Все что угодно тебя!

Сколько лет пара должна встречаться перед браком? Гугл говорит, что года-трех вполне достаточно. Чтож, эту черту они уже давно преодолели. Какой-то сайт паршивых психологов говорит, что пять лет — оптимальный максимум. Рекордсменами по самым длительным отношениям без брака становятся Голди Хоун и Курт Рассел — голливудская пара, начавшая любовь с 1983, и по сей день остающаяся вместе. Однако кое-кто уверен, что подиум им занимать осталось не долго. Ведь Лань Ванцзи и Вэй Усянь встречаются уже без хвостика пятнадцать гребаных лет. Не год, не три, не пять. Произведение всех этих чисел! И не то чтобы они не хотели пожениться, нет, они хотели! Просто все не складывалось. Они познакомились в выпускном классе на олимпиаде между школами. Первый ученик Юньмэна и второй принц Гусу разделили первое место далеко не в одном соревновании. Сначала школьные предметы, затем боевые искусства… Они начали встречаться практически сразу — через три месяца после знакомства. Вероятно, сейчас Лань Ванцзи вынужден страдать от жгучего желания поставить роспись, отплачивая за ту поспешность? На жизненном пути их ждало немало преград, хотя оно и ясно: путь к счастью всегда тернист. Первым испытанием стали отношения на расстоянии. Лань Ванцзи с детства хотел связать себя с режиссурой, и дядя, считая, что Вэй Ин — не пара его племяннику, решил убить двух зайцев разом: отправил Лань Чжаня учиться за границу, надеясь на разрыв. Которого, конечно, не произошло. Вэй Ин и Лань Чжань навещали друг друга как можно чаще, приезжая погостить на каникулах. Их профессии перекликались, ведь Вэй Ин с тем же рвением, что и возлюбленный, желал в будущем заниматься актерством, поэтому они могли помогать друг другу с заданиями. И парные проекты всегда делали вместе! Благо, правила университета позволяли выполнять такого рода задания в команде с любыми студентами универов-партнеров… И очень повезло, что Вэй Усянь и Лань Ванцзи обучались в наиболее тесно сотрудничающих организациях. Затем, по окончании учебы, они наконец съехались. Решив не мелочиться и, как говорится, начать жизнь сначала, съехали не в родной город и не в город к Лань Чжаню, а сразу в столицу! Столицу родной матушки Китайской провинции, но тем не менее. Подальше от общественного осуждения в лице назойливых родственников, подальше от прошлого, подальше от всего. Тем более, столица явно обеспечит им лучшие места работы, чем родимая глушь. Сейчас, по прошествии стольких лет, Вэй Усянь — один из самых узнаваемых актеров Китая, известный как в своей стране, так и в других. Практически все фильмы и сериалы с его участием мигом становятся популярными. Он востребован везде, как и развит всесторонне. Может сыграть как сурового антагониста, сломленного жизнью, так и солнечного протагониста с неугасаемой верой в добро. Как ученого, всецело погруженного в свое дело, так и легкомысленного бездаря или настоящего мастера боевых искусств. На его счет высказываются многие критики, чаще всего — положительно. Особое везение с генетикой позволяет ему роли в любых возрастных категориях: старшеклассник, студент, состоявшийся молодой человек и, если попотеть над гримом и наклеить бороду — почтенный старец. Он идеален, кумир для тысяч людей, любим и обожаем. «И мой» — думал Лань Ванцзи каждый раз, смотря на любовь всей своей жизни. «Но не до конца. Пока.» Как раз общественное признание и является еще одной причиной отложенного брака. Вэй Усянь подписал с агентством рисковый контракт на десять лет службы, одним