Чувство любви

Солнце только спустилось за горизонт, покрывая улицы мраком. и на город мягко, но неумолимо опустилась бархатная мгла. В звенящей тишине вечера было слышно каждое их слово и смех. Двое молодых людей шли по пустынным мостовым, их плечи то и дело сталкивались, а походка была чуть неровной, не от хмеля, а от переполнявшей их безудожной радости. Странно, но трезвыми были именно они, в отличие от их общего друга Вальда, который с размахом отметил их выпуск из университета (даже собственный так не праздновал). Погруженные в водоворот воспоминаний о веселых студенческих деньках, они, сами не заметив как, миновали резные ворота и оказались в тенистом саду, а затем и в просторном холле эльфийского особняка. Тяжелая дубовая дверь с глухим стуком закрылась, отсекая внешний мир. – Боже, на улице хоть глаз выколи, – Лололошка с облегчением прислонился спиной к косяку, сбрасывая туфли. – Видимо, сегодня вновь ночую у тебя, свет мой. – Пока мы заканчивали этот проклятый проект, ты у меня спал всю неделю. – Эграссель закатил свои травянистые глаза, но в уголках его губ играла смиренная улыбка. Его длинные пальцы привычным движением поправили прядь золотых волос. – Ну и что? Тебе ведь не сложно приютить у себя своего бойфренда, – Лололошка, не дожидаясь формального «да», бодро зашагал в сторону кухни, его носки скользили по полированному паркету. – Эх, зря я всё-таки отказался от бутылочки у Вальда. Твой отец не будет против если я возьму из его запасов? – Не смей! – голос Эграсселя прозвучал строго, когда он переступил порог кухни. Он протянул руку и щелчком выключателя залил помещение теплым светом от хрустальной люстры. – Сегодня – без алкоголя. Выпускной лучше отпраздновать достойно. – Он ловко открыл шкаф из темного дерева, доставая оттуда свежие овощи, пучки зелени и душистые специи. – Я приготовлю ужин. И ещё... по такому поводу я заказал торт из лучшей кондитерской в городе. – Окей, торт, так торт, – прошептал Лололошка, подкравшись сзади. Он мягко обвил руками талию эльфа, прижался к его спине и нежно поцеловал в висок, вдохнув знакомый аромат леса и полыни. Парочка и правда прекрасно провела вечер. Помимо изысканного ужина при свечах, они с азартом сразились в пару настольных игр, а затем отправились в домашнюю баню, где смывали с себя паром всю усталость и напряжение этого насыщенного дня. Эграссель с тихим стоном облегчения прилег на шелковистое покрывало своей огромной кровати, позволяя телу утонуть в мягкости. Но не успел он закрыть глаза, как к нему прильнул Ло, укутывая в плотные, надежные объятия, словно защищая от всех бед мира. – Эграсса... – его шепот был горячим, влажным прикосновением к уху эльфа, от которого по коже побежали мурашки. – Сегодня же особенный день. Как ты смотришь на то, чтобы... – на этих словах полукровка провел ладонью по его бедру, движение было медленным и многозначительным, – сделать его ещё более особенным? Эльф почувствовал, как по его щекам разливается горячая волна смущения, а кончики острых ушей предательски опустились вниз, став горячими на ощупь. – Л-ло... – его голос сорвался на хрип, а в горле пересохло, словно он пробежал марафон. Человек резко отстранился, словно ужаленный, и отвел взгляд в сторону, в темноту комнаты. – Если ты против, то... ничего. Да, наверное, это ещё рано. Глупо с моей стороны. И пока его друг не ринулся прочь, спасаясь от нахлынувшей неловкости, блондин сел на кровати. Он мягко, но уверенно обхватил ладонями голову Лололошки, не давая тому убежать, и сам завел его в долгий, страстный поцелуй – наверное, самый долгий и глубокий за весь их период отношений. Их дыхание смешалось, а языки переплетались в нежном, но настойчивом танце, так и норовя исследовать каждую частичку чужого рта. Наконец они оторвались друг от друга, чтобы судорожно глотнуть воздух, и между их губами на мгновение повисла тонкая, блестящая нить слюны, тут же порвавшаяся. – Лололошка, я не против, – прошептал Эграссель, его грудь вздымалась от учащенного дыхания. – На самом деле, я и сам об этом... задумывался. – Признание заставило его вновь покраснеть. – Тогда... я могу? – в голосе Ло снова зазвучала надежда, смешанная с опаской. Даже без уточнений, что именно «можно», блондин лишь кивнул, закрыв на мгновение глаза, полностью отдаваясь воле своего партнера и доверяя ему. В этот раз инициативу в поцелуе взял на себя Ло. Оторвавшись, он принялся осыпать мелкими, горячими поцелуями щеки, веки, переносицу эльфа, а после его губы спустились к шее, оттягивая ворот мягкой домашней рубашки, чтобы обнажить хрупкую ключицу. Эльф