A Super Sized Revenge/Двойная порция мести

      В тот день, когда Уилл заявил Ганнибалу, что ему «нужно немного пространства», они поссорились. Хоть убейте, Уилл не понимал, из-за чего. Причиной могло быть что угодно — от запрета Уинстону жить внутри дома до решения Ганнибала выбросить половину его одежды и заменить ее более дорогой, — той, что лучше вписывалась в эстетику Ганнибала, чем изношенная ширпотребная клетчатая фланель. Уилл иногда носил ее просто назло Ганнибалу: у него всякий раз появлялось странное, кислое выражение которое означало, что он не одобряет, но вслух ничего не сказать не может.       Но последней каплей стал день, когда Уилл взял свою машину и поехал покататься. Он достаточно часто отключался за рулем, теряясь в собственном сознании, чтобы знать, что это, вероятно, не лучший вариант действий, но к черту. Он имел полное право хоть на каплю безрассудства — такого, что не сводится к тщательно спланированным убийствам. Он проехался по району, где они обосновались. Место было неплохое — не настолько роскошное, как, вероятно, предпочел бы Ганнибал, но все же куда лучше всего, где Уилл когда-либо жил. Медленно объезжая очередной квартал, Уилл оказался, вероятно, в последнем месте, куда Ганнибал когда-либо добровольно ступил.       В круглосуточном Макдональдсе.       С табличкой о приеме на работу в окне.       — И что заставляет вас думать, что вы хорошо подойдете для индустрии быстрого питания, мистер...?       — Фелл. Уилл Фелл.       Менеджер добродушно рассмеялся.       — Уилл упал куда?       Уилл одарил его зловещим, пустым взглядом — прямым, жутким, не терпящим ерунды. Взглядом, в котором читалось обещание боли.       Менеджер неловко откашлялся и отвел глаза в сторону.       — Мистер Фелл. Пожалуйста, вернемся к первому вопросу.       — Вижу, вы вымотаны, — сказал Уилл. — Сотрудники недовольны вашим управлением и постоянно увольняются. Дома с партнером тоже нелегко. Вы задаетесь вопросом, стоит ли эта дыра того, чтобы оставаться прозябать в ней еще хоть месяц. И надеетесь, что я смогу облегчить вам жизнь — или хотя бы подать пример.       Он закинул ногу на ногу и подался вперед.       — Скажу честно: в этой сфере я не силен. Но я умею делать вещи проще. Могу начать хоть сегодня, если закроете глаза на формальности.       Менеджер все отчаяннее избегал взгляда Уилла, одновременно пытаясь как можно незаметнее отодвинуться. Голос Уилла ему не нравился — в нем было что-то тревожное, слишком спокойное. Но мысль о том, что этот человек способен приструнить остальных сотрудников, перевесила внутренние тревожные сигналы. Он решил их не слушать — если только это действительно упростит ему жизнь.       — Вы приняты. Добро пожаловать в Макдоналдс.       Уилл одарил менеджера кривой усмешкой, больше похожей на оскал.       Остальные сотрудники шептались о мужчине, рубившем лук на задней кухне. Его движения были безупречно точны и ровны, а скорость — такая, что никто даже не мечтал подражать. Но дело было не только в этом — в нем было что-то странное.       — Ты видела, как он просто стоит и смотрит в стену, пока режет? Это ненормально, — прошептала одна из поварих.       И действительно — мужчина смотрел прямо перед собой, не мигая, будто через стену. Его руки двигались без остановки, отточенно, почти машинально. Ритмичный стук ножа о разделочную доску звучал размеренно… и тревожно.       — Нет, но ты слышал, как он разговаривает сам с собой?       — Чего?! Господи, нет.       — Дичь полная.       Они повернули головы к новому сотруднику и пару секунд молча наблюдали, как он шепчет что-то себе под нос.       — Я режу лук так, как меня учили. Ни лишних движений, ни напрасных усилий. Ножи, правда, тупее, чем я привык, но приходится довольствоваться тем, что есть. Остальные овощи нарезаны безобразно — небрежно, без вдохновения. Все придется переделать. Но я не против. Ощущение ножа в руке мне знакомо. Оно успокаивает. Я скучал по той власти, которую он дает.       