он тоже сегодня получил удовольствие, и теперь ему предстояло отмыться от всех жидкостей, что на него попали. Обед начался для Вани в четыре часа дня, когда нос уловил запах свежеприготовленной пасты с кухни. Парень вылез из-под одеяла и с ужасом понял, что голый. События сегодняшнего утра ударили в голову, как выпитый натощак алкоголь. Ему вдруг стало стыдно, но выйти отсюда все равно придется. Пусть он будет хотя бы отдетый для начала. Благо вся одежда лежала на кровати, аккуратно сложенная руками Николая. Марголдин зашёл на кухню, преподаватель стоял спиной и не заметил его. Кудрявый стоял и пялился на мужчину несколько минут, подмечая те черты, которые не видел до этого. Широкая изящная спина, в меру накачанные руки. Казалось зрачки сейчас превратятся в «сердечко» и Ваня растает как сахарная вата. — Вань, ты проснулся наконец-то?—Обернувшись произнес Ромадов. —А..Я тут это...—Лицо бедняги залилось красной краской, а в голове всплыли фрагменты сегодняшнего утра. — Ну чего ты так смущаешься. Еще час назад был таким раскрепощённым...—Он говорил это таким ласковым тоном, что кудрявый парень прикрыл глаза от наслаждения. Ваня ничего не ответил, лишь аккуратно сел за стол. На котором стояли две тарелки, содержимое выглядело настолько аппетитно, что у парня потекли слюни. — Ты можешь меня не ждать,я кое-что что ещё готовлю, начинай кушать. — Мгм..—Марголдин послушно выполнил просьбу старшего, было вкусно до ужаса.— А что ты ещё готовишь?—Парнишка даже не заметил,как перешёл на «ты». — Мы уже на «ты»? Хотя после всего этого я не удивлен..— на лице Ромадова появилась большущая ухмылка. — Ой.. — Осекся парень и снова уткнулся в тарелку. Завтрак у них прошел довольно быстро. Кудрявый все это время ел не проронив слова, слишком стыдно ему было. А старший даже в тарелку не смотрел, только на смущающегося парня. Когда еда исчезла, Ваня тихо встал, подошел к раковине и стал мыть посуду желтой губкой. В висках стучал пульс, кажется, ему никогда не было насколько стыдно. Уши горели как будто в комнате под сорок градусов температура. Хотя будто так и было, он вспотел только вспомнив лицо Романова. Из-за смущения парень не заметил как Николай подошёл сзади. Он уперся своими бедрами в его. Ваня, казалось, сейчас упадёт в обморок. — Что ты так смущаешься, малыш? — Ромадов перебирал пальцами прядки темных волос. — Сегодня с утра ты так стонал и прыгал на мне.. Я давно так не кончал, честно тебе говорю. — Он давил, старался как можно больше засмущать своего любимого мальчика. Тарелка выскальзывает у Вани из рук. Она ударяется о дно раковины, издавая неприятный звук, который бьёт по ушам. Парень с силой старается сдержаться и не обернуться, но мозг почему-то дает ложную команду. Ваня поворачивается, демонстрируя Николаю лицо, цвета спелого томата. Тот усмехается и заглядывает в голубые глаза. — Малыш, что же ты молчишь? Такой смущенный...— Продолжал издеваться Ромадов. Ему так нравилось доводить Ваню до крайней точки. Тем более он возбуждался сам, вспоминая утренние события. Член медленно набухал в трусах. Ваня рвано вдохнул и опустил глаза вниз. Небольшой бугорок Николая упирался в его собственный. —Мхх.. что вы делаете..?— Кудрявый еле еле терпел, чтобы не кинуться к мужчине за мокрым поцелуем. — Тебе настолько нравится это?— Лицо его начало приближаться к шее младшего, хотелось показать всем, что Ваня только его мальчик. С губ парнишки слетел тихий, но протяжный стон. Коля прикусывает его нежную, бедную кожу, была бы его возможность и он прямо тут кинул бы любимого на стол. Голова думала только об этом. —Коленька... ты хочешь этого сейчас..?—голос звучал в ушах преподавателя приятным эхом, а это ласковое имя... «Коленька..». У него, казалось, зрачок сейчас закроет радужку. Настолько похоть перекрыла все чувства. —Хочу...