Перевоплощение

20 декабря:

— Он тогда ворвался в комнату, когда у меня руки все в крови были. Я сначала возмущался, но потом... — Морфей тяжело вздохнул. — Прошёл уже почти год. — Лорд, вам бы стоило сказать ему, — сказала Люсьена, сидя напротив него. — Ты забыла, что произошло с Надой? — Бесконечный поднял на неё взгляд. — Это всегда заканчивается плохо. — Но это не значит, что не стоит попытаться, — Люсьена что-то записывала себе в блокнот, будто была психологом. — Не думаю, что Мэттью против стать вам... ну, хотя бы другом. Было заметно, как она пыталась сдержать смешок. Морфей, и так прибывающий в стрессе, посчитал это неуважением: — Что смешного? — Простите, Лорд, подумала о своём, — откашлялась Люсьена. — Не хотела вас обидеть. Бесконечному, может быть, это и показалось подозрительным, но он сейчас был не в том состоянии, чтобы кого-то наказывать или отчитывать. Он понимал, что Люсьена знала Мэттью куда лучше, могла дать совет, но почему-то не делала этого. А просить Сон не хотел... будто это бы тронуло его гордость: — Слушайте, Лорд, — Люсьена положила блокнот на стол. — Через пять дней Рождество. А Мэттью бывший смертный. Может устроить праздник? Заодно и жители королевства развлекутся. — Праздник... — Морфей задумался. Прошёл почти год со смерти его сына. Он и забыл о праздниках. — Тогда мне тоже придётся быть на нем. — В этом и суть. Эмоции сближают. И если уж вас, каким-то магическим образом, — последнюю фразу она попыталась сказать как можно тише, — привлек Мэттью, то это хороший вариант. — Я поразмышляю над этим, — Морфей уже точно знал, что устроит этот праздник. Хотя бы для жителей. Думать ему пришлось бы над тем, идти ли самому.

***

Мэттью вбежал в библиотеку сразу после того, как из неё вышел Бесконечный. Он явно был чем-то заинтересован и спешил поскорее узнать всю нужную ему информацию: — Что сегодня было? — Мэтт сел на стул. Его длинные тёмные волосы закрыли его бледное лицо, растрепались, настолько быстро он бежал. — Что он говорил? — Что подумает над возможностью устроить праздник, — спокойно ответила Люсьена. — Но сам вряд ли будет участвовать. Хотя... не исключаю и такой возможности, — она откашлялась. — Вот черт! — Мэттью раздражённо застонал. — Ну ладно. Хотя бы потусуюсь. — Ищи плюсы в минусах. Мэтт закатил глаза. Он надеялся хотя бы на Рождество попробовать подкатить к Морфею. Но планы рушились о темперамент Бесконечного. Он будто рушил все надежды. Нуала бродила на библиотеке, иногда протирала полки, корешки книг. В своём естественном виде, без чар красоты, которые были актуальны в Фэйри: — Эй, Нуала, солнышко, — окликнул её Мэттью. — Тут босс хочет устроить праздник в честь Рождества. Пойдёшь? Нуала сначала как-то странно посмотрела на Люсьену. Они обменялись парой подозрительных взглядов, после чего фея улыбнулась и ответила: — Да. Было бы здорово. Мэттью покосился на Люсьену, поднял одну бровь в недоумении, но задавать вопросы не стал. Не его ума дело, в конце концов: — Классно. Спроси ещё Мервина. Он насторожился. Эти двое явно что-то задумали. Вроде и влезать в это ему не хотелось, но теперь появилось напряжение. Люсьена и Нуала, конечно, заслужили доверия Мэтта, но сейчас нагло его подрывали. Он встал со стула и попытался придумать, что ему делать дальше. Готовиться к празднику, да... и, может быть, самому подойти к Мервину. А может и к Морфею. Но для этого ему бы потребовалось куда больше душевных сил. Быть отвергнутым вживую оказалось бы куда более трагично. А Рождество хотелось провести в хорошем настроении: — Ладно, пойду хоть свежим воздухом подышу. — Только не надолго, — повернулась к нему Нуала. — Нам надо украсить ёлку. — Мы живём в одном мире со всемогущим повелителем снов, — Мэттью с удивлением посмотрел на неё. — И при этом мы должны сами украшать ёлку? — Так интереснее. — Ладно, солнце, как скажешь, — он махнул рукой на прощание и пошёл к выходу. — Через часик где-то приду. — Сильно не задерживайся! — крикнула ему вслед Нуала. Голос её был слишком уж взволнованным. Мэттью, пройдя несколько коридоров, вышел на улицу. Он ожидал чего угодно, но никак не наткнуться на снежный сугроб. Ещё пару часов назад привычное Сноведение вдруг приобрело вид северного полюса из рождественских мультиков. Сам дворец, на удивление, тоже преобразился. На нем появились гирлянды, украшения. Неужели Морфей и правда захотел устроить всем жителям праздник? Тогда была и надежда, что он сам на этот праздник явится... Достав из кармана сигарету, Мэттью закурил и прислонился спиной к колонне дворца. Смотрел на падающие снежинки. Удивительно, что Бесконечные тоже могли проникнуться атмосферой праздника. Позади послышались шаги. Мэтт обернулся, хотя и так знал, кто шёл. Морфей. Перекур нужно было заканчивать. В последнее время Мэттью не мог чувствовать себя комфортно рядом со Сном. В общем... все сложно. Но когда Бесконечный подошёл и остановился рядом, отступать было уже поздно. Начать диалог? О чем? Мэттью не знал, о чем разговаривать с бессмертными существами, в которых он ещё и был влюблён: — С чего это вдруг вы решили все украсить? — он решил начать с простого. — Люди украшают. Без этого... праздник ощущается не так, — Морфей пожал плечами. — Красиво? — Очень, — неловко кивнул Мэттью. — Вы прям праздник устроить хотите? — Что-то вроде. Не знаю, как это будет проходить, — Морфей глубоко вздохнул. — Разные жители хотят разного. — При жизни, я помню, у нас всегда устраивали рождественские дискотеки. Ну или что-то вроде того, — Мэттью пока боялся предлагать напрямую. — Сомневаюсь, что Люсьена оценит шум, — в уголках губ Морфея можно было заметить что-то отдалённо похожее на ухмылку. — Да и я имел опыт только со светскими вечерами. — Босс, без обид, — прервал его Мэтт, — но мне кажется жителям куда выгоднее прийти на праздник, чтобы напиться, а не вести беседы. На лице Сна отразилось недовольство. Даже раздражение. Он никогда не мог понять любовь людей к ежеминутным страстям, после которых идёт похмелье: — В этом их проблема. — Ну ничего, придумаем что-нибудь, — усмехнулся Мэттью. — Ладно, меня Нуала ждёт. Они с Люсьеной хотят ёлку украшать. — Украшать? Я могу просто... — Знаю, босс, но они хотят сами. Мэтт буквально ворвался обратно во дворец. Сердце колотилось. Ладно, это не было страшно. Просто очень... очень неловко. Он слышал голоса Люсьены и Нуалы. И шуршание коробок. Они уже достали откуда-то ёлочные игрушки. Такая ностальгия. Атмосфера детства, как когда родители звали его после школы украшать ёлку.

