Lust

Первые месяцы беременности прошли спокойно. Датч почти всё время находился рядом с Артуром — приобнимал его, гладил, трепал во волосам или касался ногой, когда они сидели рядом. Омега расцветал от близости своего альфы и стремился к ней — вынашивание его ребёнка укрепило их и без того сильную связь и сделало Артура особенно нуждающимся в прикосновениях. Когда живот стало уже невозможно скрыть, Датч сделал объявление — коротко, но уверенно и гордо. Учитывая, что они с Артуром и до этого не особо скрывались, члены банды не сильно удивились. Лишь некоторые поохали насчет слишком уж молодого возраста омеги, ведь Артуру было всего двадцать. С другой стороны, Датчу было тридцать шесть, и он повторял, что возьмёт воспитание ребёнка на себя. — Это будет мальчик, вот увидите, — повторял он. — Я точно знаю. Артур жмурился от удовольствия, стоило альфе запустить руку в его волосы или наклониться и коротко коснуться губами его шеи. Да что там — даже пристальный взгляд Датча, которым он окидывал омегу каждое утро с ног до головы, вызывал у него волну радости. Днём Артур плотно ел, грелся на солнышке, читал книги и учился ловить рыбу, а по вечерам лидер банды властно, но бережно его сношал: «Потому что тебе это необходимо. Вам обоим». Мика отошёл на второй план. Он тенью следовал за Артуром, жадно следил за ним, иногда робко предлагал помощь — принести воды, поправить одеяло, купить что-нибудь в городе… но не более того. Омега косился на него и хмурился, гадая, когда же затишью придёт конец. Может, тогда это вообще была одноразовая акция: Датч проверял границы Артура, на что омега был готов ради него? По голодному, обожествляющему взгляду Мики было понятно — он бы зажал омегу в ближайшем углу и трахал до потери сознания, если бы мог. Если бы решился. Датч же повисшее между Артуром и Микой напряжение игнорировал, в упор не замечал. У него были свои дела — заработать (читай — награбить) как можно больше денег к рождению «наследника». Чем больше становился живот омеги, тем сильнее лидер банды погружался в денежные вопросы. На пятом-шестом месяце Артур понял, что сильно изголодался по касаниям и теплу. Он сидел у костра и следил за лесом, откуда вот-вот должна была показаться телега с Датчем, Чарльзом и Дядюшкой. Их всё не было, значит, что-то пошло не по плану. Омега жалел, что не мог отправиться на дело вместе с ними, но лидер банды и слушать об этом не хотел. Датч перестал отпускать Артура даже в город за покупками, чтобы его не схватили и не выкрали враги, чтобы омега нечаянно не зацепился за корень дерева и не упал и т. д. Ему нельзя было пить пиво и другой алкоголь, не желательно было покидать лагерь… Единственное, что Датч не предусмотрел, — это смерть со скуки. Артур вслушивался, не раздастся ли скрип колёс или радостное улюлюканье из леса, но было по-прежнему тихо. Он неосознанно поглаживал живот, когда столкнулся с горящим взглядом Мики. Тот стоял неподалёку, прислонившись к дереву и скрестив руки, и неотрывно наблюдал за тем, как ладонь омеги рассеянно касается выступающего живота. Поморщившись — это была его стандартная реакция на Мику — Артур убрал руку с живота и отвернулся. Сидеть у костра перехотелось. Омега поднялся и неспешно зашагал к своей палатке. Его кровать по-прежнему оставалась отгорожена покрывалом, так что там он сможет скрыться от непристойного разглядывания Белла. Однако когда омега проходил мимо палатки Датча, кто-то ухватил его за руку и утянул внутрь. Артур не обманывал себя ни секунды — запах Датча он узнал бы сразу — и ощетинился: — Не трогай меня! Мика не обратил внимания на недовольное шипение омеги. Он перенёс руку на плечо Артура. — Датч сказал присмотреть за тобой в его отсутствие. — Я в порядке! — омега раздражённо повёл плечом и сделал шаг в сторону. — Не надо. Мика сделал шаг к омеге, оттеснял его к столу. — Всё хорошо, я не причиню тебе вреда, — успокаивающе сказал альфа, подняв вверх ладони. — Ты же знаешь, я бы никогда так не поступил. Коснувшись копчиком края стола, Артур