Хроники ЛЕГЕНД

***

      Он узнал где находится Цунаде. Расплывчато, по некоторым сводкам, использовав свои навыки и шарм, но узнал. Танзаку. Именно туда они с Наруто собирались выдвигаться. Пацан быстро продвигается по этапам изучения Рассенгана. Но именно на последнем этапе им приходится идти дальше. Танзаку встретил их запахом азарта, который Джирайя учуял бы за версту. Наруто выглядел вымотанным, но стоило им услышать новости о разрушенном замке, как усталость сменилась тревогой. — Змея? — Джирайя прищурился, слушая лепет перепуганного торговца.       Внутри всё похолодело. В мире шиноби не так много людей, чей визит оставляет после себя руины и шлейф змеиного яда. Орочимару. Значит, он уже здесь. Значит, он нашел её первым. Они обыскали развалины, но нашли лишь битый камень и пыль. — И что теперь делать? — поинтересовался Наруто. — Искать дальше. Бегом!       Узумаки начал ворчать. Зачем он здесь, если мог остаться в Конохе и тренироваться? Ах да... Сам напросился, теперь надо терпеть выходки этого невозможного извращенца. Если женщине, которую они ищут столько же лет как и отшельнику, то насколько старой она должна выглядеть? Хотя по саннину не скажешь что он старый. — Какого ты там стоишь!? Я же сказал... — Да иду я! Что ты пристал!? Не терпится потра... Ай! — Наруто прилетела нехилая такая плюха. — Мал ещё, чтобы о таком говорить старшим. Пошевеливайся. — Чтоб тебя... — едва слышно пробормотал Наруто, потирая место удара.

***

      Вечером, энтузиазм блондина окончательно разбился о многочасовой марафон по пыльным улицам, и он плелся следом за Джирайей, громко сопя. — Извращённый-отшельник, если мы сейчас же не поедим, я начну жевать свои пальцы! — взвыл Узумаки, останавливаясь посреди улицы. — Мы обошли всё! А если её здесь нет и никогда не было? — Не думаю что люди будут врать, про человека который должен им целое состояние, — пройдя ещё пару метров, мужчина остановился у одного из многочисленных баров. — Давай сюда. Поспрашиваем и, может быть, поедим. — Кабак!? Меня не выпустят. — Заткнись.       Саннин не обращая внимания на недовольство Узумаки, двинулся внутрь. Парень последовал за ним и сразу сморщится - воняло табаком и алкашкой. Джирайя дальше не пошёл. Остановился, внимательно разглядывая помещение. Нашёл. В дальнем углу, с не очень привычными для него хвостиками, накидкой и Шизуне. — Чего застыл? — буркнул Наруто, чуть не ударившись старшему в спину. — Пошли.       Блондин недовольно цокнул, бессильно свесил руки и еле-еле двинулся следом. — Вечер добрый, — кивнул Джирайя, садясь на свободное место напротив Сенджу. Шизуне тут же вздрогнула, сжав Тон-Тон в руках. — Занято, — кинула Цунаде, перетасовывая карты. — Угу, сделаем вид что я тебе поверил, — насмешливо ответил Джирайя.       Цунаде наконец подняла взгляд. Она не видела его несколько лет, но Джирайя почти не изменился - всё тот же нестандартный протектор, грива белых волос и взгляд, который читал её как открытую книгу. Это раздражало сильнее всего. — Притащил с собой хвост? — она кивнула на Наруто, который с открытым ртом переводил взгляд с "бабули" на отшельника. — Это Наруто. И он очень хочет есть, так что, Шизуне, будь добра, закажи парню двойной рамен, — Джирайя по-хозяйски облокотился на стол. — А нам саке. Я оплачу.       Цунаде хмыкнула, положив колоду на центр стола. — Богатый? — Я тут не для того чтобы обсуждать своё материальное положение. У меня есть предложение... — В тот гадюшник я не вернусь. Даже если Хирузен сам напишет приглашения золотом. — Не напишет. Он мёртв, — неудачно подобран момент, Джирайя. Цунаде чуть не поперхнулась, а Шизуне едва не уронила свинью. Повисла тишина. — Помог ему наш общий знакомый, который недавно успел наделать шуму и тут.       Цунаде сдала губы, вспомнив про предложение Орочимару. Вот что случилось с его руками... — Что ты от меня хочешь? — Вернись и прими пост Хокаге, — снова неудачно подобранный момент, Джирайя. Теперь закашлялся Наруто, у которого чуть лапша носом не пошла. — Что, что!? Эта бабка - Хокаге!? — Помолчи. — Ты предлагаешь мне, — подала голос Цунаде, осознав сказанное. — занять место, за которое могул сожрать или заставить умереть ради кучки неадекватов? Как их там, Хомура и Кохару? Данзо? Они меня доведут до состояния нестояния. — Цунаде, Коноха - это не только кучка маразматиков. Это люди. Те, ради кого твой дед строил стены и историю, — Джирайя знал, на какие рычаги давить. Но это только начало. — Я сказала нет. Точка. Я не хочу туда возвращаться. Шизуне, пошли, — женщина резко поднялась, а затем обратилась к старому другу: — Ты обещал оплатить - пожалуйста, твой выход.       Женщины скрылись на улице. Наруто моргал, не понимая что произошло. — Ешь, Наруто, — буднично сказал саннин, делая глоток саке. Через пару минут, на его губах заиграла довольная улыбка. — Нам ещё доставлять Пятую Хокаге в деревню.

