Пересол на спине

      Они сбегают из деревни через забор, под покровом темноты, как пара нашкодивших и спугнутых мальчишек.       Точнее, это Илья сбегает, с легкостью перемахнув на ту сторону — похоже, и в его детстве все было не совсем безнадежно. Что же до Невера, то он двигается предельно осторожно и чувствует себя полуразвалившимся древним дедом — не младше того, который застукал их на своем огороде.       При виде него, медленно сползающего вниз, в траву, — повезло, что это лопухи, а не крапива, — его непутевый напарник опять начинает нервно хихикать.       — Илья, — Невер говорит твердо, но сдавленно; боль и жуткое жжение и без того не проходят, а акробатика на заборе ничуть не улучшила ситуацию. — Прекращай ржать.       Он почти уверен, что этим тоном все еще можно резать металл и замораживать океаны.       Океаны, но не одного конкретного спецагента, у которого от смеха в руках прыгает тускло светящийся, работающий на последнем издыхании реверс.       — Не могу, — сипит Илья, вытирая глаза рукавом. Его плечи под тканью форменной рубашки мелко вздрагивают. — О господи, это чересчур даже для нас. Ты просто подумай: мы спасли этого старикана от неведомой хренотени, а он… он… в благодарность!.. — его голос срывается на неестественно высокой ноте, и он, пораженчески махнув рукой, опять хохочет, хватаясь за живот.       Какая уж там, к черту, благодарность, думает Невер. Саму тварь — длинную, гибкую, больше всего похожую на циветту-переростка, — тот старикан и не видел, ни до того, как ее ликвидировали, ни после. Зато он увидел их с Ильей — и вышел наружу с допотопным ружьем наперевес.       Миссия «устранить монстра» — выполнена.       Миссия «договориться с владельцем раскуроченного тварью огорода и убедить его в том, что они не воры» — провалена по всем фронтам.       — Тише, — с надлежаще зверским выражением лица шикает Невер, оглядываясь по сторонам. — А то кто-нибудь еще решит посмотреть, что за придурки шляются за околицей в два часа ночи.       — Если они будут такими же нервными, мы просто не выживем, — прыскает Илья и помогает Неверу подняться. Опора из него куда лучше, чем из занозистого плетня, но все равно каждое движение отдается болезненной пульсацией, и Невер старается не слишком заметно втягивать воздух через стиснутые зубы.

***

      На полпути до спрятанной в лесу машины у них окончательно садится и второй реверс. Илья тихо ругается, несколько раз впустую щелкает ногтем по энергоэлементу и, сдавшись, лезет в карман за трекером.       Невер отмахивается от комаров и опять думает, что в одной рубашке — сославшись на жару и духоту, Илья оставил пиджак в машине, — его напарник даже в такой темноте представляет из себя ходячую мишень. А еще — что без дополнительного слоя защиты из спецткани Илье на его месте досталось бы куда крепче, и эта немудреная цепочка выводов крутится в голове упорно, как вколоченная.       Случайная шутка отдает неуместным весельем того же сорта, что и у его напарника, но Невер еще какое-то время не спешит призывать себя к порядку.       Напоследок чертыхнувшись, Нео включает фонарик. Мощность и телесный угол светового конуса по сравнению с реверсом ожидаемо оставляют желать лучшего.

***

      — Ты поведешь, — постановляет Невер уже на месте, пока они в четыре руки демаскируют забросанный ветками автомобиль.       Илья аж оборачивается к нему с очередным «веником» в руках. С преувеличенно-комическим подозрением сужает глаза:       — Помнится, после той истории с радиоактивными змеями тебя даже потеря почти литра крови не избавила от идеи сесть за руль. Что изменилось сейчас?       Невер криво усмехается, невербально давая понять, что с ним — ничего действительно критичного:       — У меня вся спина в решето, если ты не заметил.       — В солонку, — торжественно воздевает указательный палец Илья и снова пытается не рассмеяться, и снова — тщетно.       Невер сжимает пальцами переносицу и глубоко вздыхает, давя в себе желание огреть напарника пучком веток. Илья нередко вот так по-идиотски каламбурит не абы когда, а после изрядного испуга.       А в том, что он тогда перепугался, нет ни малейших сомнений.       Атакуя верткую тварь, они в хлам разрядили оба реверса, а применять на старикане инвертор было бесполезно — слишком велико было расстояние; оставалось спасаться бегством.       Они и спасались, перепрыгивая извилистые борозды взрытой монстром земли, и Невер с самого начала прикрывал собой более заметного Илью. А потом сзади грохнул выстрел.       Невер от толчка и неожиданно сильной боли в спине рухнул как подкошенный, без единого стона. Потребовалось несколько мгновений и мертвая хватка напарника на его плечах, чтобы он пришел в себя — и мысленно диагностировал: жить будет, повреждение неглубокое, хотя и обширное — однозначно не пулевое ранение и даже не ранение дробью.       Еще десяток секунд он потратил, чтобы в весьма крепких выражениях донести до бледного как смерть Ильи, что дед зарядил ружье «всего лишь» солью, что это не смертельно и что им, невзирая на первые два пункта, лучше сматываться, покуда он не закрепил успех.       — …Но эту твою «солонку» надо бы обработать, наверное? — посерьезневший Илья чешет в затылке. Он в лучшем случае смутно представляет, как подступаться к таким… нестандартным травмам; «Эпсилон» дает инструкции на тысячу возможных чрезвычайных ситуаций, а в полевой работе возникает и тысяча первая, и тысяча вторая, и миллионная.       Невер делает небрежный жест ладонью:       — Не получится. Слишком большая площадь поражения, — впрочем, до отказа внутренних органов дойти не должно. Но лучше пока не сообщать напарнику, что такая возможность в принципе существует. — Оставим эту задачу штабным медикам.       — Ладно, — с легким сомнением протягивает не особо убежденный Илья и упирает руки в бока. — Я так понимаю, ты метишь на заднее сиденье. Но тогда скажи — как, черт возьми, ты, с твоим ростом, намерен разместиться там лежа?       — Компактно, — почти не через силу ухмыляется Невер. — Смотри и учись, пока я жив.