***

Вечером Морфей опять сидел в библиотеке. В углу теперь стояла ёлка, которая выглядела криво, неаккуратно, но от неё веяло каким-то теплом. Сам Бесконечный не смог бы такое создать. Его творения всегда (ну или почти всегда) были приближены к идеалу: — Ну что, Лорд, не передумали на счёт праздника? — Нужно бы придумать, в каком формате его устроить, — пробормотал себе под нос Морфей. — Я не хочу устраивать просто пьянку ради пьянки. — Жители должны понять, что веселиться надо уметь и без алкоголя, поэтому я полностью вас поддерживаю, — Люсьена раскладывала новые книги и идеи для книг по полкам. — Боюсь, что тогда никто не придёт. — А вам нужны все? Вам нужен конкретный человек, а он и без спиртного как пьяный ходит. Морфей вообще не понимал, как веселить людей. Как сделать так, чтобы всем понравилось на его празднике? — Лорд, — Люсьена прекрасно видела его волнение. — Мы будем рады даже празднику в компании друг друга. Нуала, я, Мэттью и Мервин. Лучше состава и быть не может. — Я сделаю все, что в моих силах, — кивнул Морфей. — И... у меня к тебе просьба. — Все, что угодно. — Можешь рассказать, что Мэттью любит? Из еды, может быть, музыки, — голос Морфея был очень тихим, будто он просил чего-то постыдного. — Он типичный американец, — Люсьена улыбнулась. — Вредную еду любит. Но предлагаю вам добавить что-то менее углеводное. А из музыки он обычно слушает какие-то оры. Рок, металл, что-то из этого семейства. Бесконечный кивал после каждого её слова. Пытался запомнить. В голове понемногу выстраивалась картинка праздника. Нужно было сделать это Рождество особенным. Чтобы Мэттью точно понял... вот бы ещё и принял.

21 декабря.

