Колесо обозрения

Резкий толчок. Они оба дернулись от небольшой тряски и испуга. -Что за…? Аттракцион только что…остановился?-недоумевающи проговорил Дже Гён. Он как можно быстрее выглянул в окно. Вокруг разливался фиолетово-розовый закат, и небольшие облака неспешно плыли по небу, но Дже Гён обратил свое внимание не на это. Было высоко. Было очень высоко. От ног, в голову, сразу отлила кровь, в глазах стало темнеть, а дыхание учащаться. Кто же знал, что непобедимый император ринга боится высоты? Вот и сам Дже Гён не знал такого факта о себе. Когда он наконец-то смог выбраться с нищеты с помощью своих стараний, господин Дже Гён переехал на самый верхний этаж пентхауса, от куда открывался вид на весь Сеул. Эта высота его никогда не пугала, наоборот, он любил этот вид, ведь когда он наблюдал за людьми снизу, в нем просыпалась чувство превосходства, в котором он так отчаянно нуждался. Но сейчас, тот самый бесподобный и беспощадный зверь внутри Дже Гёна трусливо поджал свой хвост, и выл, всем своим видом показывая, как он требует помощи от напротив сидящего парня. В каком то смысле это было достаточно иронично, ведь с самого начала «свидания» Дже Гёна и Ким Дана, первый был уверен, что его миленький партнер будет жалобно жаться к нему поближе, трясясь от страха. Но оказалось, эту роль прискорбно взял Дже Гён. Наконец Ким Дан отошел от шока, и посмотрел на господина. Его вид совсем не успокоил Ким Дана, поэтому Ким Дан сам решил успокоить этого беднягу. -Господин, все хорошо? На вас лица нет…-последнюю фразу он проговорил тише. Дже Гён обратил взаимный взгляд на него, полный беспокойства, и даже скорее, самой настоящей паники. Но ведь Ким Дан не идиот. Он сразу понял, что его сосед по несчастной кабинке, на несчастном колесе обозрения, несчастно испытывает тревогу. Ким Дан аккуратно встал, чтобы ненароком не раскачать кабинку, и не ужаснуть еще и этим Дже Гёна, пересел на другую сторону. Теперь они оба сидели близко. Очень близко. Мягкая рука Ким Дана, прикоснулась к напротив, напряженной от стресса руке Дже Гёна. -Господин, прошу, успокойтесь. Ничего страшного не происходит, наша кабинка не падает, колесо не разваливается. Наверное, небольшая проблема с электричеством, но я уверен, что с этим быстро разберутся.-уверенно, но вместе с тем, нежно говорит Ким Дан. Он не отводил своих глаз от глаз Дже Гёна, пытаясь передать свою уверенность ему, хотя этой уверенности и в самом Ким Дане было мало. Но это помогло. Пелена страха спала с Дже Гёна, его разум прояснился, ведь Ким Дан прав. Ничего страшного и правда не происходило. -Чёртовы аттракционы…как их вообще допустили к запуску, если работники даже не в состоянии проследить за работой электричества…-проговорил Дже Гён. Он продолжал бубнить ругательства себе под нос, но Ким Дан их уже не слышал. Русоволосый нежно улыбался, видя, что его небольшая поддержка все таки сработала. Тот самый, вечно хмурый и недовольный Дже Гён вернулся, а это значит, что все в порядке. Но от грозного, черноволосого парня, улыбка его возлюбленного не прошла не замеченной. Он замолчал и просто смотрел на парня перед собой. -Ох…п-простите…-сказал Ким Дан. Он уже начал убирать свою руку от чужой, но не успел. Дже Гён перехватил его, и с немыслимой скоростью, которая и правда принадлежит только спортсменам, пересадил его на свои колени. Цепкие руки захватили Ким Дана в объятия, и голова Дже Гёна опустилась на его плечо. -Господин?…-очень тихо проговорил Ким Дан, чтобы не спугнуть боксера. -Пожалуйста, давай посидим так, кажется мне все еще тревожно. -К-конечно, хорошо… Ким Дан искренне хотел помочь, поэтому он не сопротивлялся. Его аккуратные руки обвили спину Дже Гёна, хотя сделать это все равно до конца не могли, из-за габаритов накаченного спортсмена. Ким Дан прижался к нему всем своим телом, стараясь отдать свое тепло и успокоить Дже Гёна до конца. К сожалению, а может и к счастью, Ким Дан даже и не подозревал о хитрости своего господина. Ведь тот уже совсем не испытывал ужаса, а лишь притворялся, чтобы иметь причину так близко прижиматься к Ким Дану. Дже Гён ухмылялся своей смекалке, и благодарил судьбу за предоставленные минуты с его любовью-физиотерапевтом. Так они и просидели до включения колеса обозрения, думая о своем. Ким Дан искренне тревожился за состояние Дже Гёна, а Дже Гён искренне наслаждался близостью с Ким Даном. И только те самые облака наблюдали за зарождением, как казалось, потухшей любви.