Бароноябрь 2025

— Нет. Плохо. Нет. Еще хуже. Снимай. А это даже не меряй. Просто выброси. Отвратительно! — Земо закрыл обеими руками лицо и ожесточенно потер виски. Баки стоял перед ним в рубашке, носках и трусах над кучей брендовой одежды, стоимость которой он даже не хотел представлять себе. — Джеймс, я видел твои фото. Довоенные фото. На них ты тот еще щеголь, — изможденно произнес Земо. — Не прикидывайся, что в ГИДРЕ тебе запекли зону мозга, ответственную за эстетический вкус: я прекрасно знаю, как стильно ты одеваешься в обычной жизни. Почему, Джеймс, почему ты заставляешь меня так страдать из-за несчастного выхода на Мет Гала? — Да я вообще не хочу туда ехать, — надулся Баки, почесывая голень одной ноги носком другой. — И это очень заметно, мой дорогой, — вздохнул Земо, а потом похлопал по кушетке рядом с собой. — Ну, иди сюда, расскажи мне, в чем дело? Баки помялся еще немного, потом подошел, не задумываясь, сел на пол у ног Земо и положил голову ему на колени. Благодарно заворчал, когда рука Земо сама собой зарылась в его густые волосы, потянула назад, заставляя показать лицо. — Не люблю такие мероприятия. Есть… плохие ассоциации. Не хочу говорить об этом. — Мы можем не идти, — небрежно пожал плечами Земо. — Но ты хотел… — Еще одна ярмарка тщеславия. Я наигрался в это еще в юности в Европе, — Земо сложил губы улыбкой, от чего у него на щеках образовались уютные ямочки, которые всегда подкупали Баки. — Мы хотели, — поправил себя Баки. И твердо продолжил: — Мы хотели выйти в люди вдвоем официально. Показать всем, как нам наплевать на их мнение. Показать, что не им это решать. — И немного швырнуть им в лицо наши деньги, чтобы все завистники немного зарыдали от ярости? — подсказал Земо. — Могу тебя понять. Это достойный повод, чтоб словить парочку болезненных флешбеков в толпе, а потом несколько месяцев читать про себя всякие гадости. Но не нам с тобой бояться подобной славы. Баки сосредоточенно кивает и серьезно говорит: — Можем нарядиться как Бетмен и Робин. Я даже разрешу тебе быть Бетменом. Земо ласково засмеялся и погладил его лицо. — Не мой образ и не тот случай. Но я запомню то, что ты озвучил эту фантазию. Ладно, что у нас еще там осталось. Дорогой, дай Сьютковии еще один шанс наконец показать всему миру то, какой ты красивый, и насколько ты у меня дорогой мальчик. Баки спрятал лицо у него в коленях и, сам давясь от смеха, сдавленно ответил, намеренно тонким голосом: — Хорошо, мой сахарный папочка!