***

      Сидя у себя в номере, раздумывая о сегодняшнем дне, Цунаде пыталась не расплакаться. Шанс увидеть воскрешенных брата и возлюбленного был мал, но не равнялся нулю. Но предложение поступило от человека который помешан на экспериментах. Орочимару, со своим учеником? Помощником? Очередным экспериментом? Дал выбор, где сложно выбирать.       Вроде это ей не надо, но хочется попробовать. Она не видела их более тридцати лет. Да они будут не живые, да это кощунство над их душами, но она хотела их увидеть.       Верить или нет?       Вопрос ребром. Выберешь одно, не факт что сбудется желание и обещание змеюки. Выберешь второе - получишь что похуже простых слов.       Ещё и Джирайя со своим мальчишкой. Уж больно пацан напоминал Четвёртого, да и чакра у него необычная. Кому сдался пост Хокаге? Если только ты ребёнок, или жёсткий патриот, который верит в свои дипломатические и политические навыки.       Вдруг в дверь постучали. Шизуне? — Как ты... Что ты тут..? — Можно? — Джирайя показал пару бутылок в руке. — Если я скажу нет, ничего же не изменится. — И то правда.       Цунаде отошла от двери, пропуская его внутрь. Комната была погружена в полумрак, освещаемая лишь луной и тусклым фонарем с улицы. Она села на футон, подтянув одно колено к груди, и наблюдала, как Джирайя по-хозяйски устраивается напротив, расставляя бутылки.       Пили в тишине. Сенджу смотрела на бывшего напарника и видела в нём отражение их общей юности. Тех времён, когда всё было проще, когда Орочимару не был чудовищем, а мир не казался таким серым. — Он пообещал мне их вернуть, — вдруг тихо сказала она, глядя в пол. — Ты же знаешь, что это ложь. Он не вернет их, Цунаде. Он вернет лишь тени. Это не будет любовью. Это будет осквернением. — А что предлагаешь ты? — она резко вскинула голову. — Службу деревне, которая забирает всё, что тебе дорого? Титул, который даёт максимум портрет на скале? Что!?       Джирайя не ответил сразу. Он медленно допил своё и, прежде чем она успела среагировать, накрыл её руку своей. — Я предлагаю тебе не титул. Я предлагаю тебе шанс сделать так, чтобы у других жителей в Конохе не забирали их близких. И... — он сделал паузу, его голос чуть дрогнул. — Я обещаю, что на этот раз ты не будешь одна. Я помогу. Ты справишься. — Я уже говорила, но повторюсь - нет! — женщина резко вырвала руку. — Точка. Никакого продолжения этого цирка. Всё! Моя история в том гадюшнике закончена уже давно! — Хорошо. Не хочешь так, пойдём стандартным способом... — пробормотал мужчина. — Поставим запятую? Пари. — Что? — Давай заключим пари? — женщина опешила. — Поставим на то, во что ты давно перестала верить. На будущее. Наруто - шумный, невоспитанный и, абсолютно безнадежный. Он учит технику Четвёртого. Рассенган. — И что с того? — фыркнула блондинка. — Это техника высшего ранга. Этот мальчишка... он едва контролирует собственную чакру. Ощущается аж с улицы. Я то думала, что за монстр к бару подошёл... — Если за три дня засранец освоит Рассенган - ты возвращаешься в Коноху и надеваешь шляпу.       Цунаде замерла. Логика подсказывала ей, что это невозможно. Она сама была мастером контроля чакры и знала, насколько сложна техника. Блондин, который не может даже усидеть на месте, будет играть против времени? — А если не выучит? — Тогда я заберу его и уйду. Больше никогда не побеспокою тебя просьбами о возвращении. Ты получишь свою свободу... если, конечно, это то, чего ты действительно хочешь.       Цунаде молчала долго. Посматривала на Джирайю и видела, что тот вроде уверен. Но он может обманывать. Она это знает точно. — По рукам, — отрезала Сенджу.