Мэттью дали швабру в руки и заставили подметать в какой-то очень старой и пыльной комнате. Люсьена хотела, чтобы чисто было везде, а не только там, где будет праздник, ведь якобы так совесть чище будет. Мэтт так и не понял закономерности между этими понятиями, но решил выполнять приказание. Может он бы сделал приятно Морфею своими действиями. Уборка была очень трудной. Слоев пыли стало так много, что банально дышать здесь не представлялось возможным. Пришлось открыть нараспашку окно. Пусть уж лучше подоконник снегом завалит. На полках стеллажей в этом подобии кладовки было много интересных вещей. Какие-то блестящие книги, шарики и прочее. Может быть, это что-то секретное, и ему не стоило сюда заходить? Но ведь Люсьена его сюда прислала. Её ответственность. В одиночку убираться было чертовски скучно. И при этом хотелось сделать все самому. Принципиально никогда не была положительной чертой его личности. На одной из полок он обнаружил маленькую коробочку. Она была похожа на то, в чем обычно хранили обручальные кольца. Мозг кричал, что это может быть что-то опасное, ведь вещи Бесконечного — это не просто безделушки. Но была и какая-то доля интереса. Не могло же что-то опасное храниться в маленькой коробочке. Одним быстрым движением Мэттью открыл коробочку. В ней... на удивление, ничего. Мэтт смог уловить лишь какое-то мерцание, но не больше. Странная вещь. Что ж, раз ничего важного не нашлось, значит можно было продолжать уборку. Осталось не так много. Пара полок. Но что-то теперь было не так. Будто в руках появилась дрожь, а сердце билось слишком быстро. Может зря он эту коробочку открыл? А может это просто самовнушение? Мэттью постарался как можно быстрее закончить с уборкой и пойти в библиотеку. Нужно было отдохнуть. Вряд ли проблема была в одной странной вещи, найденной на полке в кладовке. Не мог же Бесконечный там хранить что-то опасное.

***

Прошло достаточно много времени. И Люсьена начала замечать странное поведение Мэттью. Он слишком странно себя вёл. Иногда чересчур задумывался, что было несвойственно ему. Часто жмурился. Это все стало причиной беспокойства. Люсьена подошла к Нуале в надежде, что та знает причину необычного поведения Мэттью: — Мэттью как будто сам не свой, — прошептала она фее. — Не заметила? — Мэттью? Не знаю, — Нуала пожала плечами. — Может волнуется. — Не знаю. Не похоже на него. — Не переживай ты так, — фея положила руку на плечо Люсьены. — В конце концов, у него сейчас один Морфей на уме. Может из-за этого так себя и ведёт. Люсьену это не успокоило. Интуиция кричала, что нужно было разобраться. Но ведь... И правда, все могло быть проще. Мэттью мог всего лишь волноваться перед праздником, где, возможно, ему бы пришлось пересекаться с Морфеем: — Ладно, — она кивнула. — Ты права. — Вот и славно, — Нуала улыбнулась. — Пойдём стеллажи украшать. Осталось ещё несколько гирлянд.

***

Мэттью и сам не был рад таким изменениям. Мысли путались, становились туманными. Перед глазами иногда плыло. Он точно заболел. Но как? Он уже умер, черт возьми! Какие болезни? Но никак иначе объяснить такое состояние не получалось. С каждым часом игнорировать симптомы становилось все сложнее. Да и появился вполне обоснованный страх. Нужно было пойти к Морфею. Это точно. Но что он мог сказать? Что открыл какую-то коробочку, которую открывать не стоило? Да черт с этим, жизнь и благополучие были важнее этого. К тому же, Люсьена отправила его убираться. Совесть чиста. Мэттью еле как встал со стула. В глазах все поплыло. Руки стали тяжёлыми. В кончиках пальцев будто что-то накопилось. Сердце бешено забилось. Он стоял посреди библиотеки, Люсьена с Нуалой ушли за гирляндами. Звать было некого. Что-то прорвалось сквозь кожу пальцев. Боль. Яркая, жгучая. Челюсть, спина, глаза — все тело резко заболело. Мэттью упал на колени и схватился за голову. Что, черт возьми, с ним происходило?!

