Может избранный совсем не мальчик?

- В тот день в библиотеке, ты искала информацию про меч, я правильно понимаю? - осторожно поинтересовался Оливер - Откуда ты знаешь, что я была в библиотеке? - Потому что это именно я тебя оттуда и вынес. Ты уснула прямо на книгах и я отнес тебя в твою комнату. Афина смотрела на него с новым, неожиданным пониманием. Вспомнилось смутное ощущение безопасности, запах его мантии и тепла... Теперь пазл сложился. - Спасибо - тихо сказала она, и в этом слове была настоящая, неподдельная благодарность. Она взглянула на часы и слегка вздохнула. - Уже поздно. Оливер подошел ближе, его тень накрыла девушку. В его глазах светилась надежда и вопрос. - Ну что... мир? - спросил он и в углу его губ заплясала знакомая ухмылка Афина не сдержала улыбки. Она обняла его, быстро и по-дружески, но в этом объятии было обещание чего-то большего. - Мир - прошептала она ему в плечо. В этот самый момент в дверь постучали. Настойчиво и официально. Афина, вздохнув, отошла от Оливера и приоткрыла дверь, оставив лишь узкую щель. На пороге, выпрямившись по струнке, стоял Перси Уизли. - Афина - начал он своим наставническим тоном, бросая любопытный взгляд в щель. - Я хотел бы прояснить некоторые вопросы относительно... Он не успел закончить. Оливеру, который терпеливо ждал в стороне, надоело это представление. Он решительно шагнул к двери, широко распахнул ее своей рукой, полностью открыв себя взору ошеломленного Перси. - Перси, ты нам мешаешь. - заявил парень ровным, не оставляющим пространства для возражений тоном. И не дожидаясь ответа, он захлопнул дверь прямо перед носом у старосты. За дверью на секунду воцарилась гробовая тишина, а затем послышались отступающие, полные глубочайшего возмущения шаги. Оливер обернулся к Афине. Та смотрела на него, прикрыв рот рукой, а по ее лицу расползалась беззвучная, счастливая улыбка. - Очень смело - отметила девушка, все еще не скрывая улыбки, глядя на захлопнутую дверь. - Странно, что он проходит к тебе так поздно, да? - спросил Оливер, снова приближаясь к ней - Да, ты прав - Афина покачала головой, представляя себе негодование Перси - Если ты сейчас вернешься в комнату, он из тебя всю кровь выпьет и вопросами завалит - Да, ты права - согласился парень и в его глазах заплясал озорной огонек - Что насчет ночевки? - Ночевки? - переспросила девушка подняв бровь - Я могу быстро, зайти за вещами и переночевать у тебя - он сделал паузу, глядя на нее с надеждой и вызовом - Если ты не против. И если тебе не жаль, что Перси в отместку может меня просто съесть на завтрак. Афина задумалась, поджав губы. - Нуу... - протянула она, наслаждаясь его нетерпением. - Тем более, завтра выходной, уроков нет - поспешил добавить Вуд, как главный козырь. Афина не смогла больше сдерживать улыбку. - Думаю, ночевка... это очень неплохая идея - наконец согласилась она, и ее щеки слегка порозовели. - Отлично! - лицо Оливера озарилось широкой, счастливой улыбкой. - Я через пять минут! И он, почти не задевая мебель, рванул к выходу, чтобы успеть до того, как Перси вернется в их общую комнату и запрет дверь на все замки - как моральные, так и физические. Парень сдержал слово и вернулся меньше чем через пять минут, слегка запыхавшийся, с небольшой сумкой через плечо. Комната Афины была не слишком аккуратной, но уютной. На столе лежали стопки книг, несколько свитков пергамента. Они устроились на кровати, прислонившись к ее изголовью. Сначала они говорили о заклинаниях и квиддиче. Девушка, наконец расслабившись, рассказала ему подробности о зале с левитирующим клинком, о том, как он откликается на ее магию и о своих опасениях, что он может быть связан с какой то древней и темной магией. Оливер слушал, затаив дыхание, задавая вопросы, но не перебивая. Они говорили обо всем на свете: о глупых шутках близнецов Уизли, о том, как Оливер впервые упал с метлы в пять лет, о любимых сладостях Афины и о том, как она в детстве чуть не сожгла всю проводку в доме. Они смеялись до слез, их голоса