из главных пунктов которого является запрет на отношения. Посоветовавшись с Лань Ванцзи, Вэй Ин пришел к выводу, что не обязательно агентству и окружающим знать, что он на тот момент уже был в отношениях несколько лет кряду. Правда, с растущей популярностью скрываться стало тяжелее, но, благо, у Лань Ванцзи было достаточно связей и влияния, чтобы удалять подозрительные журналистские посты, могущие хоть как-то задеть его возлюбленного, за секунду. Даже если это были посты об их свиданиях, встречах и поцелуях. Даже после стольких лет страсти между ними кипят как в подростковое время. Ах эта юность… Лань Ванцзи тоже много чего добился. Очень много чего, если верить статистикам. Звезда мира режиссуры, Ханьгуан-цзюнь. Всегда пунктуален и точен, строг и уверен. Любой кинематограф из-под его руки можно сразу считать номинированным на какую-нибудь премию. В тридцать три года он достиг небывалых для своего возраста вершин. А еще в любых его проектах участвует Вэй Усянь! Неважно, на какой роли: на весь сериал или же на минутку фильма, главный или второстепенный… Вэй Усянь всегда поддерживает Лань Ванцзи, как Лань Ванцзи поддерживает Вэй Усяня. Также он успел стать критиком. Как литературным, так и телевизионным. Он был одним из первых положительно оценивших работу Вэй Усяня в годы начала его актерской карьеры. Вэй Ин, на минуточку, тоже критик. Диванный, правда, но все же! Больше всего (но не больше Лань Чжаня) он обожает посвящать выходные так называемой обломовщине: лежать на диване или на их с Ванцзи кровати ультра-мега-гипер-супер-кинг-сайз, пожирать самую калорийную пищу, которую на время съемок ему запрещала диета, и громко гоготать над второсортными ширпотребами. Лань Ванцзи, разумеется, всегда поддерживает его. Общие выходные — рай для пары, ведь с известностью приходит и ответственность. Они часто разъезжают по съемкам, порой даже в разные страны. Но их любовь крепче расстояния, это всего лишь небольшая кочка на жизненном пути — месяцы разлуки… Тем не менее, Вэй Усянь сам молит Лань Чжаня о роли в новом проекте каждый раз, когда становится известно о наборе актеров. Лань Ванцзи не всегда за, даже несмотря на то, что это сулит им месяцы беспрерывных свиданий и каждодневных встреч, ведь порой съемки с Лань Ванцзи становятся не единственными проектами Вэй Ина и забивают и без того плотное расписание до отказа, доставляя нервов и частых поездок туда-сюда между съемочными площадками, а также негативно воздействуя на здоровье Вэй Ина. Но Вэй Ин умеет уговаривать, хе-хе… Благо, его ругать вершки не осмеливаются: здесь срабатывает репутация. Как говорится, сначала ты батрачишь на нее, а потом — она на тебя. Лань Чжаню, если честно, не нравится то, что они не могут видеться каждый день. То один в командировке, то другой. Их чат и телефонная книга насчитывают уже, кажется, миллионы звонков и смс, если не миллиарды. Вэй Ин любит поспамить перед сном новыми сплетнями мира развлечений. Лань Чжань любит вкинуть спойлер к собственным проектам и смотреть за бомбежкой ненавидящих смайликов. Знаете, как это бывает?.. Ведь по обычаю Лань Ванцзи, он и сценарист держат окончательный сценарий в тайне: актеры получают сугубо свои роли и диалоги, а самые жесткие моменты помечены красным, что значит «это есть только в твоем сценарии, никому не говори, если хочешь посмотреть на их обалдевшие мины». Так вот Лань Чжань любит посреди переписки отправить Вэй Ину одну из таких сценок. Например, смерть главного героя в конце. Вэй Ин тогда молчит минуту, а затем