Мужчина закончил с последней луковицей, вытер нож полотенцем и аккуратно положил его на разделочную доску.       — Таков мой замысел, — произнес он.       Сотрудники переглянулись, широко распахнув глаза, и все, не сговариваясь, решили больше никогда об этом не говорить.       В течение следующей недели с менеджером произошло нечто странное — он просто не появился на работе. Его партнер позвонил, и спросил, не видели ли его, говоря, что он так и не вернулся домой. Никто в «Макдональдсе» его не видел после последней смены. Никто не знал, что с ним случилось и где он, но работа есть работа, и смены с обязанностями распределили между оставшимися сотрудниками и перепланировали.       Так Уилл оказался на кассе.       На второй кассе не было очереди.       Уилл работал за ней, глядя пустым взглядом на толпу людей, поедающих посредственную еду. Большинство казались порядочными, но всегда находились несколько таких, от чьего хамства Уиллу хотелось зубами скрипеть. Им повезло — между ними и ним стоял прилавок, так что максимум, что они получали, — это ледяной взгляд, почти скрытый под волосами.       Пока Уилл наблюдал за людьми, на парковку заехала знакомая ему машина. Он прищурился, когда из неё вышел аккуратно одетый мужчина в бордовом свитере, с явной неприязнью глядя на заведение. Когда мужчина подошёл ближе, Уилл еще сильнее сузил глаза.       — Давай, претенциозная задница. Войди в дверь и почувствуй запах ада быстрого питания, — прошептал он себе. Уилл послал Ганнибалу вызывающий взгляд, молча спрашивая, хватит ли ему духу открыть дверь. — Попробуй. Ты не продержишься и минуты.       Ганнибал, казалось, собрался с духом и потянулся к двери. То конкретное мгновение, когда запах старого жира и пережаренного мяса ударил ему в нос, можно было с точностью до миллисекунды определить по его исказившемуся лицу. Он отшатнулся, словно под силой удара невидимой силы, слегка закашлялся и сделал шаг назад, явно ошеломленный этим коротким опытом. Его глаза встретились с глазами Уилла и он, казалось, был готов упасть на колени и умолять его выйти на улицу. Впрочем, тогда он еще не настолько отчаялся.       Уилл скрестил руки на груди и победоносно усмехнулся. Он был в безопасности в своем фастфуд-замке. Признав поражение, Ганнибал сел обратно в машину и уехал.       В этот момент Уилл уже и не помнил, из-за чего они там вообще поссорились, но дразнить Ганнибала всегда было одним из его любимых развлечений.       Он задумался, как долго сможет продолжать это.       Однако оказалось, что работать на кассе — не его призвание. Может быть, он слишком осуждающе слушал каждый заказ, а, может быть, его резкий тон отпугивал посетителей. Люди часто меняли очередь, только чтобы не сталкиваться с ним.       В итоге Уилла перевели на уборку.       Посетители с любопытством наблюдали за мужчиной, который неустанно протирал одни и те же три квадрата плитки. Его взгляд был затуманен, мысли — где-то далеко. Казалось, он бормочет себе под нос бессмысленные слова о ручьях и рыбе.       Неподалеку устроилась семья с маленькой дочкой. Девочка болтала ногами и показывала на персонажей, нарисованных на стенах, донимая мать расспросами:       — А это кто? — спросила она.       Мама высыпала картошку фри из бумажного пакета.       — Это Рональд Макдональд.       — А это?       — А это Гримас.       Девочка перевела пальчик с большого фиолетового монстра на фигуру в черно-белой полосатой одежде.       — А это кто?       — Это Гамбурглер, — раздался голос с боку.       Испуганная, девочка подпрыгнула на месте и обернулась к источнику голоса. Он исходил от того самого сотрудника, который мел пол.       — Г-Гамбурглер? — пробормотала она, недоумевая.       Мужчина кивнул, подтверждая свои слова.       — Гамбурглер. Его очень трудно поймать, если он ускользнул. Никто точно не знает, зачем он это делает. Одни считают, что из-за зависимости. Другие — что это месть Макдональду, который когда-то посадил его. Но я думаю… — он перестал мыть пол, но продолжал смотреть на что-то, чего семья не могла видеть, — он мог бы остановиться в любой момент, если захотел бы. Он ворует бургеры просто потому, что может. Вот почему его так трудно поймать. Его поступки не продиктованы принуждением.       