***

      Два дней пролетели как в лихорадке. На третий, когда солнце уже начало клониться к закату, Джирайя заглянул к ней в номер. Снова. На лице светилась улыбка, но она была лишь маской. Наруто нужно ещё пару дней, но увы таких нет. Завтра они разойдутся и больше не увидятся. Хочется наверстать хотя бы те годы, которые они провели порознь. — Чего тебе? — не очень приветливо бросила Цунаде, не впуская его внутрь. — Да так. Пришёл к подруге, выпить как в старые добрые... — Тебе не кажется что это слишком? Ты каждый день сюда ходишь и, непонятно на что рассчитываешь. В алкоголики записался? — Я нет, а вот ты... — мужчина осёкся. — Нам нужно расслабится. Ну же, принцесса.       Давнее прозвище резануло слух. Чуть помявшись на пороге, она отступила, пропуская Джирайю внутрь.       Они снова расположились на одиноком футоне, плечом к плечу. Ни закуски, ни разговоров, просто пьют. За эти дни они наговорились на пять лет вперёд. Опускали важные темы, типа пост Хокаге или возвращение в деревню. Обсудили Наруто, Цунаде удостоверилась что не зря мальчик похож на Четвёртого Хокаге, а также получила подтверждение что Узумаки - джинчурики девятихвостого. — Никогда бы не подумал, что снова будем вот так сидеть. Хотелось бы не тут, но желания же не всегда сбываются полностью... — Ты как всегда много фантазируешь. Даже будучи старым. — А что остаётся делать, если постоянно находился в мире, где всё что тебе дорого исчезает?       Сенджу повернула голову в его сторону. Он сидел буквально в паре сантиметров. Разговор начал идти в понятном направлении. Это надо останавливать, ибо уйти отсюда чтобы он не увидел будет сложно.       Цунаде наклонилась чуть вперёд, дотрагиваясь кончиками пальцев левой руки к мужскому подбородку. Саннин замер. На челюсть надавили чужие пальцы, поворачивался голову влево. Медовые глаза скользнули вниз, и женщина, не раздумывая, впилась в губы.       Джирайю накрыла волна непонимания. Всё что он смог сделать, это положить руку ей на плечо. Каким образом они дошли до этого? Сенджу целует его сама. Никаких намёков на что-то подобное не было и близко. С чего вдруг?       Мужчина попробовал отстраниться, надеясь что это поможет понять намерения Цунаде. Глаза закрыла, не давая увидеть что творится внутри неё. Отстраниться не получилось, ведь женщина прижалась к его губам сильнее и зажмурилась так, что начали появляться белые пятна. Она не хотела его передавать, но другого выхода нет. Она пожалеет об этом, но позже...       Пальцы на её плече дрогнули, что стало своеобразным сигналом. Сенджу чуть отстранилась. — Цунаде... — пробормотал мужчина, пытаясь прийти в себя. Движения внезапно стали вязкими. — Что за... — Тс-с, — блондинка прикоснулась лбом к его лбу и поддерживала его голову, чтобы он не рухнул на пол. — Просто спи. Тебе нужно отдохнуть.       Жабий мудрец попытался что-то сказать, пальцы судорожно сжали её тунику, но воля окончательно покинула тело. С тихим вздохом Джирайя обмяк на руках. Аккуратно опустив мужчину на футон, она предложила ему под голову подушку и несколько минут просто сидела рядом, глядя на безмятежное выражение лица. Все маски были сброшены. Карты раскрыты. Она его предала. Точка.       Цунаде протянула руки, развязав повязку и оставив её рядом, коснулась белых волос, убирая непослушную прядь со лба. — Дурак ты, Джирайя, — едва слышно прошептала женщина в пустоту комнаты. — Веришь в мальчишку, веришь в меня... Даже когда я сама в себя не верю.       Она наклонилась, зная, что никто не услышит, и тихий шепот растворился в ночи: — Прости меня. Я должна закончить это сама, — после, оставила лёгкий поцелуй на лбу и ушла не оборачиваясь.