в трейлер Лань Чжаня, где он живет на момент съемок, раздается громкий стук (больше выстрелы и взрывы). Вэй Усянь приходит мстить: садится прямо напротив Лань Ванцзи и игнорирует его часами напролет! Ну, а если они не на одной съемочной площадке, что ж… Вэй Усянь просто не пожелает спокойной ночи или случайно ошибется и напишет «покойной». На самом деле, Лань Чжань уже делал Вэй Ину предложение. И не раз!.. ***дубль первый: В кои-то веки выцепив себе зубами выходные, влюбленные решили провести время с пользой: подъем на гору. Тощий от природы Вэй Усянь ради последних съемок практически не вылезал из спортзала, чтобы в конце, соответствуя оригинальному персонажу книги, по которой велась съемка, посветить мышцами на камеру. Лань Ванцзи, как ответственный муж (будущий), занимался вместе с ним, но только по видео-связи и на их собственных домашних тренажерах. А потом в домашнем кинотеатре облизывался на эти самые мышцы… Это все к тому, что Вэй Ин решил, что два кубика пресса — явный знак того, что он в легкую заберется на вершину горы. Лань Чжань же решил, что вершина горы на рассвете — идеальное место для предложения руки и сердца. Вместе с предметами первой необходимости он положил в походный рюкзак небольшую коробочку с блестящим золотом на красной бархатной подушечке. Оглядываясь назад, Вэй Ин с раскрасневшимися щеками и струящимся по спине потом проклинал вчерашнего себя. Ему одновременно жарко и холодно, он хочет есть и спать, но Лань Чжань не разрешает, ведь «Вэй Ин, остальное — на вечер. Ты ведь снова захочешь кушать, когда мы поднимемся.» и «Вэй Ин, осталось совсем немного». К счастью, среди прочего было и «Давай мне свой рюкзак». Хоть какая-то радость в беспросветной тьме из отдышки и вонючих подмышек. Лань Ванцзи был несправедливо идеален… даже волосы на ветру не растрепались. А если и растрепались, то настолько великолепно, что Вэй Ин не мог оторвать от него глаз-сердечек (за что регулярно платил: коряги и камни соревновались за то, кто больше подножек сделает бедному актеру). Не хватало только фанатов для полноты картины… С тем, как Вэй Ин дохал на весь лес и чертыхался на каждый камень, к нему не подходили, если и узнавали. Ведь кто узнает в красном месиве с отвратительными манерами всегда веселого и доброго Вэй Ина, любимчика нации? Лань Ванцзи считал, что Вэй Ин прекрасен в любом облике и этот — не исключение, и, видимо, не он один так думал: парочку вспышек от редких попутчиков он все же поймал. (И, пока Вэй Ин не видел, сделал знак подчиненным в связях с общественностью следить за появлением каких-либо фотографий в интернете. Как будто перед походом он не напомнил им об этом сотню раз. Как будто за сетью не ведется слежка 24\7) Итого, спустя еще пять часов, Вэй Усянь развалился на камнях, вызвавшись сторожить сумки и следить за кипением воды в котелке. Ладно, он не жалеет о подъеме, вид отсюда открывается действительно удивительный. Лань Чжань, занимаясь расстановкой палатки, все продумывал план: они заночуют на вершине, затем на рассвете Лань Чжань поднимет Вэй Ина и в мягком сиянии поднимающегося Светила встанет на одно колено… Нет, Вэй Ин будет сонным и хмурым, если подорвать его на рассвете после такого продуктивного дня. Тогда, может, подождать, пока Вэй Ин проснется? Но он может спать аж до обеда, тогда они не успеют спуститься до темноты и, скорее всего, соберут лбами все овраги горы без освещения. В любом случае придется будить… Кажется, между бровей Лань Ванцзи появилась отчетливая складочка. А потом, под