я так скучаю.

***

– Здравствуйте, можно пожалуйста десять штук белых лилий? – Мужчина, извините конечно, но чётное число не к добру, смерти девушке желаете? — спросила женщина лет тридцати за прилавком, смотря с удивлением и лёгкой заинтересованностью. Честно говоря, Арсению было благополучно плевать по поводу того, что она подумает, его сейчас волновало совсем другое. Но ради приличия ответил: – Он уже умер, так сделаете? Теперь флорист смотрела на него совсем по-другому, в её глазах виделась печаль, она поджала губы и кивнула, начиная делать свою работу. Она подошла к помещению с цветами и достала оттуда десять красивых, белоснежных лилий, беря их в руки и неся на стол, после чего начиная их аккуратно подрезать, после чего достала флористический пергамен белого цвета. – Эм, извините, но.. — Попову и слова лишнего сказать не дали, девушка его перебила. – Ничего не говорите, это за счёт заведения, скажем так.. Компенсация за неудобный вопрос, не переживайте. Не зная что и сказать, Арсений поджал губы и только благодарно кивнул. Не каждый день тебе делают в цветочном небольшой подарок за счёт заведения. Спустя примерно десять минут, Галина, у девушки всё это время висел на шее бейджик с именем, закончила с букетом и вручила его мужчине, тот же в свою очередь оплатил и благодарно, хоть и вымученно улыбнувшись, ушёл.