***

      Вокруг них были почти руины. Место, ставшее полем боя, сейчас напоминало лишь о трусливом побеге Орочимару, едва не погибшем Узумаки и о победившей свою фобию Цунаде. Она, Джирайи и Шизуне стояли над лежащим Наруто. Он дышал, у него билось сердце. Он победил, не зная о заключённом пари. На его шее висело ожерелье Первого Хокаге.       Медленно молодая внешность Сенджу начала сходить меняясь обликом соответствующем её возрасту. Ну может чуть похуже, из-за истощения. — Хорошо что он спит. А то рот бы не закрывался, — с грустью в голосе проговорила Цунаде.       Джирайя молчал и просто смотрел. Осунувшуюся, постаревшую на глазах, с дрожащими руками, которые вытащили Наруто с того света. Поначалу он злился, как только очнулся после "подарка" подруги. Злился когда она сама хотела победить Орочимару. Но не злиться сейчас. Не мог. Слишком любит, слишком дорожит, чтобы злится по таким пустякам... — Красивая... — незаметно для себя пробормотал саннин. Шизуне кинула на него взгляд, но промолчала, заметив куда он смотрел. — Что ты там бормочешь? — Ничего. Давайте в гостиницу? А завтра вернёмся в Коноху.       Цунаде просто кивнула надевая на себя накидку. М-да... Нужно постирать. Джирайя подхватил Наруто, а Шизуне взяла Тон-Тон. В каком же шоке была девушка-администратор, когда в гостиницу зашли те же лица, которые неделю тут перебывали и судя по всему сегодня должны были уйти.       Джирайя, вопреки своему обычному ворчанию о пустых карманах, которые к слову такими небыли, не глядя дал деньги за три номера до завтрашнего обеда. Им всем нужно было время, чтобы прийти в себя, прежде чем пройти через ворота Конохи.       Наруто уложили в одной из комнат, которые Джирайя снял для себя и него. Мальчишка спал без задних ног. Шизуне, чьи руки всё еще немного подрагивали, принялась за привычное дело: обрабатывали ссадины Узумаки, перебинтовывая ладони, которые пострадали от чакры.       Цунаде, едва добравшись до своего номера, закрыла дверь и бессильно плюхнулась на футон. Силы покинули окончательно. Техника которую она применила, чтобы спасти Наруто и выстоять против Орочимару высосала из неё всё.       Облик вечно молодой и властной женщины рассыпался. Теперь, в комнате находилась лишь измождённая женщина с седыми прядями и глубокими морщинами. Она смотрела на свои руки, которые совсем недавно были по локоть в крови и не узнавала их.       В дверь негромко постучали. Цунаде вздрогнула. — Шизуне, я в порядке. Иди отдыхай. — Я вроде не Шизуне, — раздался за дверью низкий голос.       Джирайя. Цунаде зажмурилась. Она меньше всего хотела, чтобы он видел её сейчас - слабую, постаревшую, сломленную осознанием того, на что она пошла. — Уходи. Я не в духе. Мне не до твоих шуточек. — Ты заперла дверь, принцесса. Обычно это значит, что внутри происходит либо пьянка, либо ты переодеваешься либо что похуже. Поскольку запаха саке я не чувствую, а запасной одежды я у тебя не видел...       Послышался щелчок. Джирайя не стал ломиться силой, он просто использовал свои навыки. Дверь приоткрылась, и он вошёл, сразу же закрыв за собой. — Ты видел и ощущал что я сделала, — глухо произнесла женщина, не поворачиваясь к нему. — Я опоила тебя. Я пошла туда одна, готовая предать деревню ради теней. И я едва не дала убить ребёнка.       Джирайя подошёл ближе и медленно опустился на колено прямо перед ней. — Ты сделала то, что должна была. Ты сделала выбор в пользу будущего, Цунаде. Наруто жив и всё благодаря тебе. — Посмотри на меня! — она резко вскинула голову, и её голос сорвался. — Я старуха, которая цепляется за иллюзию молодости! Всё что я делаю это ставлю на кон и проигрываю! Какая из меня Хокаге?       Джирайя протянул руку осторожно взяв её ладонь в свою. — Я вижу перед собой женщину, которая напугала Орочимару до смерти. Я вижу легендарного медика. И я вижу ту, ради которой я готов возвращаться в Коноху, даже если это значит сидеть в скучной резиденции и ничего не делать.       Он придвинулся ближе и, игнорируя попытку отстраниться, обнял. Цунаде замерла. Тело, скованное усталостью и стыдом, внезапно обмякло. Она уткнулась лбом в его плечо. — Прости за... — Забудь. По крайней мере, был поцелуй, — мужчина почувствовал, слабый толчок и улыбнулся. Цунаде глубоко вздохнула, чувствуя, как чакра медленно начинает восстанавливаться, возвращая ей привычный облик. — Так что? Меняем точку на запятую? — Наверно... Выбора же у меня нет. — Выбор есть всегда и ты свой уже сделала. Завтра возвращаемся в Коноху. Тебе ещё предстоит инаугурация. А! Забыл сосем, там есть паренёк, даже два... Обоим помощь нужна. Всего диагноза я не знаю, могу сказать лишь что всё очень плохо. — Кто? — Учиха, ему от брата досталось... И Рок Ли - ученик Гая. На втором этапе экзамена на чуунина, ему попался бешеный джинчурики однохвостого. Там такое творилось, что словами не передать, — мужчина чуть изменил позу, усевшись на футон, согнув ноги в коленях и прижав женщину к себе боком. — Когда были финальные спарринги, на нас напали и тогда сенсей понял что Казекаге это Орочимару. Наруто сражался против джинчурики однохвостого и справился. Даже Гамабунту вызвал и сменил его облик на девятихвостого. — Бедная жаба. Он и так всегда недовольный. А тут ещё в лиса превратили... — Ну главное - он помог сегодня. Значит не обижается.       Они просидели так долго. Джирайя успел пойти за едой, и жайти к Шизуне и Наруто. Всем нужно отдохнуть и подкрепится.