луной и в обнимку с Вэй Усянем, стало ясно, что никто из них двоих не встанет на рассвете. Завтра так завтра, думал Ванцзи, с аппетитом поедая лапшу и смотря в костер — единственное их освещение. Они слишком устали… И отрубились, как только устроились друг на дружке в палатке, закутавшись в парный спальный мешок. — Лань Чжань… — Ванцзи проснулся от того, что Вэй Ин, лежа подбородком на его груди, тыкал его пальцем в щеку, лениво улыбаясь. Это единственная картина, которую Лань Ванцзи хочет видеть по утрам. По утрам ли? Ванцзи задним чувством заметил, что вокруг подозрительно темно: еще ночь? Тогда чего хотел Вэй Ин?.. Заметив, что возлюбленный проснулся, Усянь немного сдвинулся, открывая Ванцзи обзор на бескрайнее небо. — Что ты видишь? — спросил он мечтательно, выводя на груди Ванцзи круги пальцем. — Звезды. Луна. Они прекрасны, но все равно не равноценны тебе. — проговорил Лань Чжань. — Ай, тебе не удастся меня смутить, бесстыдник… — бормотал Вэй Ин, — А что еще ты видишь? — Лань Чжань пошевелил глазами: — Деревья. Они величественны и красивы, но ты заслуживаешь большего восхищения. — Вэй Ин пискнул. Сколько бы комплиментов ему ни сделала пресса, слова Лань Чжаня в другой категории. В искренней. — Почему вдруг тогда кто-то соперничает с моим сиятельством в твоих глазах? — собравшись, проговорил Вэй Ин, беря лицо Ванцзи в свои ладони соприкасаясь лбами. Ванцзи смотрел в эти прелестные серые глаза, смотрел… А ведь действительно, как смеют появляться в поле его зрения «соперники», когда он готов смотреть только на Вэй Ина? …Блять. А где? — У нас сперли палатку, дорогой. — шепнул Вэй Усянь, заметив, как остекленели и расширились глаза напротив. Спустя секунду он уже не мог сдержать смеха, задыхаясь и хватаясь за живот. Потом оказалось, что пропала не только палатка с отстегивающимся донышком, на котором и остались доходяги, но и все вещи с рюкзаками. Изверги забрали даже котелок с костра! Повезло хоть, что куртки с ботинками оставили. Пока Вэй Ин довольствовался необычным опытом, Лань Чжань грустил. И не столько из-за потерянного кольца, сколько из-за провалившегося плана. ***дубль второй: После похода Вэй Ин весьма заинтересовался горной эстетикой и в доме даже появилась картина «Горы и воды на тысячу ли» древнего художника Ван Симэна времен поздней династии Сун. Вэй Ин так плаксиво смотрел на Лань Чжаня, показывая картинки в интернете, что тот не сдержался и выкупил оригинал. Серьезно, он сделает все, что попросит Вэй Усянь, даже если это не просто ударит по карману, а обдерет его начисто. Раз уж Вэй Ину нравятся горы, то не стоит отпускать прошлую идею, нужно ее лишь модернизировать и минимизировать шансы на неудачу. Лань Чжань задумал отвезти Усяня к другой горе, более обжитой и находящейся в их родном городе, на новый год, когда они вместе едут в отчие дома и отмечают праздник, объединив семьи. Та гора не слишком высокая, подъем на вершину совершается по цивилизованным ступенькам, но виды там ой-ёй, закачаешься. Если выйти в самое немноголюдное время, то можно спокойно и без происшествий встать на одно колено… — Лань Чжань! Мы почти у цели! — обрадованно кричал Вэй Ин, кружа около Лань Ванцзи на ступеньках. Вот уже показалась верхняя платформа и резная арка, так и манящая пройти сквозь нее! А живот Лань Ванцзи все скручивало невидимыми силами, коробочка с кольцом в кармане казалась непосильным весом. С ума сойти, сейчас его жизнь разделится на до и после! Дядя больше не сможет ничего сказать (он все еще против их отношений), ведь