МАРВЕЛ Человек-паук. Сага о Озборнах.

Питер рассчитывал на тесные проходы между элеваторами, но Стервятник не поддался на провокацию. Он взмыл вверх, набирая высоту, превращаясь в черный крест на фоне луны. Его тактика была проста и смертоносна — бомбардировка с пикирования. ВЖЖЖ-БУМ! БУМ! Снаряды один за другим обрушивались на башню, где укрывался Питер. Бетонные глыбы летели во все стороны, стальные балки гнулись с оглушительным скрежетом. Питер прыгал, кувыркался, отскакивал от стен, едва уворачиваясь от взрывов. Его паучье чутье ревело непрерывной сиреной, предупреждая об опасности со всех сторон. Он пытался отвечать своими проводящими паутинками, но Стервятник держался на почтительном расстоянии, и тонкие нити не долетали до цели, бессильно повисая в воздухе. — Бегай, паучок, бегай! — гремел голос Сыцевича снизу. Громила, не тратя времени зря, уже вскрыл грузовик и начинал перегрузку ящиков в свой фургон. — Скоро твой танец закончится! Смайт тем временем взламывал сейфы и контейнеры, чтобы можно было извлечь оборудование. Питер понял, что его заманили в ловушку. Он был приманкой, отвлечением, пока Сыцевич спокойно делал свою работу. Ярость закипела в нем. Он не мог позволить этому случиться. Он ринулся вниз, срываясь с башницы, и устремился к фургону. Но Стервятник был начеку. ВЖЖЖ! Один из реактивных двигателей выплюнул струю раскаленных газов прямо на пути Питера. Тот успел отпрыгнуть, но волна жара опалила его костюм, а ударная волна швырнула его на асфальт. Боль в старых ранах вспыхнула с новой силой. — Куда собрался? — просипел Стервятник, зависая над ним. — Мы же только начали. Он спикировал, на этот раз пытаясь протаранить Питера своими крыльями. Питер едва увернулся, и острое крыло вонзилось в асфальт в сантиметре от его головы. Воспользовавшись моментом, Питер выстрелил электрической паутиной, наконец-то опутав левое крыло. Но вместо короткого замыкания раздался лишь щелчок — Стервятник доработал свою систему, установив изоляцию. — И это всё, что ты можешь? — усмехнулся он и легко разорвал паутину. Питер откатился, отчаянно соображая. Сила не работала. Ловкость не работала. Его новое оружие провалилось. Он был на грани. В это время Смайт, закончив работу, наблюдал за зрелищем, за работоц его шедеврального костюма. А потом его глаза остановились на одном из ящиков, который он не успел взломать. На нем красовалась устрашающая маркировка: «ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ БРОНЯ "НОСОРОГ". НЕСТАБИЛЬНО. ВЫСОКИЙ РИСК». —Не может быть. Вот ты где!? — впервые в голосе Смайта завучал искренний восторг. Он тут же побежал открывать этот сейф, вскоре сейф открылся, чем привлёк внимание Алексея. Наёмник с дикой ухмылкой заглядывал броню. — Какая красота. Смайт, ты хреново Гений, — заявил Алексей. Паук бросил взгляд в их сторону и увидел, чем они заняты. Безумная идея, от которой у здравомыслящего человека кровь стыла в жилах, родилась в голове Питера. Он не мог победить их по отдельности. Но что, если столкнуть их друг с другом? — Эй, туша! — крикнул он Сыцевичу, поднимаясь. — Значит ты просто грузчик у большой шишки, да? Просто маленькая собачка, выполнябщая все приказы хозяина? Правда, что ли? Ты всего лишь вьючная лошадь для умного парня в костюмчике? Сыцевич нахмурился, его ухмылка сползла с лица. — Что ты сказал, паук? — Я сказал, что он тебя использует! — Питер продолжал, отскакивая от нового залпа Стервятника. — Пока он летает, как орёл, ты ползаешь в грязи, как червь. Он получит все деньги, всю славу, а тебе достанется лишь объедки с его стола! — Заткнись! — зарычал Сыцевич, и его рука сжала пулемет так, что кости затрещали. — Алексей, не слушай его! — скомандовал Стервятник, но было поздно. Ярость, тлеющая в груди Сыцевича, вспыхнула. Он всегда был лишь грубой силой, и он это ненавидел. Он бросил взгляд на зловещий ящик с броней. Сила. Настоящая сила. Не та, что дается ради выполнения приказов. — Он прав... — прохрипел Сыцевич, отступая к ящику. — Я устал быть твоей собачкой, Тумс! — Что ты делаешь? Остановись! Я ещё не закончил броню! Она не пригодна к носке! — закричал Смайт, но его предупреждение потонуло в грохоте. Сыцевич с силой ударил по замку ящика, сорвал крышку и начал с дикой поспешностью облачаться в тяжелые сегменты силовой брони. Система должна была активироваться постепенно, с калибровкой, но ярость и нетерпение свели все на нет. — НЕТ! — завопил Стервятник, поняв, что происходит. Но было поздно. Броня с грохотом и лязгом сомкнулась на Сыцевиче. Раздался оглушительный рев — не человека, а машины. Искаженный системный сбой. Защитные протоколы, предназначенные для плавной интеграции, взбесились. Гидравлика заклинила, заблокировав его внутри. На голове с шипением опустилась массивная маска, увенчанная металлическим рогом. Рев повторился, теперь уже полный животной ярости и боли. Рождение было мучительным. Родился не солдат. Родился Носорог. Алексей попытался освободиться, но резко погял, что застрял. Он и броня стали едины. Он повернул свою массивную голову, и его маленькие, безумные глаза уставились сначала на ближайшую цель — на Смайте. — СМАЙТ! — проревел он, и его голос был похож на скрежет камней в дробилке. — ТЫ! ТЫ ЗАПЕР МЕНЯ В ЛОВУШКЕ!!!! —О чём ты говоришь, дурень! Ты сам туда залез, болван! — прокричал на него Смайт. Носорог зарычал и ударил Смайта, учёный отлетел в сторону и врезал в стену. Раздался тошнотворный треск и Смайт упал на землю без движения. —Какого дьявола!? — Закричал Мейсон, чем привлёк внимание Носорога. Он как дикий зверь бросился вперёд, Мейсон в шоке смотрел на то, как бывший союзник несётся на него. Он начал пытаться отстегнуть ремень безопасности, но тот как назло заело. —ЧËРТ!!! — только и успел крикнуть Мейсон, когда Носорог врезался в фургон и повредил кучу нестабильного оборудования, я ем вызвал мощный взрыв. —НЕТ!!! — в шоке крикнул Паук, всё должно было быть совсем не так. Стервятник в шоке смотрел, как его команда пала за несколько секунд. Но шок не кончился. Герой и злодей смотрели, как Носорог, не капли не пострадавший от взрыва фургона, выходит и пепелища, где только что погиб Фредерик Мейсон. Алексей тяжело дыша, посмотрел на Стервятника, и забыв про Паука, ринулся на своего бывшего сообщника. План Питера сработал. Но он не ожидал, что выпустит на волю такого монстра.