***

      Коноха встретила их шумом восстановительных работ. В воздухе уже не было того парализующего страха, который сковал деревню после похорон Третьего. Появление Цунаде Сенджу пока не распространялось по деревне.       Наруто, который поначалу дулся и громче всех возмущался тем, что "эта вредная бабка" теперь будет командовать всеми шиноби, довольно быстро сменил гнев на милость. Однако для самой Цунаде спокойствие закончилось, не успев начаться.       Только саннины появились в резиденции, как старейшины зачитали список претензий. — Мы ждали вас неделю! Деревня была обезглавлена, а вы прохлаждались чёрт знает где! — начал было Хомура, поправляя очки. — Джирайя ты отказался от поста, предложив Цунаде, но судя по всему плохой из тебя шиноби раз ты так долго искал её.       Цунаде замерла переваривая сказанное. Ладони тут же сжались в кулаки. Что сделал Джирайя? Отшельник же, нацепив свою самую обезоруживающую и глупую улыбку, выставил ладони вперед: — Ну-ну, не кипятитесь. Цунаде-сама теперь с нами, так что все вопросы к ней. А у меня... э-э... Наруто ждёт!       Прежде чем Цунаде успела схватить его за шиворот, саннин растворился в облаке дыма, оставив её один на один с разъяренными стариками. Женщина глубоко вдохнула, чувствуя, как внутри начинает пульсировать знакомая ярость. Старейшины продолжали что-то монотонно вещать, но её мысли были далеко. — Довольно, — отрезала блондинка. — Я только что вошла в эту деревню. Если вы хотите, чтобы я надела шляпу, дайте мне сначала сделать то, в чем я действительно мастер. Всё остальное подождёт.       Не дожидаясь ответа, она развернулась и вышла, хлопнув дверью так, что штукатурка над косяком угрожающе треснула. Её ждала больница.       Госпиталь встретил её суетой и запахом антисептика. Шизуне едва поспевала за будущей Хокаге, прижимая к груди кипу медицинских карт, которые им успели всучить на входе. — Рок Ли. Где он? — бросила Сенджу, не оборачиваясь. — Палата 302, Цунаде-сама. Но врачи говорят, что шансов... — Мне плевать, что они говорят.       Она вошла в палату без стука. Мальчишка выглядел ужасно: хрупкий, бледный, прикованный к постели многочисленными трубками. У окна застыл Гай - его вечно сияющий энтузиазм сейчас казался выцветшим и безжизненным. — Цунаде-сама... — прошептал он, и в этом голосе было столько надежды, что Сенджу на мгновение захотелось сбежать обратно в Танзаку.       Она провела диагностику. Случай был почти безнадежным. Мелкие осколки костей впились в нервные окончания. Одно неверное движение, и парень навсегда останется инвалидом. Или умрет на операционном столе. — Пятьдесят на пятьдесят, — сухо произнесла женщина, глядя глаза Гая, наполненные слезами. — Или он рискнет и, возможно, снова станет шиноби, или проживет долгую жизнь, но не сможет поднять даже кунай.       Сенджу вышла из палаты, чувствуя, как на плечи давит груз, который гораздо тяжелее титула Хокаге.       Устроившись в одной из комнат в резиденции, Цунаде сопоставляла все возможности, искала разные методы. И так, на одной странице книги по медицине, появились цифры внушающие небольшую, но победу. Пятьдесят восемь процентов успеха.