становились все тише, а позы - все расслабленнее. В какой-то момент Афина, рассказывая о своем поединке со стражником в подземелье, случайно оперлась головой ему на плечо. Оливер не стал отодвигаться, а лишь накрыл ее руку своей. Тепло от его ладони было удивительно успокаивающим. Они не заметили, как ночь за окном стала густой и бархатной. Их разговор превратился в сонное бормотание, полное полуслов и недоговоренных мыслей. - Знаешь, я рад, что тогда в коридоре... - начал Оливер, его голос был глухим от приближающегося сна. - Я тоже - тихо прошептала девушка, уже почти не различая границу между явью и сном. Их дыхание выровнялось и слилось в один ритм. Голова Афины окончательно устроилась в удобной впадине между его плечом и грудью, а его рука лежала на ее талии, крепко и защищающе. Так они и уснули - в обнимку, пока за окном первые лучи утра начали разрисовывать небо в нежные пастельные тона. Впервые за долгое время на лицах обоих играли безмятежные, спокойные улыбки. В прошлый раз Афина направлялась в сторону кабинета Дамблдора, но когда она представляла себе, как протягивает ему сверкающий клинок, ее охватывал холодный ужас. Его заберут. А в случае опасности он может мне очень пригодиться. Ведь опасность уже рядом...- шептал внутренний голос Клинок был единственным, что приносило ей хоть какое-то ощущение безопасности. Отдавать его Дамблдору? Нет. Пока нет. Теперь это было не просто оружие. Это был ключ к тайне, которая, казалось, окружала ее саму. И голос во тьме знал об этом. И она чувствовала это на собственной шкуре. Вернее, в собственных снах. После первого посещения подземелья ее почти каждую ночь мучали кошмары. Они были настолько реальными, что, просыпаясь, она еще несколько минут чувствовала ледяной холод и сжимала край одеяла. Сны были почти одинаковые. Она стоит в том самом круглом зале, где левитировал меч. Но теперь зал погружен в густую, зловещую тьму, и вместо мерцающего света ее окружают пляшущие тени. Перед ней - мужчина. Его лица не разглядеть, оно скрыто в темноте, но она видит черты, проступающие сквозь мрак: темные волосы, ниспадающие на высокий лоб, и пронзительный, насмешливый взгляд. «Неужели ты, Афина, думала, что тебя поселили в ту комнату просто так?» - его голос был низким, шелестящим, как сухие листья под ногами. Он делал шаг вперед, и холодный ужас парализовывал ее. «Они знали. Они все знали. Они хотели, чтобы ты пришла сюда, хотели, чтобы ты забрала клинок». Он приближался, и тьма сгущалась вокруг него. «И хотят, чтобы в дальнейшем ты могла умереть, защищая их. Не зря тренируешься там, хотя бы умрешь красиво» Прежде чем кошмар отпускал ее, поглощая в черную бездну, он произносил последнее, от чего кровь стыла в жилах «А если тебе интересно, кто я... Мы скоро встретимся. Не беспокойся» Каждый раз он разговаривал с Афиной так, будто сидел с ней в одной комнате, будто был тенью за ее плечом. Он видел все, что происходило в ее жизни и эта мысль была невыносимой. В последнем сне его голос звучал особенно ядовито. «Вы хорошие молодые люди» - говорил он и Афина чувствовала, как его незримый взгляд скользит по ее спящей форме, по фигуре Оливера рядом. «Он, наверное, тебе дорог, да, Афина? Будет так грустно, если его не станет? Например… из-за тебя» Сон оборвался, всасывая ее в бездну паники. Афина резко села на кровати, сдавленный крик застрял в горле. Дыхание перехватило, а по щекам потекли горячие, беззвучные слезы. Ее резкое движение и прерывистый вздох разбудили Оливера - Афина? Эй, эй, все хорошо, я здесь - его голос был хриплым от сна, но тут же прорезался тревогой. Он тут же привстал и увидел ее трясущиеся плечи и блеск слез на лице Парень не спрашивал, что случилось. Он просто крепко, почти до боли, обнял ее. - Все в порядке - шептал он снова и снова, уткнувшись лицом в ее волосы. - Я здесь. Я с тобой. Никто не причинит тебе вреда. Понадобилось несколько минут, чтобы рыдания утихли и сменились прерывистыми всхлипами. Только тогда, прижавшись лбом к его плечу, она