теперь они будут женаты. Женаты… Какое чудесное слово… Тем временем они уже подошли к заборчику на краю обрыва. Вэй Ин навалился на ограждение животом, смеясь и улыбаясь миру, простирающемуся под его ногами. Лань Ванцзи, полюбовавшись и собравшись с силами, постарался успокоить беснующееся сердце. Опустившись на одно колено и дрожащими руками вытянув перед собой коробочку с бриллиантовым колечком внутри, он тихо позвал: — Вэй Ин. — Усянь отреагировал мгновенно, с широкой улыбкой резко оборачиваясь на возлюбленного и взмахивая легкой рукой… Веко Лань Чжаня слегка дернулось, когда прямо мимо его глаз мелькнула искорка улетевшего кольца. Вэй Усянь сшиб коробочку с кольцом. Вэй Ин, солнышко, что ж ты за ручками своими не следишь… насмехаясь над Лань Чжанем и сверкая, колечко отбыло покорять горные просторы и украшать какой-нибудь куст. А Вэй Ин, заметив Лань Чжаня перед ним, стоящего на одном колене… издал судорожный вздох и прижал руки ко рту. — Ты… — спросил он странным тоном. Разочарованный Лань Чжань даже не стал разбираться в жестах и интонации, а вместо этого спас свой зад от рассекречивания: — У тебя шнурки развязались, стой ровно. — он потянулся к действительно развязанным шнуркам. — Ну да, а я и не заметил. — едва слышно выдохнул Вэй Ин, любовно похлопав возлюбленную макушку. — Что с рукой? — спросил Лань Чжань, когда краем глаза заметил, что Вэй Ин трет тыльную сторону правой ладони. Лучше притвориться идиотом, чем быть им, верно?.. — Да так, видимо, сбил цикаду, пока оборачивался. Помнишь, я рассказывал, что их на горах, оказывается, очень много. — легкомысленно пожал плечами актер. Ну да, думал Ванцзи, золотая цикада с алмазными крылышками. ***дубль третий: Лето. Водопады. Ахуительно красивый Вэй Ин и амбициозный Лань Ванцзи. Возможно, даже слишком амбициозный. Как раз съемки под режиссурой Лань Ванцзи с Вэй Усянем в главной роли. На этих водопадах в национальном заповеднике было отснято несколько сцен. Так как на время работы его уже закрыли от посетителей, Лань Ванцзи не составило труда добыть еще один день в единоличное пользование. Это же так прекрасно — предложение под мелкими капельками любимой Вэй Ином воды, когда над головой в ярком солнечном свете виднеется радуга, вокруг поют птички и шумит лес… — О-о, Лань Чжань, ты волшебник! Я уж и не надеялся побывать здесь вот так, с тобой и ни с кем больше. — улыбнулся Вэй Ин, переплетая их пальцы. — Для Вэй Ина я буду кем угодно. — мужем, например. Последнюю часть фразы Ванцзи сказать не смог. За него все скажет кольцо… На сей раз же все пройдет по плану, да? Вэй Ин беззаботно засмеялся, запрокидывая голову назад и давая нежным лучам обласкать свое прекрасное лицо. Немного зависнув, Лань Чжань даже забыл, что хотел. Но в конце концов, проморгавшись и отогнав прочие мысли, он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Вэй Ин оказался быстрее: пригласил сесть к небольшому водоему у водопада на камни, отгораживающие воду от всяких туристов. — Хорошо, что шорты надели, да, Лань Чжань? — хихикнул он, опуская ноги в бурлящие воды. — Ух, холодненькая! — передернул плечами мужчина. — Самое то в такую жарищу, садись быстрее! — он похлопал ладонью по камню рядом с собой, поторапливая Ванцзи. Оставив свою обувь рядом с обувью любви всей жизни, Лань Чжань также сел и опустил ноги в прохладу природного источника. Поднимая всплески капель, Вэй Ин шевелил ногами под водой, положив голову на плечо Ванцзи и смотря вдаль, на верхушку водопада, откуда мчались потоки живительной