Мне нужен только ты. Знала бы твоя нежная душа,сколько раз я дрочил на тебя в душе. Представляя твое тело, твои кудрявые волосы... Марголдин ничего не ответил, только тихо сглотнул. Острый кадык притягательно двигался под тонкой кожей. Николай непроизвольно перешел зубами на ключицы, оставляя красные пятна местах укуса. Ваня приподнялся на носочках, чтобы учителю было удобнее наслаждаться его шеей, но тот просек эту фишку. Горячие руки схватили мальчика за ягодицы и приподняли выше, так что парню пришлось скрестить ноги за спиной Николая. А руками ухватиться за широкие плечи. Теперь преподаватель утыкался лицом в шею парня, обдавая кожу горячим дыханием. — Мн.. Коля...— Прохныкал Ваня, ерзая своим стояком по промежности учителя. Мальчик весь горел, безумно ему хотелось заполнить пустоту в себе. Разум медленно покинул его голову. Теперь им хотелось совсем немногого. Ване — чтобы его отодрали как самую грязную шлюху, издевались, не давая кончить, связали и мучали до потери сознания. А у Коли с желаниями куда проще — зад Марголдина возбуждал русого даже в колледже. И в мыслях старший уже давно отшлепал его. — Мхх..У тебя же есть игрушки..? Возьми их..— Стоны Вани были самыми сладкими звуками, которые только слышал его любимый. — Ты такой нетерпеливый, Ванечка..— Одна рука старшего несильно ударила ягодицу парня. На коже остался красный след от ладони. Мальчик выгнулся, закатывая глаза от удовольствия. В голове не было ни одной здравой мысли, хотелось лишь выпустить наружу все свои грёбаные кинки и фетиши. Младший жадно хватал воздух ртом, действия напарника доводили его до предела: стоны слетали с его рта каждую секунду. Николай все таки решился выполнить просьбу мальчика. Он направился в их спальню, а Ваня лишь сильнее вжался в накачанное тело. Один миг и Марголдин лежит на прохладной кровати, русый ищет «игрушки» в своей тумбочке. Ему самому уже нетерпелось увидеть своего мальчика, когда тот буквально зависит от него. — Мхх..ах, я так хочу почувствовать тебя в себе..— Простонал парень, одна из «вещей» уже была в нем, неприятно растягивая тугие стенки. А его любимый издевательски ухмыльнулся и включил третью мощность на пультике управления. Для того, чтобы кончить этого было недостаточно, а вот как следует помучить парня перед проникновением — хватит за глаза. — Прекрати... Я хочу большего..— Прохныкал парень, чувствуя внутри себя вибрацию. Руки Ромадова блуждали под футболкой мальчика, аккуратно оглаживая его грудь. Смотрел в голубые омуты глаз, заволоченные похотью. Ими уже давно было плевать на разницу в возрасте, какие-то жалкие девять лет не могут помешать их страстной любви. — Прекратить? Уже хочешь большего?—Довольный голос прозвучал с ноткой издевкой. —Ты знаешь мнг..Чего я хочу....— Стонет, парень, ощущая как вибратор надавливает на простату. Сил терпеть у преподавателя уже не было, его котенок выглядел так беспомощно. И он ужасно сильно намочил свое белье, там было большое пятно от выделяющейся смазки. Возбуждение полностью окутало его разум. Мужчина начал стягивать с любимого одежду, бросая небрежно за спину: в тот момент куда она полетит, волновало меньше всего. — Ахх..да-а, продолжай, как же долго я этого ждал.! — С придыханием стонет мальчик, размазывая по лицу следы, выступившие от чрезмерной стимуляции его железы. Через пару секунд голое худощавое тело лежало на прохладной простыни и стонало, дергалось от несчастного вибратора внутри себя. Николай сглотнул слюну, руки порывались схватить мальчика и насадить уже на свой изнывающий от желания член. Но ему так хотелось еще немного помучать его.. Поэтому он просто сел рядом, наблюдая. Пытаясь игнорировать свой стояк, явно нуждающийся в прикосновении. Ваня непонимающе глядел на мужчину. Тот лишь улыбался, разглядывая синяки от укусов, которые начали потихоньку проявляться на красивом юношеском теле. — Почему т-ты просто сид-дишь? Я не могу жд-дать...— Прикрывая поочерёдно то один, то другой глаз, прошипел Ваня. В животе медленно скручивался клубок жара, отдающий в голову и член. Оргазм был так далеко и так близко одновременно.. — Ты так сексуально дергаешься, малыш. Думаю тебя стоит еще немного помучить. Но так и быть, если будешь хорошим мальчиком, то я разрешу тебе кончить. — Улыбаясь во все зубы, проговорил Николай. Тут же вздрогнув от развратности своих слов. Но по лицу Вани можно было понять, что затея ему понравилась и он не прочь поиграть в эту игру. Палец медленно передвинул ползунок на четвертую скорость. Парень дрогнул, вжимаясь в матрас головой и сжимая в руках скомканную простыню. Оргазм накатывал медленно и неумолимо. С головки стекала очередная капля предэякулята, впитываясь в ткань. Через несколько секунд Ваня снова простонал и прокусил губу, пытаясь сдерживать оргазм. — Коля.. Мнг.. Я н-не мог-гу больше.. Я кончу..