***

Люсьена и Нуала вернулись в библиотеку с коробкой гирлянд, которую очень долго искали. Мервин просто решил, что она им больше не нужна, поэтому положил обратно к остальному хламу. Вернувшись, они обнаружили неоднозначную картину. На полу были следы чёрной жидкости, напоминающие кровь. Ещё и глубокие царапины в полу. Окно было настежь открыто, на его раме остались следы когтей. Нуала вздрогнула, увидев этот ужас. Кто-то пробрался в библиотеку? Но вот Люсьена поняла обратное. Кто-то отсюда выбрался... — Что тут случилось? — фея подбежала к окну, чтобы закрыть его. — Что за... — Люсьена положила коробку на стол, подбежала к черным пятнам. Рядом с ними, почти незаметные, лежали несколько длинных темных волосинок. — Черт... Мэттью же убирался у Лорда, — она потерла переносицу. Появилась паника. — Он мог найти какую-то безделушку или уронить что-нибудь. Это же Мэттью... Ему нельзя доверять такую работу. — Вот мы попали... Что нам сейчас делать? — взволнованно спросила Нуала. Люсьена села на стул, сгорбилась. Она не знала, что произошло. Но знала, что произошло что-то с Мэттью. Он вёл себя странно. И именно он последний находился в библиотеке. Все детали сошлись, но пазл оказался далеко не тем, что хотелось видеть. Она сделала медленный, глубокий вдох: — Нужно рассказать Лорду, — сказала Люсьена. — Мне легче признать, что я пустила Мэттью в опасное для него место, чем гадать, выживет ли он в условиях, в которых оказался по моей вине. — Но он может разозлиться... — Нуала хотела поспорить, но не смогла. Мэттью и правда мог быть в опасности. — Но ты права... Лорд лучше знает, где искать Мэттью.

***

Боль. Адская, пожирающая. Клыки острые, хотят рвать. Из спины торчат мерзкие крылья. Вороньи. Огромные. Все в крови и коже. Из пальцев торчали длинные грязные когти. Он сидел, прижавшись к камню. Весь в снегу. Холодно не было. Было страшно. Взгляд не мог сфокусироваться. Так в книгах и фильмах описывали бешенство. Но это состояние страшнее человеческих болезней. Конца не было. Тело жалобно тряслось от холода. Кровь на спине застыла. Никто за ним бы не пришёл. Он стал монстром. Таких обычно боятся. Мысли о рождестве мгновенно пропали. Всего несколько часов назад он планировал подкатить к Морфею на празднике. Но больше не было возможности. Теперь только свистящий ветер в ушах. Взяв себя в руки, Мэттью пополз на четвереньках куда-то. Куда угодно. Лишь бы его не нашли. Не увидели, в каком состоянии он был. Каким страшным и мерзким стал. Проблема лишь в том, что он себя не видел. И только поэтому думал, что стал уродом.

***

Морфей сидел в своём кабинете. Как обычно, погрузился куда-то в мысли, смотрел в одну точку. В сознании всплывало необоснованное беспокойство, но Бесконечный это скорее игнорировал. Что могло произойти? Спор Мервина и Мэттью о том, кто выпьет последнюю бутылку пива? Хотя все, что связано с Мэттью... Стук. Громкий. Тот, кто стучал, очевидно паниковал: — Кто там? — отозвался Морфей. — Лорд, беда, — громко сказала Люсьена. — Это срочно! — Что такое? — Сну хватило одного взмаха рукой, чтобы открыть дверь и впустить взолнованную секретаршу к себе. Её вид и правда говорил о том, что произошла катастрофа. Морфей невольно напрягся, в голове уже перебирая всевозможные варианты событий: — Лорд... — Люсьена говорила чётко, но постоянно отводила взгляд. — Мэттью исчез. Я полностью признаю свою вину в том, что пустила его в вашу комнату для хранения разного рода артефактов. Я думаю, именно там что-то и случилось, что и привело к его исчезновению. Морфей замер. Мэттью был рядом с его артефактами. Среди них были и весьма опасные виды. Варианты развития событий в голове становились только хуже. Нужно было немедленно что-то делать: — Где он был в последний раз? — Сон встал со стула, подошёл к Люсьене. — В библиотеке, Лорд. Там остались следы крови, — ответила она. Морфей кивнул и направился к выходу из кабинета. Он не чувствовал местонахождения Мэттью, что было особенно странно. Такого ещё не было. Но его подозрения уже пали на некоторые артефакты. И, черт возьми, он не хотел быть прав.

***

Мэттью подполз к дому Каина и Авеля. Единственный вариант, который всплыл у него в голове. Он надеялся, что его внешность была сильно изуролована. Чтобы его не узнали. Сочли какой-то тварью. Страх был сильнейший. Хотелось выжить, вернуться во дворец и забыть. Просто кошмар. Просто страшный сон. Холод покрыл инеем длинные волосы. Он замерзал. Хотя холода и не чувствовал, но тело без остановки дрожало. Из последних сил Мэттью начал царапать когтями дверь Каина и Авеля. Последняя надежда на выживание.