наконец расслабился в его объятиях, откинув голову на подушки – и зря. Полукровка, воспользовавшись моментом, снова приблизился к его уху. Его горячее дыхание обожгло нежную кожу, а затем кончик языка медленно и влажно прошелся от самой мочки до острого кончика. Этого оказалось достаточно. От тела эльфа пробежала судорога, и он не смог сдержать громкий, прерывистый стон. – Ло! – Сорян, не удержался, – смущенно хмыкнул человек, его глаза весело блестели в полумраке. – Ты же знаешь, как я их обожаю. Прежде чем Эграссель смог что-то ответить, Ло снова накрыл его губы своими, но на этот раз поцелуй был мягче, глубже, более уверенным. Его руки скользнули под свободную рубашку эльфа, шероховатые ладони, прикоснулись к гладкой, горячей коже на спине, заставив Эграсселя вздрогнуть и прижаться ближе. – Ты... ты такой горячий, – прошептал Лололошка, прерывая поцелуй и касаясь лбом лба партнера. Его пальцы медленно, почти гипнотически, водили вверх и вниз по позвоночнику эльфа. – Это... это из-за тебя, – выдохнул Эграссель, его собственные руки запутались в каштановых волосах полукровки, притягивая его обратно. Ло улыбнулся этому признанию и снова принялся исследовать шею парня, на этот раз оставляя не нежные поцелуи, а легкие, влажные укусы, которые заставляли Эграсселя вздрагивать и издавать приглушенные звуки где-то между стоном и смешком. Он откинул голову назад, предоставляя полный доступ, его собственные пальцы вцепились в ткань простыней. – Ло... подожди, – вдруг вырвалось у эльфа, его голос дрожал, но не от страха, а от переполнявших его чувств. Лололошка немедленно замер, отстранившись ровно настолько, чтобы встретиться с его взглядом. В его глазах читалась тревога. «Что-то не так?» Но Эграссель лишь слабо улыбнулся, его уши снова подрагивали. – Просто... дай мне тоже... – он не закончил, но его руки сами закончили мысль, медленно стаскивая с Ло футболку. Материя бесшумно соскользнула на пол, обнажив торс. Ло затаил дыхание, наблюдая, как взгляд эльфа, полный нежности и благоговения, скользит по его телу. Пальцы Эграсселя, тонкие и изящные, осторожно повторили путь лучей лунного света, коснувшись ключицы, затем скользнув вниз по грудной клетке, ощущая учащенное сердцебиение полукровки. – Ты... прекрасен, – прошептал эльф, и в его голосе звучала такая искренняя нежность, что у Ло перехватило дыхание. Этот тихий восторг, это восхищение в прикосновениях стали последней каплей. Ло с тихим, счастливым вздохом, прижал эльфа к матрасу, погрузив их обоих в пучину страсти, где слова были уже не нужны, а говорили лишь прикосновения, вздохи и биение двух сердец, слившихся в один ритм. Он снова поцеловал его. Его рука скользнула ниже, нащупывая пояс на мягких брюках эльфа, вопрошая и одновременно прося разрешения. В ответ Эграссель лишь глубже впустил его в поцелуй, а его бедра сами потянулись навстречу, ясно давая понять свое согласие. Вскоре последние предметы одежды бесшумно соскользнули на пол, и они оказались полностью открыты друг другу. Воздух в комнате стал густым и сладким, наполненным шепотом кожи и прерывистым дыханием. Они изучали друг друга — не только глазами, полными благоговения и желания, но и руками, которые, казалось, запоминали каждую линию, каждую впадину. Лололошка закинул голову и глухо застонал, когда пальцы Эграсселя, вначале неуверенные, а потом все более смелые, нашли его самую чуткую эрогенную зону — грудь. Эльф, завороженный реакцией партнера, позволил себе исследовать ее полностью: его губы сменяли ладони, оставляя влажные, горячие поцелуи, а язык вырисовывал медленные круги вокруг затвердевших сосков, заставляя тело полукровки выгибаться. В ответ Ло, движимый инстинктом и жаждой, припал к бледным, изящным бедрам эльфа. Его поцелуи здесь были другими — не нежными, а жадными, властными, будто он метил территорию. Кожа на внутренней стороне бедер Эграсселя была невероятно чувствительной, и каждый прикосновение горячих губ заставлял его вздрагивать и тихо стонать, пальцы все глубже впиваясь в волосы Ло. Достаточно разгорячив друг друга до состояния трепетной готовности, голубоглазый потянутся к своим вещам ищя что-то. Раздался щелчок открывающейся крышки, и через мгновение он вернулся с небольшим флаконом. «Готовился...» — пронеслось в голове у эльфа, и эта мысль вызвала не волну стыда, а новую, теплую волну благодарности и уверенности. Лололошка выдавил обильное количество прохладной смазки на пальцы и, согревая ее, осторожно прижал ладонь к скрытому входу. – Готов? — его голос был низким, хриплым от сдерживаемого напряжения, но в нем не было и