Скрещеные технологии

Воздух дрожал от напряжения. За окнами отеля стояла пугающая тишина — та самая, что бывает перед бурей. Слишком плотная, слишком живучая. Аластор стоял у окна, держа в руках трость, и слушал, как Чарли отдаёт последние распоряжения. — Пентиус, ты поставил щит вокруг отеля? — её голос был напряжён, но твёрд. — Разумеется, мисс Чарли! — воскликнул сэр Пентиус, нервно постукивая хвостом. — Моё изобретение выдержит всё, кроме, возможно… конца света! — Идеально, — ответила она, не уловив иронии. — Нам и нужно — выдержать конец света. Внизу Хаск чистил старое оружие, ворча под нос. Энджел проверял боеприпасы и громко шутил, скрывая страх. Вэгги стояла рядом с Чарли, их руки почти соприкасались. Аластор видел, как её взгляд метался между любовью и ужасом. Он глубоко вдохнул. В воздухе стоял запах грозы и гари. —Ну вот и шоу начинается», — подумал он, поправляя свой микрофон на трости. Первый звук, что нарушил тишину, был не гром, а шорох неба. Белый разлом открылся прямо над городом, разорвав багровое небо, словно трещину в ткани ада. Изнутри полился свет — не тёплый, не божественный, а ослепляюще-жгучий. А затем они полетели вниз. Ангелы. Сотни, тысячи — в сияющих доспехах, с мечами из света, с лицами, лишёнными сомнений. Их крики были не человеческими — то был хор, искажённый и безжалостный. Пентиус активировал щит, и над отелем вспыхнула энергия, превращаясь в гигантский купол. Первый удар отбился. Второй. Третий. — Они идут! — закричала Вэгги, вскидывая оружие. Истребление началось. Первые минуты были хаосом. Ангелы рушились на землю, их крылья оставляли за собой шлейфы света. Каннибалы Рози выли и бросались на них с копьями и мечами. С неба сыпались осколки света, как дождь из звёзд. Аластор смеялся. Даже сквозь бой, сквозь пламя и кровь — он смеялся. Его голос звучал в эфире, гремел через радио и громкоговорители. —Ах, какие прекрасные гости! Какое великолепное представление! Aujourd'hui, tu vas mourir. Он создал барьер вокруг отеля — плотный, вибрирующий, наполненный звуком. Ангелы, попавшие внутрь, кричали, их ауры ломались, будто стекло. Земля под ногами дрожала. Чарли, Вэгги и остальные стояли плечом к плечу. Они сражались — неуклюже, но с отчаянной решимостью. Казалось, всё идёт по плану. Но ад не любит, когда всё идёт по плану. Когда оставалось меньше половины ангелов, барьер задрожал. Аластор почувствовал, как по его телу пробежала волна слабости — кто-то ломал саму структуру заклинания. Он обернулся к небу. И тогда увидел их. Два силуэта, спускающихся из портала, медленно, как хищники. Первый — высокий, с глазами цвета белого пламени. Его меч был будто золотая гитара. Второй — с короткими волосами, улыбкой без тепла и глазами, полными ярости. Адам и Лют. Главнокомандующий небесной армией и его правая рука. — Ах, вот и звёзды вечера, — произнёс Аластор, стирая кровь с лица. — Добро пожаловать в шоу. Адам приземлился, и земля под ним треснула. Он оглядел поле боя, потом взгляд упал на Чарли. И в его глазах вспыхнула ненависть. — Дочь Люцифера. — Его голос был резок, как клинок. — Пора стереть ошибку твоего рода, сучка. Он поднял меч, и от него разошлась волна света, выбившая несколько демонов с ног. Чарли закричала, но удержалась, поднимая оружие. — Не смей прикасаться к моим друзьям! Их мечи столкнулись. Свет и тень сплелись в ослепительный вихрь. Сражение было безумным. Вэгги сошлась с Лют — две силы, две воли, два ангела. Их бой был быстрым, словно танец — кровавый, без пауз. Рози командовала своими каннибалами, направляя их на ряды ангелов. Пентиус метался между механизмами, пытаясь укрепить щиты. Аластор создавал радиоволны, превращая звук в оружие. Каждый его щелчок пальцев отзывался ударом, каждый аккорд — вспышкой силы. Но свет становился ярче. Барьер рухнул. И в тот момент, когда пыль рассеялась, они увидели, как Адам стоит прямо перед Чарли. Его меч уже занесён. — Конец, принцесса ада, — произнёс он. Но удар не пришёл. Вместо света над ними обрушился гром. С неба посыпались искры, и между ними пронеслись десятки металлических силуэтов — дроны. Они открыли огонь по ангелам, вспыхивая синим светом. А за ними, в небе, появился он. Вокс. В своём безупречном костюме, с глазами, пылающими электричеством. Молнии играли на его пальцах, по воздуху пробегали импульсы. — Сюрприз, старина! — прокричал он, взмахнув рукой. — Эфир всё-таки мой! Аластор рассмеялся, даже не скрывая восторга. — Ах, Вокс! Мой милый конкурент! И всё-таки ты не смог удержаться, да? — Заткнись и держи линию! — рявкнул Вокс, разрядив молнию прямо в грудь ангелу. Сцена превратилась в хаос света и звука. Молнии Вокса бились с мечами света, тени Аластора резали воздух.