***

Морфей пришёл в библиотеку. Кровь. Чёрная кровь. Он начал догадываться, что стало причиной катастрофы. И от этого становилось только хуже. Он должен был найти Мэттью. Спасти. Но зацепок не было. Открытое окно. Следы уже успело занести снегом. Оставалось только гадать, куда ушёл бедный Мэттью под влиянием артефакта: — Нужно искать по всему миру снов, — заявил Морфей. — Каждый, самый маленький уголок должен быть просмотрен. — Конечно, милорд, — кивнула Люсьена. — Сию же секунду приступим! — подтвердила Нуала. — Найду Мервина! Он ещё поможет. Морфей и сам стоять в стороне не собирался. Он впервые оказался в ситуации, где был беззащитен. Он привык знать все о своём мире. Каждый сантиметр. Но этого было недостаточно. Сон направился к окну. На сугробах следов не было. Но не могло же все быть безнадёжно... По крайней мере, Мэттью точно не мог оказаться за пределами мира Снов. Точно не в том состоянии, в котором он, предположительно, находился.

***

Дверь открыл Каин. Он сначала отшатнулся, увидев на пороге монстра, но сразу понял, кто это был: — Мэттью? Что за черт с тобой случился?! — Каин, прибывавший в шоке, поспешил быстрее впустить незванного гостя в дом. Мэттью еле как вполз внутрь. Когти царапали пол. Маленький Голди так испугался, что спрятался за Авелем, сидящем на кресле в углу комнаты. Мэтт начал хлопать крыльями от паники. Это причиняло ему ужасную боль. Свет в доме почти ослепил его. Слишком ярко. Точно бешенство: — Господи, что такое?! — Авель встал с кресла и подбежал к бедняге. — Надо сказать Лорду! Мэттью весь сжался, упал на пол и начал скулить. Кем он стал? Что с ним теперь будет? Станет диковинкой в хижине двух братьев? Худшая участь. Лучше бы он не умирал во сне: — Дурак! Лорд и без нас, наверное, все знает! — возразил Каин. — Но не оставлять же его так! — Эй, ты говорить можешь? — он присел и попытался вернуть Мэттью в чувства. Но из-за клыков, пусть и недлинных, но выросших слишком быстро, даже рот открывать было больно. Десны ныли. Собрав волю в кулак, он попытался выдавить из себя несколько слов. Хотя бы какой-то бред. Чтобы самому убедиться, что он все еще разумное существо. Не зверь: — Сон... не... знает, — и тут же сомкнул челюсть. Но стало только больнее. — Говорю же, нужно доложить! — ещё больше запаниковал Авель. — Что ж, в такой ситуации я впервые, — констатировал Каин. — Тогда и правда нужно поставить в известность Лорда. Но Мэттью замотал головой. Вдруг его уничтожат? Страх сковал мышцы. Вдруг это вирус, которые нельзя было вылечить? Хотя... может и уничтожение не было таким уж и плохим решением. Он не мог мыслить здраво. 22 декабря. Морфей проверил несколько частей Сновидения. Нашёл лишь несколько чёрных пятен на снегу, которые никуда толком не вели. Осталось очень большое пространство и маленькое количество времени. Мэттью мог быть ранен или... что-то хуже. Люсьена и Нуала ничего ему так и не доложили. Значит поиски не увенчались успехом. Дом Каина и Авеля... может быть. Самые очевидные места тоже стоило проверить. Но стал бы Мэттью туда идти? Да даже если нет, в такой ситуации все варианты были хороши. Морфей подозвал к себе Люсьену: — Проверь дом Каина и Авеля, — приказал он. — Я сосредоточусь на другой части Сновидения. — Как вам угодно, Лорд, — поклонилась Люсьена и послушно направилась к дому сыновей Евы.

***

Мэттью не отдыхал. Он только и мог, что дрожать, лежа на полу. Боль никак не проводила. Было адски неприятно от каждого движения. Холод на улице хотя бы притуплял физическую боль, но тепло дома так не могло. Будь он смертным, уже бы сгнил заживо. Авель сидел рядом с ним, гладил, по-своему успокаивал. Жалко было. Мэттью ведь не заслужил такого. Каин ходил кругами по дому и не понимал, что делать. Мэттью будто боялся того, что Морфей узнает о таком резком перевоплощении. Но держать Лорда в неведении было бы неправильно. Ситуацию спас стук в дверь. Старший брат тут же побежал открывать, надеясь, что решение проблемы само себя нашло. И он был прав. На пороге стояла Люсьена, одежда которой была покрыта слоем снега: — Я лишь хочу спросить, — начала она. — Ничего или... — Мэттью у нас! — с паникой доложил Каин. — Вот как... — Люсьена аж удивилась от такой реакции. Так быстро свою цель она ещё не находила. — Значит, Лорд был прав. Можно его увидеть? — Понимаешь, он... ну, в очень странном состоянии, — Каин замялся. — Я прекрасно понимаю, что произошло. Не надо беспокоиться за мою психику. Она зашла в дом, готовясь к худшему. И... к этому и правда стоило готовиться. Мэттью лежал на полу, дрожал. Крылья, вырвавшиеся из спины, как что-то инородное, когти, клыки. Но лицо её оставалось спокойным. Паниковать сейчас не стоило: — Мэттью, — Люсьена села рядом с Авелем. — Ходить можешь? Мэттью весь сжался. Мало того, что он еле двигался, так его в таком виде хотели отнести к Морфею. Он очень боялся. Из его рта донесся жалобный скулеж: — Понятно, — Люсьена кивнула. — Лорд уже должен был понять, что ты тут. Значит скоро он тебя спасёт. Мэттью мотал головой. Он не понимал, каким образом для него это закончится. Представлял самые худшие исходы: — Успокойся, — она погладила его по голове. — Он не причинит тебе вреда. Мэттью все равно было страшно. Вдруг она врала просто для того, чтобы успокоить его? Сердце бешено стучало.