влаги, окропляя яркую зелень вокруг. А он даже не догадывался о том, что Лань Чжань совсем рядом сжимает в кулаке кольцо, уже потеряв веру в надобность коробочки. — Вэй Ин… — проговорил режиссер, поднимая руку с зажатым между пальцев кольцом. Голубой камешек сверкал, притягивая к себе внимание. Вэй Ин повернулся к нему, заглянув прямо в глаза и всем видом показывая, что слушает. От яркого солнца он зажмурил один глаз и прикрыл второй. Но затем вдруг раздался громкий всплеск, глаза Вэй Ина расширились и он неожиданно толкнул Лань Ванцзи прямо на траву! — Что?.. — Ты только посмотри! — изумленно воскликнул Вэй Усянь и, развернувшись, указал на огромную извивающуюся рыбину за собой! — Она резко вылетела из воды прямо за твоей спиной, когда я повернулся, и я так испугался за тебя! В ареоле из капель я даже не смог рассмотреть истинный размер чудища! — тараторил он. Это было так мило, что Лань Чжань позволил себе маленькую улыбку. А потом присмотрелся к рыбе и… В последний раз он увидел кусочек аквамарина, когда рыба полностью проглотила его, наглой усатой мордой смотря прямо на него и извиваясь в победном танце! Лань Чжань посмотрел на руку и вот: пустая, склизкая на кончиках пальцев! Охваченный внезапной яростью, он сиганул за рыбой, да изворотливая тварь оказалась быстрее и перепрыгнула через естественный барьер прямо в воду! На прощание она махнула хвостом и скрылась в толще воды, унося с собой глупые мечты Ванцзи. — Э-э… — озадаченно протянул Вэй Ин, оказавшись придавленным к каменистому берегу весом тела муженька. Тот, опомнившись, вскочил и поднял за собой Вэй Ина: — Предупреждение было убрано на время съемок. — припомнил режиссер. Актер задорно рассмеялся, привставая на носочки и целуя его в щеку. У Лань Чжаня перед глазами пронесся тот момент, когда он самолично приказал стаффу спрятать табличку «Осторожно, рыба! Купаться запрещено!» ***дубль четвертый: Вэй Усянь получил награду «Выдающийся актёр года» на Weibo Vision Conference. Лань Ванцзи получил «Молодой режиссёр года в кино» на Wenrong Awards раньше буквально на пару дней. Радости не было предела, поздравления и крики сыпались со всех сторон. Вэй Ин был на награждении Ванцзи, ведь на том мероприятии были и номинации, в которых он сам невольно участвовал. Они не особо парились насчет конспирации тогда, безмолвно сговорившись. Конечно же, в сеть попали фотографии того, как сжимает руку поздравляющего его актера Лань Ванцзи. Больше он никому руки не пожимал, и никому, тем более, не улыбался. Ну, как улыбался… Так, одним краешком губ и глазом. И все же, особо прозорливые фанаты натаскали сотни легенд о тайной дружбе. Лань Ванцзи велел чистить самых бешеных выдумщиков, но не трогал предположения довольно невинного характера. Возможно, думал он, ну его все? Существует множество известных людей, не скрывающих свой брак, некоторых за это любят даже больше. Тем более, они оба — публичные личности, не будет никакого обсуждения по поводу социальных неравенств. Смогли бы они также как Дэниэл Крэйг и Рэйчел Вайс, которые женились после совместных съемок и вместе воспитывают детей? Он появился на награждении Вэй Ина, хотя не должен был там быть по понятным причинам: номинаций для режиссеров попросту не было. Он первым захлопал, когда Вэй Усянь вышел на подиум и с мокрыми глазами принял в руки статуэтку. Он впервые за много лет под камерами улыбнулся настолько явно и открыто. В конце концов, они обнялись под прицелами журналистов, на виду у всех. Это, кстати, отчасти было для