— Плакал от переизбытка эмоций мальчик. По лицу скатились несколько слез, оставляя на щеках мокрые дорожки. — Нельзя, малыш. Тебе нужно еще потерпеть. Ты же послушный? — Наклоняясь над лицом Вани пропел Николай. Парень снова выгнулся в спине, будто пытаясь сбросить с себя чувство возбуждения. Он чувствовал, как в член приливает сперма. Секунда, вторая и он бы кончил, если бы не умелые пальцы старшего. Которые так невовремя для Вани потянули ползунок вниз, на первую скорость. Тот громко и разочарованно простонал, чувствуя, что оргазм будто откатывается назад. Грозный взгляд мальчика упёрся в глаза мужчины. Который все это время наблюдал за извивающимся перед собой парнем. — Я хочу твой член. Мн, пожалуйста.. Коля.. Я хочу кончить..— Слова тягучие, будто карамель. Они оседают на языке сладостью. И мысли сейчас такие же тягучие и томные. Николай медленно стягивает с себя штаны и белье. Обнажает твердо стоящий и истекающий смазкой орган с покрасневшей головкой. От вида чужого члена Ваня смущается, понимая, что «это» сейчас будет в нем. Ромадов словно насквозь мальчика видит и намеренно не двигается, ожидая, когда его попросят что-то сделать. — Коля..! В-войди пожалуйста. — С прикриком просит парень, его оргазм так далеко и ему хочется приблизиться к точке невозврата. — Маленький развратный малыш..— Цедит старший слова сквозь зубы и буквы впитываются в воздух, в стены и растворяются в горячем дыхании и стонах. Они оба будто пытаются разбавить атмосферу, хотя получается не очень. Горячий член Николая медленно надавливает на анус, заставляя Ваню вздрогнуть и сжаться от страха. Все таки это его первое проникновение и первый анальный секс. — Да,мгх..сделай это..— Ваня поерзал на мокрой от пота простыни. Пару раз случайно задевая чувствительную головку чужого члена. Николай аккуратно начинает входить в младшего и глаза говорят за него, спрашивая не больно ли.? Марголдин немного сморщился, смешанные чувства горели в груди, боль была не сильной, но продолжать акт хотелось меньше и меньше. Подождав минуточку, Николай резко вошел до упора, резко раздвигая тугие и горячие стенки своим стояком. Короткий крик разрезал воздух в комнате и на глазах бедного Ванюши выступили слезы. Но он даже не подозревал насколько сильно это понравилось его любимому. — Мне же б-больно.. Ты специально это, да? — Ваня натурально хрипел от боли, голос дрожал. Жгучее чувство постепенно затихало, хотя внутри что-то неприятно саднило. Парень привык к большому размеру, но в такой атмосфере хотелось, чтобы Коля пожалел его Старший провел своей, уже влажной рукой, по солнечным кудрям любимого мальчика. В ответ Ваня ещё сильнее прогнулся, для него каждое прикосновение было огненным. Николай продолжает вдалбливать Ваню в кровать, с каждой секундой наращивая темп и приближаясь к оргазму. В душной комнате звучали громкие стоны, всхлипы и полузадушенные рыдания. Парень пытался успеть за темпом учителя, но не смог подстроиться под него. — Ах-х..К-коленька..М-м быстрее..— Ваня громко стонет, ощущая приближение своего оргазма. Пальцы с силой сжимают сьехавшее одеяло. Из горла вырываются хрипыле вздохи, которые для ушей Николая считаются музыкой. Николай сжал пальцами худые ляшки парня, да так сильно, что младший простонал от боли. На теплой коже остались красные пятна, которые утром превратятся в фиолетовые синяки. Через минуту Николай кончил. Прямо внутрь Вани, смазывая горячие стенки своей спермой. Рвано вздохнув и закатив глаза до боли в голове. Ваня же излился себе на живот, забрызгав спермой себя и одеяло. Выгнувшись в спине до хруста позвонков, глухо простонав от чувства заполнения. И ничего, что он проведет как минимум полчаса в ванной, вымывая из себя сперму.