***

Морфей появился не сразу. Лишь через какое-то время. И... даже несмотря на то, что в период своего долгого существования он успел увидеть многое, но такое... задело что-то в нем. Наверное, он просто не ожидал подобного. Хотя и прекрасно знал, что именно вызывало такого рода реакцию. Он присел. Посмотрел на сжавшегося в комочек от страха Мэттью, что стал дрожать только сильнее от его присутствия: — Мэттью, — спокойно сказал Сон. — Я больно не сделаю. Лишь одно прикосновение. Совсем незначительное. И этого хватило, чтобы эффект артефакта потихоньку начал сходить. Но очень медленно. Крылья врастали обратно в спину, а когти — в пальцы, что могло бы вызвать только больше боли: — Люсьена, — посмотрел на неё Бесконечный. — Тебе нужно будет присмотреть за ним в лазарете. — А вы, Лорд? — поинтересовалась Люсьена. — Я войду лишь тогда, когда он позволит. Или если ситуация станет опасной для него, — хотя Морфей прекрасно понимал, что в такой ситуации любая мелочь могла быть опасной. — Если его боль станет невыносимой — зови. — Как скажете. Вокруг них троих появился песчаный вихрь, переносящий их во дворец. Только вот Люсьену и Мэттью в палату лазарета, а самого Морфея — за дверь. Он не собирался отходить далеко. Сидел бы здесь столько, сколько понадобится. Он лишь надеялся, что Мэттью не будет больно. По крайней мере, не слишком сильно...

***

Три часа. Морфей провел у двери три часа. По ощущениям, целую вечность. Криков не было, только тихий скулеж иногда. Но Люсьена не звала. Значит нельзя. Но тут... как извержение давно спящего вулкана, донесся визг. Похоже, началась самая больная часть заживления. Когти уже втянулись, а вот крылья... втягивались в спину. Большие части крыльев могли вызвать страдания. Люсьена выбежала из палаты. Выглядела она так, будто её только что разбудили после долгого спокойного сна. Ещё один крик о помощи донесся из палаты. Библиотекарь посмотрела на Морфея: — Лорд, ему очень плохо. — Я сделаю все, что смогу, — кивнул Сон, быстро входя в палату. Мэттью лежал, прижав колени к груди. От крыльев почти ничего не осталось, но оставшаяся часть продолжала вростать, принося ужасную боль, о которой свидетельствовали крики и стоны. Морфей подошёл к кровати. Посмотрел на раны на спине, из которых торчали части крыльев. Нужно было действовать быстро. И эффективно. Но избавить Мэттью от боли он не мог. Лишь немного притупить... но, в таком случае, спина онемеет, что будет не очень приятно. Хотя даже это в несколько раз лучше той боли, от которой Мэтт скулил. В ладони Сна появилась горсть песка. Он посыпал его на спину лежащего. Дрожь спала. Но на лице Мэттью появилось выражение недовольства. Онемение. Как будто спина затекла: — Все хорошо, — Морфей обошёл кровать, присел, чтобы посмотреть в лицо Мэтта. Серые глаза были блестящими, будто стеклянными. Он сейчас был не совсем в своём уме. — Ты хорошо справляешься. Рука Бесконечного неловко потянулась, чтобы... коснуться. Щеки. Всего лишь щеки. Неестественно горячей. Но от прикосновения уголок губ Сна приподнялся. Он ещё никогда не был так близко. Даже и не мечтал оказаться. Люсьена стояла в дверях. Не заходила. Но на её лице растянулась ласковая улыбка. Более милой картины она давно не видела.

24 декабря.