Он повернулся к девочке:       — Но именно так ты сможешь поймать его. Он думает, что каждый раз сможет оставаться безнаказанным. Соблазни его и вытащи наружу. Уверенность, что получил то, зачем пришел, сделает его слабым.       Родители испуганно моргнули и быстро, но методично принялись собирать еду и пересели на другую сторону ресторана.       Уилл посмотрел на рисунок Гамбурглера, а затем вновь на ведро с водой. Вода была мутной.       Настоящий талант Уилла проявился, когда его перевели на окно выдачи. Ни один клиент не видел его лица до завершения транзакции. Общение было минимальным. Руководство уже не знало, куда его пристроить, а уволить не могли — он, похоже, пугал других сотрудников и заставлял их работать слаженно. Но окно выдачи оказалось идеальным местом для Уилла.       — Здравствуйте. Добро пожаловать в Макдоналдс. Могу я принять ваш заказ?       — Да, можно мне два двойных чизбургера, средний картофель фри и большую колу, пожалуйста?       Линия затрещала, когда Уилл повторил заказ.       — Правильно?       — Да.       — С вас $6.18. Пожалуйста, подъезжайте к последнему окну.       Уилл пробил тройной чизбургер, яблочный пирог и средний напиток. Это был седьмой заказ сегодня, который он изменил. Он знал, что он заказал два двойных чизбургера, но на самом деле хотел только один сэндвич. Уилл мог сказать наверняка, что картошка фри станет горьким сожалением, как только коснется его губ. Он заказал большой напиток только потому, что думал, что это дешевле, но забыл, что никогда его не допивает. Уилл лучше знал, что ему нужно.       Он взял карту у клиента у окна, обработал платеж и передал пакет с едой.       Он заглянул в пакет и нахмурился:       — Эй, это не то, что я заказывал.       — Нет. Это то, что вам нужно. Это ваш замысел.       Клиент уставился на Уилла, а тот будто не замечал его и медленно закрыл окно. Оба на мгновение замерли. Наконец, клиент растерянно нахмурился и уехал.       Позже вечером на сайте ресторана появилась рецензия:

"Очень странный сотрудник изменил мой заказ, но это оказалось именно тем, что я хотел до того, как сделал привычный заказ. Впервые не пожалел, что зашел в Макдональдс. Спасибо, странный чувак из окна выдачи. 5/5"

      — Здравствуйте. Добро пожаловать в Макдональдс. Что будете заказывать?       — Уилл, это абсурд. У тебя нет никаких причин работать в этом ужасном заведении.       Уилл рассеянно почесал подбородок. Он удивился, что Ганнибал собрал силы и добрался на окно выдачи только через неделю. Голос был приглушенным, а акцент почти был неразборчив через динамик.       — Думаю, мы можем прийти к разумному компромиссу в вопросе приготовления еды.       Уилл смутно вспомнил спор о том, что теперь он должен готовить рыбу, чтобы внести вклад в ужин, вместо того чтобы Ганнибал делал все сам. Он испытывал некоторое раздражение, пытаясь объяснить, что хотя ему нравится, когда о нем заботятся, он хочет равного партнерства с Ганнибалом во всем: готовке, принятии решений, убийствах… во всем.       — Пожалуйста, подъезжайте к последнему окну.       Уилл схватил бумажный пакет и бросил туда самую жирную картошку фри на случай разногласия. Машина подъехала к его окну, и он высунулся к Ганнибалу. Он заметил темные круги под глазами Ганнибала и распознал взгляд того, кто слишком мало спал прошлой ночью.       — Полноправное партнерство или ничего, Ганнибал.       — Уилл, это то, чего я всегда хотел. Однако заботиться о тебе — одно из моих величайших удовольствий. Ты ведь не отнимешь это у меня?       Раздраженно фыркнув, Уилл скривился.       — И ты думаешь, мне не доставило бы удовольствие заботиться о том, кого я люблю? Черт с тобой, Ганнибал. Ты не имеешь права оставлять это наслаждение только себе.       — Уилл… — его голос сорвался.       — О, и кое-что для тебя, — пробормотал Уилл, рывком доставая руку из бумажного пакета, и высовывая средний палец. — Вместо чаевых.       