тихо, сбивчиво, рассказала ему про сны, про то, как незнакомец говорил об Оливере. Про его угрозу. Оливер застыл. Он слушал, и его объятие стало еще крепче, но в нем появилась новая твердость - стальная, несгибаемая. Мысль о возможной опасности для него самого не успела испугать его. Его целиком и полностью поглотила ярость от того, что пугают его любимого человека. Что в ее разум вбрасывают эти ядовитые семена страха, что заставляют ее плакать и просыпаться в ужасе. - Никто меня не заберет - голос Оливера прозвучал тихо, но с такой непоколебимой уверенностью, будто он давал клятву. - И никто не причинит тебе вреда. Этого не случится. Слышишь? Он отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза, и в его взгляде не было и тени страха - только решимость и обещание. - Мы разберемся с этим, Афина. Вместе. Я не позволю какому-то призраку в твоих снах диктовать нам правила. Сегодня же начнем искать ответы - Я не оставлю тебя здесь одну, пока этот призрак бродит в твоих снах - твердо заявил Оливер, все еще не выпуская ее из объятий. - Я переберусь к тебе. Хотя бы на время. Чтобы ты могла спать, зная, что я рядом. - Я... я не против. Но - она неуверенно взглянула в сторону двери - Что мы скажем Перси? Оливер фыркнул, и на его лице появилось то самое знакомое выражение дерзкого вызова. - Во-первых, вообще-то, правилами школы вроде как не запрещено ночевать в гостиной другого пола, если вести себя прилично, тем более у тебя своя комната и значит тебе решать. А во-вторых... - он пожал плечами, делая вид, что это самая обычная вещь на свете. - ...Я просто скажу ему, что собираюсь жить со своей девушкой. В комнате на секунду повисла тишина. - Жить со своей девушкой? - медленно переспросила Афина Оливер покраснел, но не отступил. - Ну, да... - он потупился, а потом смело посмотрел ей в глаза. - Если ты, конечно, не против. Она выдержала его взгляд, и по ее лицу расплылась теплая, счастливая улыбка. - Я не против Оливер нежно улыбнулся и с глубоким вдохом направился в свою комнату. Перси, как и ожидалось, сидел за учебником, делая пометки идеальным почерком. - Так, слушай - начал Оливер, стараясь звучать как можно более небрежно - я временно буду жить в другом месте Перси медленно поднял голову. - Подожди, что ты сказал? И где ты жить будешь, позволь спросить? - С девушкой - коротко бросил Оливер, уже поворачиваясь к выходу Раздался оглушительный хлопок - это Перси с такой силой захлопнул книгу, что с парты слетело перо. - С девушкой? - его голос взвизгнул. - С Афиной, я полагаю?! Ты... ты знал, что она мне нравится! И теперь ты с ней... вместе? Он вскочил, его лицо исказилось от гнева и обиды. - Скажи честно, ты специально? Да? Чтобы мне насолить?! - Да при чем тут ты вообще, Перси! - взорвался Оливер. - Мир вертится не вокруг твоего носа! Может, она просто предпочла парня, а не ходячий устав! - Ты всегда так! Всегда стремишься быть первым, всегда переступаешь черту! - кричал Перси, сжимая кулаки. - А ты всегда видишь во всем личный выпад! Может, хватит быть маминой гордостью и стоит быть просто человеком?! Голоса слились в оглушительном дуэте ярости и взаимных упреков. Они стояли нос к носу, и казалось, еще секунда - и в ход пойдут кулаки. Но в тот момент, когда Оливер сделал резкий выпад вперед, дверь с шумом распахнулась. - Ой-ой-ой, какая душевная беседа! - прокричал Фред вваливаясь в комнату. - Кажется, наш староста пытается установить новые правила личной жизни - добавил второй близнец, ловко встав между братьями Оливер, пыхтя от ярости, отступил на шаг. Перси, трясясь от невысказанных аргументов, беспомощно сжал кулаки. - Ладно, шоу окончено, - весело сказал Джордж, хлопая Оливера по плечу и подталкивая его к двери - Беги к своей даме сердца, Ромео. Мы тут с братиком потолкуем по-семейному Оливер, не говоря ни слова, вышел, громко хлопнув дверью. Он шел по коридору, все еще дрожа от адреналина, но с одной четкой мыслью в голове: он сделал правильный выбор. И никакой Перси Уизли не сможет его остановить.