Мэттью долго отходил. Лишь в четыре утра очнулся от бессознательного состояния, в котором провел полтора дня. Полностью здоровый. Полный сил. Поняв, что находился не в библиотеке, он встал и осмотрел палату. Ничего подозрительного. Он толком не помнил, что произошло. Смутные отрывки. Нужно было найти Люсьену. Ноги сами нашли путь к библиотеке. И стоило ему зайти, как он увидел множество гирлянд, декоративных снежинок и... кривую ёлку в углу. Вот это рождественский настрой. К нему из-за стеллажей выбежала Нуала. В красном платье, в шапочке санты: — Мэттью! — крикнула она и кинулась ему в объятия. Он не понял этой радости, но обнял её в ответ. Прижал к себе: — Эй, солнышко, я тоже тебя люблю, — от чуть отстранился и взял её лицо в свои ладони, — но ты сначала объясни, что произошло, — У тебя... ну, так скажем произошла мутация. И это весьма бурно сказалось на всех нас, — Нуала как-то странно, загадочно улыбнулась, но затем резко нахмурилась. — Лучше и не вспоминать вовсе. — Похоже, я навёл суету, — Мэттью кивнул, поняв, что расспрашивать бесполезно. — Никто же не пострадал? — Нет! Все хорошо, — она покачала головой. — Лорд устроит к сегодняшнему вечеру праздник. Придут Фейри, разные боги. — Странно, что босс решил устроить праздник и пригласить так много гостей. — Так даже веселее, — Нуала отбежала от него. — Пойдём, покажу тебе зал! Мэттью все еще был немного в шоке от всего происходящего, но за феей пошёл. Что бы ни произошло, уже все наладилось. Хотя интерес не пропал. Нужно было расспросить Люсьену. Или, если такая возможность появится, Морфея. Но это было чем-то из разряда фантастики. Зал оказался огромным. Посередине стояла гигантская ёлка, везде сверкали гирлянды. Стало даже как-то неприятно, что Мэттью не смог увидеть создания такой красоты. Из-за ёлки вышла Люсьена. На её голове был ободок с двумя снеговиками. Совсем не её образ. Она подошла и тоже обняла Мэттью: — Как ты? — спросила она. — Я умер второй раз? Чего вы все так обо мне беспокоитесь? — он положил руки ей на плечи и слегка оттолкнул. — Может у меня третья нога из жопы выросла, а я просто не вижу? — Нет, — рассмеялась Нуала. — Просто последние дни выдались нелегкими для тебя. — И убираться у Лорда в комнатах с артефактами я больше не отпущу, — добавила Люсьена. — Ясно, — закатил глаза Мэттью, поняв, что прямо ему ничего не скажут. — Во сколько тут все собираться будут? И босс придёт? — Вечером, ближе к ночи, — ответила Люсьена. — И, Мэттью, да. Лорд решил, что явится на праздник. Мэттью сжал кулаки от волнения. Тогда ему надо было готовиться. Знать, что говорить, как себя вести, чтобы точно произвести хорошее впечатление. Как же глупо, все-таки... — Что ж, тогда... я пойду. Не буду вам мешать, — он почти побежал к выходу. — Боже мой, какие страсти, — усмехнулась Люсьена.

***

Праздник сначала был тихим. Гости еще не привыкли друг к другу. Жители Фейри не чувствовали себя комфортно в компании греческих или египетских богов (коих было немного). Морфей стоял в стороне и не вмешивался. Смотрел на всех и... выискивал кого-то взглядом. А Мэттью ждал момента, когда станет хоть немного шумнее. Чтобы подойти. Он даже причесал длинные, обычно непослушные, волосы в честь такого. Надел чёрную рубашку, брюки. Все, лишь бы понравиться. Из толпы вышла Нуала, которая, похоже, уже устала успокаивать брата, который влез в пьяную стычку: — Чего ждёшь? — спросила она, будто прекрасно знала, отчего Мэтт выглядел потеряно. — Подходи. — Тут все такие тихие. Мои неловкие попытки подкатить все слышать будут! — раздражённо застонал он. — А ты тихо попробуй. Но подойти надо. Или ты тут будешь до конца жизни стоять. — Нуала права, — как из ниоткуда появилась Люсьена. — Может он тоже о тебе думает? — Обо мне? — Мэтт усмехнулся. — Мечтать не вредно. — Просто подойди. Начни с бессмысленной беседы, — Нуала взяла его за руку. — А потом все само наладится. — Так не работает, — Мэттью нервно оглядывал зал. Пытался найти помощь, поддержку. Но фея уже вела его к Морфею. Зал был преодолен со слишком высокой скоростью. Нуала хихикнула и толкнула Мэттью прямо ко Сну: — Лорд, можете присмотреть за ним? Он мешает мне решать проблему с буйным братом, — совершенно невинно, с ангельским взглядом сказала она. — Может даже усугубить ситуацию. Мэттью с непониманием, даже шоком, посмотрел на неё. Покрутил пальцем у виска: — Да? — Бесконечный чуть улыбнулся, почти незаметно. — В такой ситуации я не могу остаться безучастным. Фея поклонилась и побежала обратно в толпу. Мэтт чувствовал себя неловко. Его предали самым противным образом. Просто заставили встретиться взглядом с самым большим его страхом: — Босс, Нуала явно что-то путает. — В любом случае, — Морфей повернулся к нему, — почему бы тебе не составить мне компанию? Точнее... — он запнулся. — Ты хочешь составить мне компанию? Мэттью уловил напряжение. И это его успокоило. Значит, он не один волновался. Что могло значить, что и влюблён он был взаимно. Фантастика, конечно. Но почему бы и не поверить в чудо хотя бы на Рождество? — Наверное. Да. Да, я хочу, — неловко ответил Мэттью. — С другими гостями мне тут очень некомфортно. Я их не знаю. — Может тогда выйдем? — предложил вдруг Морфей. — Развлечения я им приготовил. А мне и самому не очень нравятся слишком шумные помещения. Мэтт замер. Это прозвучало... слишком легко. Будто не было ничего странного в том, что он останется наедине с Бесконечным. В груди сердце бешено стучало: — Да. Классно будет.