Окно с глухим щелчком заскользило вниз. Из-за стекла несколько раз раздалось его имя, прерываемое оглушительным сигналом машины. Похоже, Ганнибал задерживал людей, не давая им забрать еду.       Какая грубость.       В какой-то момент все перестали слышать хоть что-то от временно исполняющего обязанности заместителя менеджера, который заменял пропавшего управляющего. У него не было отпускных дней, он не говорил, что плохо себя чувствует. Остальные сотрудники выглядели напуганными и нервными из-за присутствия нового работника. Такого здесь раньше не происходило.       Он молча смотрел на гриль, переворачивая бургеры.       Никто не помнил, когда поставщики в последний раз привозили котлеты.       Иногда, когда в ресторане наступали редкие часы покоя, сотрудники, уже подготовившись к следующему наплыву клиентов, собирались у телевизора и перелистывали каналы. Уилл предпочитал быть занятым — либо спасая плохо нарезанные ингредиенты, либо приводя кухню в порядок. Привычка, которой у него не было до Ганнибала, и, к сожалению, от которой трудно было избавиться.       Он подметал пол, когда услышал, как телевизор над ним переключился на местные новости.       — ФБР не сообщает новых деталей по делу Долархайда. Агент ФБР Джек Кроуфорд отказывается отвечать на вопросы касательно самого дела или двух вовлеченных мужчин и их исчезновения. Известный убийца, доктор Ганнибал Лектер, и…       Телевизор внезапно погас и перестал реагировать. Несколько сотрудников пытались тыкать все кнопки на пульте, но это ни к чему не привело. Уилл сунул в карман острые кухонные ножницы, которыми перерезал шнур питания. Никто не осмелился спросить, можно ли купить новый телевизор или починить этот. В основном потому, что пришлось бы спрашивать у Уилла.       Он продолжил подметать пол, а остальные сотрудники, немного встревоженные и сбитые с толку, вернулись к работе.       Уилла быстро повысили до менеджера. Он не хотел быть главным, но, в который раз, — он оказался единственным, кто мог запугать этих людей настолько, чтобы заставить работать. Ему надоела фастфудная еда, даже после того как он ее улучшил; устал он и от сна в машине или дешевом мотеле рядом. Хотя он вряд ли признался бы в этом, Уилл скучал по Ганнибалу. И очень скоро наказание Ганнибала стало вредить и ему самому.       Он как раз пытался обучить нового сотрудника, когда сам Ганнибал вошел в ресторан. Все еще заметно раздраженный запахом и атмосферой, он, тем не менее, уверенно направился к прилавку.       Уилл быстро оттолкнул стажера в сторону:       — Добро пожаловать в Макдональдс. Что будете заказывать?       — Уилл.       Он оторвал взгляд от кассы и поднял его на Ганнибала, но промолчал.       Ганнибал выглядел хуже, чем пять дней назад, когда появился на окне выдачи. Темные круги под глазами стали глубже, волосы были растреппанными и бесконечно далекими от прилизанного совершенства. Он казался печальным — а, поскольку это был Ганнибал, король микровыражений, смотреть на это было почти невыносимо.       — Уильям… — в его голосе вновь была немая мольба.       — Да?       — Вернись домой.       Уилл наклонился через прилавок:       — Позволишь ли ты мне заботиться о тебе так, как ты заботишься обо мне?       — Да. Партнеры во всем, равные во всем.       Уилл усмехнулся. Он сорвал бейдж и бросил гарнитуру стажеру:       — Тогда, доктор, думаю, мы пришли к соглашению.       Он повернулся к остальным сотрудникам и крикнул:       — Я увольняюсь!       Чьи-то аплодисменты и радостное улюлюканье смешались с тихим ужасом на лицах других.       Лицо Ганнибала смягчилось, когда Уилл обошел прилавок и, протянув руку, погладил его по щеке. Он поцеловал тонкие губы и прижался лоб ко лбу Ганнибала.       — Пойдем домой. Я целый месяц нормально не ел.       Ганнибал вдохнул его запах и тихо фыркнул.       — Но прежде всего тебе придется принять душ. Ты ужасно пахнешь.       Уилл рассмеялся, переплел пальцы с пальцами Ганнибала и повел их прочь из Макдональдса.