перенёс на него часть веса в попытке отодвинуться от наступающего альфы дальше. — Я просто хочу убедиться, — Мика приблизился, осматривая Артура с ног до головы блестящими глазами. — Ну, знаешь… — Не знаю, — пересохшими губами выговорил Артур. Ему стало сильно не по себе. — Что с ним… с ребёнком всё в порядке, — Мика перевёл взгляд на большой, выпирающий из-под рубашки живот, а потом вдруг опустился перед Артуром на колени, приподнял ткань рубашки и прижался к натянутой коже живота щекой. Омега раскрыл глаза от удивления. — Ты такой молодец… — забормотал альфа. — Принял Датча, понёс с первого раза… Артур почувствовал, как Мика стал покрывать его живот поцелуями, и поморщился. — Стал таким большим, тяжёлым, и будто светишься изнутри… — альфа влажно и горячо прошёлся языком по коже и измученно застонал. — Хочу тебя, хочу тебя с этим животом прямо сейчас. Артур нахмурился и попытался оттолкнуть Мику от себя, но альфа был сильнее. Он бережно усадил омегу на стол, а потом ловко расстегнул ремень и снял с Артура штаны. — Давай, я помогу, — с этими словами Мика аккуратно развёл тонкие ноги омеги в стороны, нежно проводя ладонями по чувствительной коже. — Мика, прошу, не надо, — попросил Артур. Он лёг спиной на стол, но придерживал крупный живот рукой. — Не сейчас, не в палатке Датча… — Вот так, потрогай его, да, — зашептал альфа, пожирая его горящими глазами. — Какой он большой и тугой… погладь ещё… Омега напрягся, когда Белл приложил к его животу ладонь с другой стороны. — Ты восьмое чудо света, Мор… Артур, — тёплая ладонь альфы скользнула с живота вниз; он стал поглаживать мягкую внутреннюю сторону бедра. По телу Артура пробежала сладкая дрожь, напоминая, что Датч в последние дни был слишком погружён в свои дела и почти о нём забыл. — Ты раньше постоянно надо мной издевался, — выплюнул омега, приподняв голову. Это был его последний шанс к отступлению. — Говорил, я безмозглая шавка Датча. Мика прикусил губу: шавка оказалась щеночком! Да ещё каким… — Я уже тысячу раз просил прощения, — пробормотал альфа, касаясь пальцами влажного колечка мышц. Мысль о том, что Артур потёк рядом с ним, — от него! — сводила с ума. — Ни разу! — возразил Артур, чувствуя, как Мика касается его в самом уязвимом месте. — Я ошибался… и теперь расплачиваюсь за это твоим отношением ко мне. Омега полуфыркнул, полувсхлипнул, когда внутрь него по смазке аккуратно проскользнули два пальца. В отличие от Датча, Мика всегда был осторожен — может, это и был его способ просить прощения? Или дерзкий альфа в постели со всеми становился… таким? Полным обожания, будто ему предстоит возлежать с божеством. У божества, правда, нет выбора. — Ну, что ты хочешь, чтобы я сделал? — Мика медленно растягивал Артура. — Я не могу отпустить тебя. Больше не могу… — Я принадлежу Датчу! — Пока носишь его ребёнка, да, — Мика задел ту самую точку, и Артур вздрогнул. — Но он тебя пока не пометил… Омега напрягся и попытался сжаться, вытолкнуть из себя чужие пальцы, но альфа пощекотал его внутреннюю часть бедра, заставив раскрыться ещё шире в попытке уйти от прикосновения. А ведь и правда. Датч часто вылизывал, целовал, царапая щетиной, и прикусывал шею Артура, но так и не поставил ему брачную метку. — Всему своё время, — успокоил его Мика, намеренно задевая простату. — У него есть план, у нас обоих… Артур некстати вспомнил жаркий шёпот лидера банды: «Только представь — однажды ты сможешь принять нас обоих». — Да, — выдохнул Мика, и омега понял, что тихонько застонал. — Представляй, как это будет… Артур почувствовал, как внутрь него по смазке медленно проталкивается головка, как её обхватывают тугие стенки. — Почти всё, — выдохнул Мика, медленно входя. — Артур… Ты когда-нибудь перестанешь быть таким узким? — альфа вошёл до конца в слабо сопротивляющееся тело. — Что, не смог убежать от меня? Поймал тебя, да? — он повёл бёдрами. Омега сдавленно застонал, чувствуя себя распятым. — Придётся принять член ненавистного альфы, — продолжил бормотать Мика, медленно выходя и