того, чтобы Вэй Ин мог промокнуть слезящиеся глаза тканью пиджака на плече Лань Ванцзи. Его роль, за которую была получена награда, была очень мужественной и суровой, было бы немного разочаровывающе разреветься как мальчишке в самый неподходящий момент. В общем, в этот раз Ванцзи приказал не чистить сеть. Хоть немножечко. И, в очередной раз преисполнившись сил, заехал в ювелирку. К приходу Вэй Ина через несколько дней, проведенных на каком-то мероприятии, все было готово: ужин при свечах, сделанный своими руками, бутылка любимого вина актера «Улыбка Императора», морковный торт также из-под руки Лань Ванцзи, который Усянь обожал, и кольцо. Кольцо жгло нагрудный карман рубашки Лань Чжаня не хуже тавро. Так, четвертая попытка, четвертое кольцо. Четвертый инфаркт. Лань Чжань в последний раз все проверил: окна закрыты, Вэй Ин не сможет ничего смахнуть; дом с вещами никто унести не сможет, не для этого же они выбирали один из самых охраняемых жилых комплексов; рыба в холодильнике не шевелится достаточно долго, чтобы с уверенностью сказать: нет, она не прыгнет и не сожрет счастье Лань Ванцзи! Но Вэй Ин вернулся… подавленным. Опечаленным и поникшим. Опустив глаза в пол, он не обратил никакого внимания на романтический полумрак в квартире, а сразу прошел сквозь комнаты и навалился на Лань Чжаня, даже не сняв уличной обуви и крутки, холодной с январского мороза. Лань Ванцзи рефлекторно обхватил его руками, поглаживая макушку и безмолвно интересуясь. — Лань Чжань… агентство меня отругало. Серьезно. Говорят, у них есть все основания думать, что я действительно с тобой встречаюсь. Грозятся разорвать контракт. — пробормотал Вэй Ин. Лань Чжань почувствовал, как сердце пропустило удар и поблагодарил куртку Вэй Ина за то, что она такая толстая и не дает актеру почувствовать твердость золота между их телами. — Блеф. Они не могут тебя уволить, ты же знаешь. Ты слишком ценен, чтобы терять тебя. — возразил Лань Чжань серьезно. — Похоже, только ты так считаешь. — беззвучно проговорил Вэй Усянь, жмурясь и зарываясь лицом в изгиб между шеей и плечом Лань Ванцзи. — Я им немного нагрубил. Возможно, чуть больше, чем немного. Так что скоро мне прилепят штраф, а то и вовсе какую-нибудь шнягу учинят. Ты же будешь любить своего Вэй Ина, если агентство сделает из него валенок или коврик? — Конечно, буду, мой Вэй Ин. И помогу оплатить штраф. — Нет, не нужно! Не думаю, что с гонораром за последние съемки хоть какой-то штраф прилетит мне в копеечку! — вяло рассмеялся Усянь. — Давай просто пойдем спать? Пожалуйста, гэгэ, я очень устал. — прошептал Вэй Усянь и отрубился, повиснув на возлюбленном. Раздевая Вэй Ина, Лань Ванцзи подумал о том, что сейчас, видимо, не время для предложения. В слухах виновато то, что шипперские посты исчезают слишком быстро, или то, что в этот раз они не только не исчезли, но и приумножились. А может то, что ни Вэй Ин, ни Лань Чжань еще ни разу официально не отрицали свои отношения за годы совместной работы. Годы, вдумайтесь, годы… и в каждом проекте Лань Ванцзи есть Вэй Усянь. В интернете постоянно идут конфликты о том, кто же вознес другого на вершины? С одной стороны, Вэй Усянь был еще совсем-совсем зеленым, когда впервые попал к Лань Ванцзи, и сразу взял роль первого плана. С другой же — это был первый самостоятельный фильм Лань Чжаня. Они начали одновременно и росли на равных, просто режиссура Лань Ванцзи не была единственной для Вэй Усяня, ведь тот был актером агентства и не все решал самостоятельно. ***дубли кончились (пока что)***