***

Первое время разговаривать было не о чем. Они просто перекидывались однослоджными фразами, смотрели с балкона на украшенное королевство. Но Мэттью часто ловил на себе взгляд Сна. Это заставляло невольно улыбаться. Внезапно в голове возник вопрос, интересующий его ещё с самого пробуждения в лазарете: — Босс, а что со мной произошло? — спросил он. — Все так радовались мне, будто я из мертвых воскрес. Морфей повернул к нему голову. В его чёрных бездонных глазах горело что-то тёплое. Непонятное. Раньше Мэттью по отношению к себе такого не замечал: — На тебя подействовал мой артефакт. Ты почти что стал чудовищем, — он чуть улыбнулся. — Хорошо, что мы успели тебя найти. Мэттью был готов к такому ответу. Пусть и вообще не помнил такого: — Я мог стать магической тварью? — Чисто теоретически. Но из-за адской боли ты бы не выдержал. Твоё сознание бы захватил этот артефакт. Мэтт усмехнулся. Сначала не верилось. Но звучало даже логично. Мозгу свойственно стирать травмирующие воспоминания. А может и магия была замешана: — Босс, мы если будем так стоять, то снегом покроемся, — он чуть отошёл от перил и стряхнул с себя маленькие сугробы. — Я... — Ты мне дорог, — перебил его Морфей, закрыв глаза. Он заметно напрягся. — Или... Я не силен в человеческих трактовках. Кровь прилила к щекам Мэттью. Но теперь появилась уверенность. Взаимно. Значит, можно было не волноваться. Не следить. Не строить планы на то, чтобы "правильно" подкатить. Все сделали за него: — Так резко? — он снова подошёл ближе. — Я... немного не так себе это представлял. — А ты представлял? — глаза Морфея расширились до размера монет. Мэттью продвинулся ещё ближе. Тихо усмехнулся. Ещё как. Каждый день в его голове играли разные сцены признания, но ни одна так и не воплотилась в реальность. Впрочем, уже неважно: — Было дело, — он кивнул. — Босс, я в шоковом состоянии. Не знаю... что делать, собственно? — Я рассчитывал... — Сон замялся. Даже его щеки покраснели. Но, судя по всему, он сам захотел этого. — Поцелуй? Или рано? Мэттью не смог сдержать смех: — Нет, не рано. Для красоты только омелы не хватает. Морфей не стал спорить. И тут же над ними появилась летящая в воздухе омела. А сам Бесконечный оказался так близко, что их носы соприкасались... Мэттью смотрел ему то в глаза, то на губы, пытаясь понять, стоит ли действовать первым. Но и тут всю ответственность взял на себя Сон, медленно наклонившись и поцеловав Мэтта. Его губы были холодные. То ли по природе, то ли от снега. Дыхание перехватило. Ёлки, гирлянды, гости — все отошло на второй план. Мэттью понял, что лучше рождественского подарка он ещё не получал. Поцелуй с существом, которое по статусу было выше любого бога. Так ещё и с красивым таким, черт возьми. Отстранились они быстро. Бесконечный был весь красный, как и Мэттью. Но это не вызывало сметения, лишь чувство радости за то, что больше не нужно было ничего скрывать. Кажется, за ними подглядывали Нуала и Люсьена. Их план был выполнен. А где-то в углу зала стояла целая тележка с фастфудом, на которой лежала бумажка с надписью: "для Мэттью".