Руслан и Дездемона

Не отрекаются любя Ведь жизнь кончается не завтра  Я перестану ждать тебя, А ты придешь  Совсем внезапно. Алый брызнул на блестящий от влаги асфальт, небрежно мазнул по лужам и больно ударил в глаза. Машина остановилась противно скрипнув тормозами. Она вышла излишне сильно хлопнув дверью, волной накатило смущение и тут же отступило. Противно пиликнул домофон. Тяжелая дверь громко захлопнулась за спиной, а впереди еще четыре этажа. Лифта нет.  Устало плюхнувшись на низенький пуфик в прихожей и наконец-то стянув неудобные туфли, она достала телефон из кармана куртки, которая была уже слишком легкой, но другой не было, как и денег на новую.  — Вась, ты же общаешься с Русланом? У него есть кто-то? — голосовое от подруги звучало как-то сконфужено, даже почти виновато и это вызвало легкую улыбку, ну почему Люда так боится парней? Она уже давно отделилась от родителей, живет одна, сама себя обеспечивает, да боже, еще пару лет и от нее будут требовать внуков! А она все боится осуждения в холодных глазах отца, его тоже можно понять, все же единственная дочь, его принцесса.  Василиса поднесла динамик поближе ко рту. — Нет, у него никого нет. Я уже могу отращивать бакенбарды и писать про вас поэму?  — Только после того, как я сменю фамилию на «Дантес» Она хохотнула и все же соизволила пройти в холодную квартиру — опять забыла закрыть окно утром.  Холодный ужин, горячий душ и постельное белье, которое по-хорошему стоило бы сменить еще неделю назад, но работа так выматывала, что сил едва хватало дожить до выходных.  Черноту разрезала противная трель будильника. Ледяной утренний ветер едва шевелил шторы, приятный уху шум дождя убаюкивал, но есть слово «надо». Эту фразу она часто слышала от бабушки в детстве и всегда жутко злилась, ведь контраргументов никогда не могла найти. Теперь это ее девиз по жизни.  — Привет, Вась, ты как всегда свежа, будто овощ на огороде моих родителей! — Руслан был, что называется, солнечным мальчиком, всегда на позитиве, добрый, активный, смышленый, с шикарным чувством юмора, даже одевается неплохо, не слишком парится на счет моды, но и не бомж-стайл, пожалуй он идеальная пара для Люды, которой с парнями не везет — мало кто готов к такому медленному развитию отношений.  — А вот и солнце выглянуло, утречка, Рузик — Василиса улыбнулась. К тому же, Руслан умеет любить, а это сейчас редкость. Она до сих пор помнит, как страдал лучший друг, когда расстался со своей первой и пока что последней любовью.  — Я не кукурузные палочки! — такие утренние обмены колкостями их традиция, сформировавшаяся еще в школе. Они так давно знакомы, что ни один уже не помнит, когда произошла первая встреча и с чего началась эта дружба.  Какая-то непонятная иголка кольнула сердце, у Руслана чертовски красивые глаза, карие, грустные, будто его сердце ежесекундно все крепче и крепче сдавливают тиски.  Щекам стало тепло. Все же позитив Руслана настолько всеобъемлющ, что  греет физически.  Надо сосредоточиться на логистических расходах в этом месяце, сегодня к обеду, она должна отправить сводку за сентябрь.  Темно-серое небо висело так низко, что казалось, будто оно вот вот погребет под собой все живое. Темнело. Морось, не прекращавшаяся последние два часа, возвещала о приближающейся грозе, вдали уже слышались раскаты грома.  Василиса хмуро посмотрела вверх и продолжила проверять ленту новостей.  Подъехала маршрутка и после мрачной сырости улицы ее салон казался верхом уюта.  Идея напиться как будто медленно подползала весь день и наконец сформировалась во что-то осмысленное.  «Одной пить… Ты низко пала» — внутренний голос осуждал, да и было за что. Нельзя злиться на подругу только потому что она влюбилась в твоего друга детства. Это глупо и по-детски. К тому же, Василиса не встречается с ним, они всего лишь друзья. Не более.  «Надо напиться. Уже не «хочу», а «надо»? Видимо дела совсем плохи» — внутренний голос не унимался, кто-то зовет это голосом совести, возможно так и есть.  Вино. Бокал. Сериал. Первая из двух бутылок закончилась незаметно, румянец обосновался на щеках, а в глазах появились шальные огоньки. Мир перестал быть таким острым и угловатым, будто кто-то включил сглаживание, а еще через пару бокалов добавил насыщенности всем цветам.  Потом закончился сериал и вторая бутылка.  Все вокруг немного кружилось, но если сидеть, то и не заметно, значит можно выпить еще.  — Алло, Русик, приезжай я хочу нажраться — Вася улыбалась. — Да ты уже, еще и без меня — Руслан тоже — я скоро буду, жди.  Они и правда приехал очень быстро, видимо ради пьянки раскошелился на такси. В студенческие годы он ни одной тусовки не пропускал и как-то умудрялся учиться на «хорошо» и «удовлетворительно».  Привезенная бутылка джина опустела на треть, а от фильма прошла половина, когда Василиса обнаружила себя сидящей на коленях Руслана и основательно вылизывающей его рот. «Интересно девки пляшут, а что ты скажешь Люде?» — и внутренний голос, до этих пор молчавший очухался. «Плевать, скажу, что была пьяная в стельку» — губы Руслана сместились к шее, ключицам, накрыли соски. Везде, где они касались ее кожи становилось тепло и хорошо, голова кружилась и Василиса теряла ощущение реальности под этим острым взглядом. Все происходящее казалось набором фотографий, смазанных и черно-белых. Вот она сидит на коленях Руслана, вот они уже в спальне, он нежно положил ее на кровать, зацеловывает живот  и спускается ниже, она скрестила лодыжки у него на пояснице, хватается за простынь и не знает как справляться с таким количеством чувств.  Следующий кадр, где ее белье, надо сказать не самое красивое из того, что у нее есть, за это тоже завтра будет стыдно, валяется на полу рядом с коленями Руслана, который старательно вылизывает ее, медленно входя одним пальцем. Казалось бы, она не девственница, сексом занимается достаточно часто да и любит по-жестче, но его плавные и аккуратные движения почему-то сводят ее с ума.  Затем кадр, где он нависает над ней и медленно полностью входит одним длинным движением. У Васи по бедрам размазана ее естественная смазка, простынь под ней тоже мокрая. Кажется, что еще немного, пару минут и она начнет умолять его двигаться быстрее. Все ее тело пульсирует наслаждением, кажется, будто он каким-то невообразимым способом задевает каждый нерв в ее теле. На спине Руслана длинные неглубокие царапины, их все больше и больше. Больше поцелуев, больше вдохов, потому что воздуха не хватает, больше Руслана, он везде и это заводит еще сильнее, но ей все равно мало. Ее бедра напрягаются, его поцелуи обжигают шею и ключицы.  Василиса не знает, что делать и надо ли вообще что-то делать, когда так хорошо, что вдыхать получается через раз, когда она чувствует себя белоснежным песчаным берегом, на который с тихим плеском накатывают волны оргазма, когда она чувствует, как пульсирует его член, наполняя презерватив спермой. Весь мир сузился до их тел, а затем внезапно приобрел четкость, объем и раздражающее изобилие звуков.