***

В данный момент времени, Арсений стоит у хорошо убранной могилы. Опавших цветных листов практически нету, забор вокруг чательно прокрашен, видно, что красили совсем недавно, на плитке лежат несколько букетов белых лилий, ещё свежих, Попов приходит каждые два-три дня сюда, выкидывает завявщие букеты и каждый раз приносит новые. Небольшая кучка сладкого так же лежит на плитке у цветов, каждый раз, когда он приходит, она уменьшается, хоть Арсений и понимает, что их прикорманивают всякие шкодники, но тот всё равно надеется, что их берёт и кушает человек пол землёй, он не думает как именно, главное, что именно его мальчик из ест. Раньше бы Арсений сказал, что от такого количества сладкого, у первого слипнется заднее отверстие, но сейчас он был бы счастлив наблюдать за тем, как второй ест их, уминая всё это сладкое. Он даже купил бы завод по производству скиттелса, который тот так любил. Всё бы сделал, чтобы видеть его довольное лицо, даже больше, чем всё. Жаль конечно, что время нельзя вернуть назад, тогда бы он точно заметил изменения в своём партнёре, но бы всё предотвратил, ничего бы не было, не случилось бы этого недоразумения и они были бы счастливы, вдвоём. Были бы только они и больше ничего. Были бы. Они были бы счастливы вместе. Были бы всегда вместе. Но смерть их разлучила слишком рано. С надгробия на него смотрит такой красивый и люсамый любимый человек на всём этом свете, тот улыбался во все тридцать два зуба, смотрел словно в душу, как будто совсем живой, просто чёрно-белый. Вот сейчас Арсений моргнёт и перед ним окажется его живой мальчик, он будет смотреть с непониманием, беспокойством и такой любовью в глазах, возьмёт того за руку и спросит, всё ли в порядке, что он тут делает и почему в глазах слёзы, которые тот усердно пытается не пролить. Отведёт его домой, они будут пить любимый какао первого, а Арсений с удовольствием будет его пить, хоть и не очень любит сладкое, а потом он его поцелует, будут лежать в их общей кровати и смотреть какую-то тупую комедию, больше целуясь, чем слушая что-то. Его любимый мальчик вскоре заснёт на плече Попова, а тот будет бояться двигаться, поэтому будет так сидеть до самого утра, любуясь им. От всех этих мыслей у Арсения начинает кружится голова, он аккуратно садится рядом с надгробием, и склоняет к нему голову, до этого положив цветы на могилу. В начале он прикусывает внутреннюю сторону щеки, думая о чём-тосвоём, потом закрывает глаза и начинает свой монолог: – Знаешь, я так скучаю, мне тебя сильно не хватает, — мужчина делает небольшую паузу. – Почему ты сразу не рассказал мне о своих переживаниях? Вот почему ты такой гордый! Знай бы я раньше, что ты комплексуешь по поводу своего внешнего вида, хотя любой другой человек, будь с такой внешностью, был бы бесконечно влюблён в себя, жаль только, что ты этого не видел в себе. Рассказал бы ты о том, что на тебя свалился не только ты сам, но и проблемы в университете, я бы тебе помог, я хоть и окончил его пять лет назад, но моя память не обновляется каждый день, как ты об этом любишь говорить. Знаешь, ты такой на самом деле эгоист, — он улыбнулся. Арсений так давно хотел выговориться, но никак не решался, прошёл целый год со смерти его любимого человека, но он продолжал бояться. Чего только? Он сам не знает. Осуждения? И от кого тогда. Мимо проходящих людей? Наврядли, ведь тут и прощальный стриптиз устраивали умершим(он сам видел) и всем было всё равно. От человека, который в трёх метрах под землёй? Этот вариант сразу откидывается, ведь тот был понимающим, он бы обязательно выслушал, а потом бы обнял, шепча извинения за то, что заставил переживать. Скорее всего он испугался того, что ему придется принять его смерть. Что это по-настоящему, а не просто какая-нибудь пауза, отъезд, дела из-за которых они никак не могут увидеться, хоть и живут вместе. Всё что угодно, лишь бы не смерть. Но к сожалению так не работает, именно поэтому Арсений находит в себе силы и продолжает: – Но я любил тебя, такого эгоиста, да и до сих пор люблю, как не любить такого красавчика? Знаешь, нам тебя очень сильно не хватает, не только я скучаю. Дима до сих пор места себе не находит, мы видимся каждые выходные, представляешь? Хоть раньше мы и собачились постоянно, но щас нас объединяет одно – любовь к тебе и печаль. Надеюсь конечно, что так сильно люблю я тебя один и никакой Дима в тебя тайно не влюблён, мало ли, — он фыркает. – Ещё Серёжа скоро должен будет приехать и навестить нас, как так получилось только, что он решил нас бросить и переехать в Москву? Совсем не понимаю, но главное, что он о нас не забывает. Я писал тёте Майе, перед тем, как приехать, она просила передать тебе привет, поэтому передаю. Она очень скучает по тебе. Знаешь, мы так с ней сблизились, не подумай только, в дружеском плане, мало ли, я помню, какой ты ревнивец, это тяжело забыть, — ненадолго появляется улыбка, но так же быстро пропадет. – Мне тебя очень не хватает, я не просто скучаю по тебе, я не могу жить без тебя, весь этот год я просто существую и делаю свою обычную рутину. Ты не представляешь, как долго я плакал, читая записку, что это за слова: «..я понимаю, что приношу много проблем», «тебе будет лучше без меня». Господи, я в принципе не могу жить без тебя, Антон! — сдержанные слёзы начинают лить рекой, но поворачивается к надгробию и ведёт аккуратно пальцем по фотографии. Он не может остановить свой порыв, поэтому наклоняется ближе и нежно целует в лоб, холод обжигает губы, но ему плевать, он просто хочет быть хотя бы чуть-чуть ближе к своему Антону, хотя бы на какие-то пару секунд. Он бы всё отдал, чтобы снова увидеть того живого и здорового. А не усталого, с потухшим взглядом, с залысиной на голове, как он вообще мог подумать, что выпадение волос, да и такое большое – от стресса, в не оттого, что его любимый человек морит себя голодовками! Каким же он был тупым! Почему время нельзя вернуть назад?! Почему жизнь так несправедлива?! – Антон, я бы отдал всё, чтобы ты сейчас был со мной рядом, все свои деньги, всего себя, я каждый день молю Бога, чтобы это был просто очень длинный сон, я не могу так больше, я не хочу.. Если бы я только мог уйти за тобой, но я не могу, Позову и Матвиенко и так тяжело, а что будет с Майей? Она просто этого не пеперижёт, мы с Димой единственные у неё остались, как она будет? Я так хочу обнять тебя, прижать к себе и больше никогда не отпускать. Хочу поцеловать твои прекрасные губы, а потом жаловать, что облизал пепельницу, ты бы тогда съел что-нибудь сладкое и я бы жаловался, что теперь в моём организме слишком много сахара, а ты начал бы смеяться и говорить, что я как старый дед постоянно причитаю, а потом мы с тобой начали долго целоваться перед телевизором в гостиной. Я так хочу запустить ладонь в твои прекрасные кудряшки, я их так люблю, хоть в последнее время их было всё меньше, я продолжал их искренне любить и считать самыми прекрасными на свете. Ты и так самый прекрасный на свете, понимаешь? Эх, что же ты понимаешь… Увидел бы ты себя моими глазами, ты бы влюбился, как сделал это я. Я тебе никогда не рассказывал, но я Влюбился в тебя с первого взгляда и ничего не смог сделать с собой, как же долго я тебя добивался, а ты и не замечал, дальше своего носа и не видишь, глупышка-Шастунишка ты мой… Арсений глубоко вдохнул и продолжил: – Я буду продолжать молиться богу каждый день, ведь принять твою смерть и пытаться разлюбить тебя – как пытаться достичь недостижимого, моя любовь, я буду ждать нашей встречи каждый день. Я люблю тебя. Он закрывает глаза и больше не помнит ничего.

***

Из царства Морфея выходить тяжело, он так хорошо выспался, за последний год этого сделать совсем не получалось. Зевнув и потерев глаза, он переворачивается на другой бок, ожидая увидеть на соседней стороне кровати пустое место, где раньше мило посапывал Антон, если за ночь они не сцеплялись конечностями в морской узел. Но какое у него было удивление, когда он увидел Антона, живого.

***