***

      Утро инаугурации выдалось ясным и ветреным. Коноха гудела. Жители собрались у подножия резиденции, заполнив всю площадь. На крыше, скрытые от глаз толпы, старейшины поправляли свои церемониальные одежды, а чуть в стороне стоял Джирайя. По сжатым губам было понятно - он волнуется не меньше неё. При всём уважении к присутствующим, Цунаде очень хотела его удушить. Чертяка не появлялся в того момента, когда исчез в коридоре.       Цунаде посмотрела вниз. Тысячи лиц, тысячи жизней, за которые она теперь была в ответе. И среди них, в первом ряду, прыгал Наруто, размахивая руками, а рядом стояла Сакура и другие генины.       Сенджу глубоко выдохнула, расправила плечи и сделала шаг вперед, выходя на край парапета. Она медленно подняла красную шляпу с иероглифом "Огонь" и водрузила её на голову. В этот момент мир вокруг будто замер. — С сегодняшнего дня, я - Пятая Хокаге, буду защищать деревню и её жителей. Скрытый Лист обретает свою волю вновь. Мы пережили боль утраты, мы видели руины, но воля огня не гаснет, пока живы те, кто готов её нести. Я, Цунаде Сенджу, принимаю этот пост не ради власти, а ради будущего каждого ребёнка, стоящего на этой площади. Коноха будет стоять вечно!       Толпа взорвалась криками. Шквал аплодисментов и восторженных криков был настолько мощным, что, казалось, сама скала с ликами Хокаге содрогнулась. Цунаде ещё раз обвела взглядом толпу, чувствуя, как внутри разливается странное, давно забытое тепло. Она не была одна. За спиной стояли верные шиноби, а где-то в тени она кожей чувствовала присутствие того, кто вернул её сюда.       Спустя час, когда официальная часть была закончена, а старейшины, наконец, удалились, Цунаде вошла в святая святых - кабинет Хокаге. Массивный стол, заваленный отчётами, ждал своего нового хозяина. Она медленно сняла шляпу, положила её на край стола и подошла к окну, глядя на деревню. — Поздравляю. Я всегда знал, что ты рождена для того, чтобы командовать. — Заткнись, — беззлобно отозвалась Хокаге, поворачиваясь к Джирайе. — Ты отказался, сбросил всю ответственность на меня. Пятым должен был быть ты. Ещё и оставил меня с маразматиками! — Да брось ты, — мягко ответил мужчина, медленно сокращая расстояние между ними. — Мы оба знаем, что Конохе не нужен шпион и извращенец в кресле правителя. Деревне нужно сердце. Сильное, милосердное и, если честно, чертовски упрямое. Только ты можешь объединить этих людей. — Ты подставил меня, — она сделала шаг навстречу, останавливаясь так близко, что могла чувствовать его запах. — Теперь я прикована к этому столу. А ты... ты будешь путешествовать по миру? — Мои дороги всегда вели прочь отсюда... Но впервые мне не хочется уходить, — прошептал Джирайя, склоняясь к её лицу. — Я буду твоей тенью. Твоим шпионом. Твоим самым верным и самым невыносимым советником.       