снова входя внутрь. — А потом и всю-всю его сперму, так альфе будет спокойнее… — Грёбаный извращенец, — простонал Артур, сжимая ладони в кулаки. Он чувствовал, как кожа с приятной болью растягивается, пропуская Мику внутрь. В тишине было слышно лишь их прерывистое дыхание, едва уловимые влажные звуки и шелест ткожи о кожу. — И где ты таких слов нахватался? — спросил альфа, снова входя до конца. Артур слегка выгнулся, подавшись навстречу удовольствию. Если Датч вернётся и найдёт их в своей же палатке… — Я уже не маленький. — Конечно, не маленький, — Мика положил руку на выступающий живот омеги. Он слегка колыхался от медленных проникновений. — Юный, но не маленький… Мика продолжал гладить живот под плавные толчки. Он никуда не торопился, растягивал удовольствие, наслаждаясь беспомощностью распластавшегося перед ним омеги. Всё, как альфа мечтал: Артур был слишком беременный, чтобы сбежать. — Я думал, Датч поторопился, оплодотворив тебя… но посмотри на это, — Мика огладил тугой живот, — Ты уже был готов, так хорошо всё принял… Скоро станешь мамочкой, а Датч — папочкой. А потом наступит мой черёд, и я оплодотворю тебя… — Никогда! — сквозь стоны отрезал Артур. — Ох, — Мика потянулся и положил ладонь на слегка набухшую грудь омеги. — Меня заводит твоё сопротивление, — он погладил розовый сосок, заставляя омегу задохнуться. — Станешь ли ты ласковее с моим ребёнком в себе? Будешь ли нуждаться во мне, как нуждаешься в Датче? Ходить за мной хвостиком… я никогда не откажу тебе… с члена моего не слезешь, всегда будешь полон моей спермы… Альфа стал толкаться внутрь чаще, не сводя горящего взгляда с зажмуренного раскрасневшегося лица омеги. — Ах, ах, беспомощная омега, — ласково пробормотал Мика, продолжая массировать грудь Артура. — С таким животом не побегаешь, да? Что ж, придётся потерпеть… — он продолжал толкаться внутрь, выбивая из Артура сдавленные стоны. — В тебе так хорошо… Я уже скоро. Можешь ненавидеть меня, Морган, но ты понесёшь от меня, как только сможешь. У нас будет ребёнок… И не один. Альфа слегка изменил угол проникновения и стал часто задевать ту самую точку. Артур забился, пытаясь вырваться, но Мика удерживал его на месте. — Давай, давай… кончай с моим членом внутри… хороший омега, — ласково бормотал он. — Я позабочусь о тебе, позабочусь… Артур громко застонал и вжался затылком в стол, плавая на грани острого удовольствия от происходящего. Вскоре он крупно вздрогнул и стал сокращаться на члене, продолжающем неумолимо растягивать и присваивать его. — Да, — выдохнул Мика, толкаясь всё чаще. Его рука продолжала массировать чувствительную грудь омеги. — Кончай, Морган. Я и сам скоро… Артур не мог больше сопротивляться. Он тонко вскрикнул и кончил под пристальным взглядом альфы. — Возьмись за живот, — сбивчиво приказал Мика, рвано толкаясь внутрь. — Другую руку положи сюда, на грудь… сожми её. Мх! — альфа застонал, когда Артур выполнил его просьбу. — Жду-не дождусь, когда смогу пить твое молоко… — Никогда!.. Мика криво усмехнулся, вошёл в Артура до конца и стал кончать, наглаживая живот омеги. — Вот так… всё внутрь, да, да… принимай мою сперму… однажды в этом прекрасном животе ты будешь растить моего ребёнка… Артур попытался отодвинуться, но он слишком устал и Мика без труда его удержал, продолжая накачивать своей спермой. — Всё, всё, — успокаивающе зашептал альфа. — Почти закончили, — он вжался в омегу и в последний раз выплеснулся в него. — Вот так, хорошо… Живот Артура, казалось, стал ещё больше. Наполненный Микой, омега почувствовал себя неповоротливее обычного, поэтому не спешил слезать со стола даже когда альфа с влажным звуком из него вышел. Артур обессилено лежал, восстанавливал дыхание, слушал довольное урчание Мики и чувствовал, как из него вытекает сперма вперемешку со смазкой. — Артур, мой мальчик, — голос Датча заставил омегу распахнуть глаза и попытаться подняться, но лидер банды лишь хрипло рассмеялся и, подойдя, ласково почесал его за ушком. — Стараниями мистера Белла у тебя пошло молоко…