тени нетерпения, только забота. Эльф, чувствуя, как его сердце колотится где-то в горле, лишь неуверенно кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Тогда Ло наклонился и вновь поймал его губы в медленный, отвлекающий поцелуй, полный невысказанных обещаний. И в то время, как сознание Эграсселя уплывало в сладком тумане, палец партнера, крайне аккуратно и неспешно, начал пробираться внутрь. Первое ощущение было непривычным — странное давление, заставляющее все внутри сжаться в инстинктивном сопротивлении. Эграссель напрягся, и Ло немедленно замер, лишь глубже целуя его, шепча что-то успокаивающее прямо в губы. Постепенно, под ласковыми уверениями и нежными поцелуями, тело эльфа начало расслабляться, принимая вторжение. Медленные, осторожные движения пальца сменились ритмичными, и вскоре странное давление сменилось робкой искрой назревающего удовольствия, заставившей Эграсселя тихо ахнуть. Издал тихий, прерывистый вздох, когда первый палец уступил место второму. Незнакомая полнота заставляла его нервно цепляться за плечи Ло, но вскоре дискомфорт отступил, уступая место новым, трепетным ощущениям. Лололошка, не прекращая отвлекающих поцелуев, двигал пальцами с бесконечным терпением, тщательно подготавливая каждый сантиметр, находил скрытые точки напряжения и мягко разминал их, пока тело эльфа не стало податливым и пластичным в его руках. – Всё хорошо? – его шепот был горячим у самого уха Эграсселя. Тот мог лишь кивнуть, запрокинув голову. Слова застревали в горле, превращаясь в сдавленные стоны, когда пальцы Ло нашли ту самую, сокровенную точку внутри него. Яркая, почти болезненная вспышка удовольствия заставила его всё тело выгнуться, а из груди вырвался громкий, незнакомый самому себе звук. – Вот же она... – с торжествующим шепотом прошептал Ло и повторил движение, уже целенаправленно и уверенно. Мир сузился до прикосновений, до этого пронзительного, идущего из самой глубины удовольствия. Эграссель забыл о стыде, о всех условностях, его существование теперь состояло лишь из этого сладостного трения и горячего дыхания Ло на своей коже. Он был распахнут, уязвим и невероятно счастлив. Ло почувствовал, как тело под ним полностью расслабилось и откликается на каждое прикосновение волной содроганий. Он медленно убрал пальцы, и Эграссель невольно издал жалобный звук от потери. Но тут же его бедра обняла новая, куда более весомая полнота. Ло замер, давая ему привыкнуть, его собственное тело было напряжено как струна, а на лбу выступили капельки пота. – Эграсса... – его голос дрожал от сдерживаемого порыва. – Посмотри на меня. Эльф с трудом разлепил веки, его взгляд был влажным и нефокусированным. Он увидел свое отражение в темных, полных обожания глазах Ло и слабо улыбнулся, кивая. Это было всё, что тому было нужно. Медленно, невероятно медленно, Ло начал двигаться. Первое движение было похоже на рождение нового мира — полное невыразимой нежности и острой, почти болезненной близости. Эграссель вскрикнул, его пальцы впились в спину партнера, но это был крик не боли, а освобождения, полного слияния. Вскоре ритм ускорился, находя свою, дикую и неистовую гармонию. Их тела, слипшиеся от пота, двигались в унисон, подчиняясь древнему как мир инстинкту. Шепот имен смешивался со стонами, с хриплыми словами любви и поддержки, теряясь в гулком стуке сердец. Для Эграсселя всё было впервые — эта глубина, эта всепоглощающая волна, нарастающая внизу живота. Он чувствовал, как теряет контроль, как его сознание уплывает в белую мглу наслаждения. – Я... я не могу... – с трудом выдохнул он, его глаза были полны слез от переполнявших его чувств. – Я с тобой, – хрипло прошептал Ло, его движения стали еще глубже, еще точнее. – Вместе... Это стало последней каплей. Эграссель с громким, срывающимся криком достиг пика, его тело затрепетало в экстазе, бессильно обвившись вокруг Ло. Это содрогание стало тем финальным толчком, который увлек за собой и полукровку. С глухим стоном он погрузился в него в последний раз, заполняя теплом, и рухнул на эльфа, стараясь при этом удержать свой вес на локтях. Наступила тишина, нарушаемая лишь тяжелым, выравнивающимся дыханием. Ло осторожно выскользнул и, не разъединяя объятий, перекатился на бок, прижимая к себе Эграсселя. Тот прильнул к нему, спрятав разгоряченное лицо в его шее, его уши, которые так любил Ло, теперь безвольно лежали на подушке. Лололошка лениво провел рукой по его спине, ощущая, как мелкая дрожь еще не покинула тело эльфа. – Ну что, – тихо, с безграничной нежностью произнес он, целуя его в макушку. – Сделали этот день особенным?