Цунаде почувствовала, как сердце пропустило удар. Саннин медленно протянул руку, коснувшись её щеки тыльной стороной ладони. Губы наконец соприкоснулись, это не было похоже на тот отчаянный поцелуй-прощание. Это было обещание быть рядом. Губы двигались уверенно, но с какой-то нехарактерной для Джирайи трепетностью. Цунаде ответила жадно, запустив пальцы в белую гриву, притягивая его лицо ближе и тут же почувствовала как её обнимают за талию. В момент Джирайя углубил поцелуй, и Цунаде почувствовала, как кружится голова. — Ну вот, — прохрипел саннин, чуть отстраняясь, — кажется, мы поставили запятую...       Цунаде не ответила словами. Вместо этого рванула его за воротник на себя. Продолжив поцелуй, мужчина подхватил Сенджу под бёдра, усаживая на край стола. Джирайя оторвался от губ лишь на мгновение, чтобы тут же зарыться лицом в изгиб шеи, обжигая кожу горячим дыханием. Цунаде запрокинула голову, из горла вырвался приглушенный стон, когда его зубы слегка прикусили плечо, а ладони скользнули под край туники. — Надеюсь сейчас, я не засну, — прерывисто шептал Джирайя между поцелуями, спускаясь ниже к ложбинке декольте. — Молчи, старый дурак... — выдохнула женщина, сжимая его плечи.       Идиллия разрушилась в один миг. Массивная дверь резиденции не просто открылась, она буквально влетела в помещение под натиском двух тел, чьи голоса напоминали скрип несмазанных телег. — Цунаде! Завтра встреча с феодалом, тебе... — парочка застыла посреди кабинета, уставившись на представшую перед ними картину. Нет, реакция тренированная в сложных условиях конечно спасла саннинов, но не до конца.       Джирайя и Цунаде стояли друг с другом, смотря на вошедших будто прятали труп в кабинете и их поймали с поличным. Оба помятые, красные, запыхавшиеся и перепуганные. — У вас всё в порядке? — Всё замечательно! — закивал Джирайя.       Кохару и Хомура переглянулись. Увидев помятый вид Хокаге, Кохару сказала ледяным тоном: — Мы зайдём через десять минут... И приведи себя в порядок, Цунаде, — после чего они ушли. В ту же секунду Цунаде с силой оттолкнула Джирайю, едва не опрокинув его вместе со стулом. Она судорожно принялась поправлять одежду, чувствуя, как лицо пылает. — Это всё ты! — прошипела женщина, пытаясь пригладить растрепавшиеся волосы. — Вот о чём они подумали!? И часа не прошло как я стала Хокаге, а уже вытворяю. — Да брось, — Джирайя, который уже успел принять свой привычный вид. — Пусть завидуют. В их возрасте на ТАКОЕ только смотреть... — Извращенец! — Цунаде запустила в него первой попавшейся под руку папкой. Джирайя ловко увернулся, и бумаги веером рассыпались по полу, прямо под ноги вошедшей Шизуне.       Цирк да и только. Зато они поставили запятую, которая поможет им в будущем.       В тот вечер в резиденции Хокаге свет горел до полуночи. Деревня Скрытого Листа засыпала, зная, что у неё есть новый защитник. А на крыше резиденции сидел мужчина, охраняя своего Хокаге.