Любовь предков

Ночь на Пандоре - одно из самых завораживающих явлений, и не только потому, что в это время можно наблюдать за красотой местных пейзажей, но и из-за того, что в этом спокойствии порой происходит удивительное - зарождение новой жизни. - Кири, - тихо начал Майлз, смотря на девушку, которая не могла оторвать взгляд от Древа Душ, что ярким светом освещало округу, - нас обручила сама Эйва, значит, она одобрила, чтобы продолжить наш род и ещё больше скрепить союз, как считаешь? Без лишних слов поняв его намёк, также не переводя взгляд, на'ви ответила с улыбкой. - Ты не должен в этом сомневаться. Сокорро протянул правую руку, кладя на её щёку и медленно повернул голову девушки, заставляя посмотреть на него. - Тогда я хочу, чтобы это случилось здесь, сейчас. - сказал Паук, улыбаясь, одаривая нежным поцелуем в губы. - Не сомневайся, - говорила Кири шёпотом, чуть отстранившись, - это взаимно, обезьянчик. Он укладывает её на траву, продолжая покрывать тело возлюбленной поцелуями в районе шеи, на которые та отвечала тихими стонами вперемешку с неглубокими вздохами. - И кого же ты хочешь? - спросил Майлз, в очередной раз отстраняясь, чтобы затем вновь прикоснуться губами к шее девушки. - Это не имеет значения. - ответила Кири с придыханием, слегка выгибаясь. - А ты бы хотел конкретно мальчика или девочку? - спросила она. - Честно: никогда не задумывался об этом - пусть будет, кто будет. - улыбнулся Сокорро, с любовью смотря в золотые глаза. - Хорошо, тогда... - в горле застрял ком, который девушка тотчас сглотнула, - ... очень надеюсь, что всё получится. - Я в этом даже не сомневаюсь. - успокоил Паук, прежде чем они оба слились в страстных и любящих объятиях...

Две недели спустя

У на'ви было не принято часто посещать священное место, однако сегодня для Кири был особенный день, поэтому, когда пришло время затмения, она отправилась к Древу Душ. Оставив своего икрана, направилась к светящейся иве. Соединив нейрокосу с одной из ветвей, подняла голову и, улыбнувшись, закрыла глаза. Её сознание перенеслось в лабораторию - место, где Кири мечтала оказаться с момента последнего приступа, случившегося у неё на рифах, после которого ей запретили устанавливать связь с Великой Матерью. Но это было тогда, когда на'ви была подростком, не до конца понимающим свою истинную природу - теперь всё позади, и Кири стояла посреди помещения, с тихой грустью наблюдая за Грейс, которая, со всей присущей ей азартностью, изучала что-то под микроскопом. Однако не прошло и минуты, как учёная распознала лёгкие шаги и повернулась спиной к столу. - Моя прекрасная девочка. - улыбнулась она, поднимаясь с кресла. - Здравствуй, мама. - ответила Кири в той же манере. - Я так рада снова тебя видеть. - с улыбкой продолжала Грейс - однако голос еле заметно дрогнул. Отбросив любые предостережения, что могли возникнуть в голове, на'ви бросилась к ней, утопая в ответных объятиях матери, заходясь слезами. - Кири... - вполголоса говорила Огустин, поглаживая дочь по спине и прижимаясь левой щекой, - ... милая, не плачь, тебе нельзя нервничать. Девушка быстро успокоилась, поднимая на учёную изумлённый взгляд: сказанная фраза заставила впасть в ступор - Грейс, улыбаясь, положила правую ладонь на щёку на'ви. Отойдя от мимолётного шока, Кири улыбнулась в ответ, выдыхая. - То есть, ты всё знаешь? - уточняюще спросила она. - Как же я могу не знать. - еле слышно усмехнулась Грейс, чуть наклонив вправо голову. Учёная заметила, как в глазах дочери проступили слёзы. - Эй, что случилось? - спрашивала Огустин, принимаясь вытирать с её лица влагу. - Не представляешь, как бы я хотела, чтобы ты была сейчас с нами... - ответила Кири, сорвавшимся на шёпот голосом. Грейс обняла на'ви повторно, крепко прижимая к себе. - У тебя будет чудесный мальчик. - проговорила с улыбкой учёная. Кири, поставив подбородок на плечо матери, шумно выдохнула, закрывая глаза.