Вместе они отбивали удар за ударом — не друзья, не союзники, но две половины одной стихии. Но чем дольше длился бой, тем больше теряли сил. Вэгги и Лют дрались до последней капли. Обе изранены, обе на грани. Чарли сражалась с Адамом — в глазах у неё уже не было страха, только решимость. Каждый удар был ответом за всех погибших демонов. Аластор, отвлекая ангелов, пропустил удар — копьё света пробило его бок. Он пошатнулся, кровь хлынула на землю, превращаясь в дым. — Аластор! — крикнула Чарли. Вокс заметил, как тот рухнул на колено, и, не раздумывая, метнулся к нему. Он поднял ладонь — молния обрушилась на рой ангелов, отбрасывая их. — Чёрт тебя побери! — выкрикнул он. — Ты ещё должен мне эфир, ясно?! Аласор усмехнулся, задыхаясь. — Ах, Вокс… даже сейчас ты говоришь о рейтингах… quel charme Но на лице Вокса не было привычной усмешки. Только страх. Первый раз за столетия — настоящий страх. Когда всё, казалось, было потеряно, над полем вдруг пронеслась волна тьмы. Воздух сгустился. Свет померк. И в следующую секунду на землю спустился Люцифер. Не с помпой, не с громом — просто шагнул из воздуха, как артист на сцену. В руке — трость. На лице — улыбка. — Дорогие мои, ну что вы тут устроили без меня? — протянул он, как будто опоздал на бал. Адам зарычал. — Тебе не место здесь, падший! Люцифер лишь щёлкнул пальцами — и его тело изменилось. Сначала — в гигантскую птицу, затем в пса, затем в змея. Он двигался с неестественной скоростью, уклоняясь от ударов Адама, при этом насвистывая мелодию. — Ах, не такой уж ты и грозный, первый человек, — усмехнулся он. — Я видел кошек с большим чувством ритма. Бой длился долго, но Люцифер — слишком опытный, слишком древний. Он ловко увернулся от удара, перехватил меч и пронзил Адама собственной же силой света. Тот замер, глаза потускнели, и тело рассыпалось в пепел. Лют закричала, бросилась к Адаму, у неё осталась лишь одна рука, но видя потерю Адама она поняла, что рука для неё не так важна, но он лишь взмахнул рукой. Её отбросило. —Лют, уводи наших, мы провалили миссию.— Это оказались последние его слова. Лют по началу не поверила, но через время к ней пришло осознание и ей пришлось отдать команду на отступление. Оставшиеся ангелы поднялись к порталу, и белый свет погас, как лампа в эфире. После тишины битвы ад будто выдохнул. Пыль оседала, небо снова наливалось красным. Чарли упала на колени, вытирая кровь с лица. Рядом Вэгги держала её за плечо. Хаск прикуривал сигарету, не глядя на горы тел. Рози смеялась сквозь усталость, её каннибалы радостно рычали — выжили и сегодняу них будет роскошная трапеза. Аластор лежал у обломков фонтана. Его трость валялась рядом, только она была слома. Он улыбался — привычно, но в глазах было что-то новое. Слабость. Вокс подошёл. На нём не осталось следов ухмылки. Лицо — усталое, глаза — полные чего-то похожего на тревогу. Он посмотрел на рану Аластора, и в его груди что-то кольнуло. — Не смей умирать, старый дурак, — тихо сказал он. — Я не закончил наш спор. Аластор приоткрыл глаза, в уголке губ блеснула улыбка. — Ха… переживаешь? Как трогательно… Вокс молча присел рядом. Он хотел было забрать его — не из жалости, а… чтобы понять. Чтобы, возможно, наконец признать, что тот всё ещё был частью его эфира, его мира. Но, заметив, как Аластор едва дышит, остановился. Он сжал кулаки. — Чёрт с тобой… не сегодня. Было бы нечестно. Он поднялся, посмотрел на разрушенный отель. На Чарли, стоящую под светом ада. И на Аластора, чья улыбка медленно гасла, но взгляд всё ещё светился — упрямо, живо. Вокс отвернулся. Громыхнули молнии. Его силуэт растворился в воздухе. Аластор приоткрыл глаза и заметил — как короткая вспышка, как искра в эфире — Вокс действительно смотрел на него… с тревогой. Тёплой. Человеческой. Он усмехнулся, обессиленно поднял руку и через тень исчез, возвращаясь на свою базу. —Ах, Вокс… похоже, ты всё-таки настроился на мою частоту, — прошептал он, прежде чем мир погас. Ветер прошёлся по руинам. Старого отеля больше не было. А эфир снова ожил.