AU/ Зимняя оттепель или Тепло ледяного принца

Лесная прохлада сменилась теплом дружеской близости, но в воздухе витало нечто большее, чем просто поддержка. Гермиона первой нарушила тишину, ее пальцы нежно коснулись запястья Гарри, будто проверяя, реально ли он здесь. — Мы не просто так тебя искали, — прошептала она, и в ее глазах мелькнул огонек азарта. — В библиотеке я нашла кое-что… странное. Рон нахмурился, но любопытство перевесило. — Опять какая-то древняя магия? — Не просто древняя, — Гермиона вытащила из кармана потрепанный свиток. — Это карта. Но не наша. Гарри взял пергамент, и в тот же миг по его коже пробежали мурашки. Чернила на карте мерцали, словно написанные лунным светом, а в центре было изображено озеро, которого он никогда не видел в Хогвартсе. — Ты думаешь, это… — начал Рон, но Гермиона перебила: — Да. И оно здесь, в Запретном лесу. Трио обменялось взглядами. Ветер шептал между деревьями, будто подталкивая их вперед. — Тогда чего мы ждем? — Гарри ухмыльнулся, и впервые за вечер его глаза загорелись прежним огнем. Они двинулись глубже в чащу, плечи соприкасались, а дыхание учащалось в унисон. Гермиона шла впереди, ее волосы пахли корицей и чем-то электрическим — как будто сама магия обволакивала ее. — Смотрите, — прошептал Рон, указывая на просвет между деревьями. Впереди, окутанное серебристым туманом, лежало озеро. Его воды переливались, как жидкое серебро, а на берегу стояла фигура в плаще. — Кто это? — сжала кулаки Гермиона. Но Гарри уже шагнул вперед, сердце колотилось в груди. Он чувствовал — это только начало. ------------------------------------------------------------------------------------------- Гарри замер, ощущая, как по спине пробежал холодок. — Не кто, — поправил он Гермиону, голос низкий, почти хриплый. — Что это. Фигура у озера не шевелилась, но плащ колыхался, будто его ткань была соткана из самого тумана. Рон нервно облизнул губы, пальцы сжали палочку так, что костяшки побелели. — Может, это… призрак? — прошептал он. — Призраки не мерцают, — отрезала Гермиона, но в ее тоне слышалось сомнение. Озеро вдруг вздыбилось, и вода отхлынула от берега, обнажая черный камень с высеченными рунами. Воздух затрепетал, наполнившись гулом, похожим на отдаленный звон колоколов. — Охренеть, — вырвалось у Рона. Гермиона шагнула вперед, но Гарри резко схватил ее за руку. — Не надо. Их взгляды встретились, и в этот момент что-то щелкнуло — не в ушах, а где-то внутри, будто замок повернулся в скрытой двери. — Ты чувствуешь? — прошептала Гермиона, и ее губы дрогнули. Гарри кивнул. Магия вилась вокруг них, густая, как мед, и такой же сладкой. Рон внезапно фыркнул. — Ладно, если это ловушка, я хотя бы умру с осознанием, что видел, как вы оба тупите, словно пойманные в Любовное Зелье. Гермиона покраснела, но не отпустила Гарри. А фигура у озера повернулась. Плащ упал, и под ним оказалась не тьма, а… — Девочка? — ахнул Рон. Но нет. Существо подняло голову, и в серебристых глазах вспыхнули звезды. — Хранители, — прошептало Оно. И лес вокруг них вздохнул. ---------------------------------------------------------------------------------------------- Гарри почувствовал, как его сердце замерло на мгновение. Девочка — нет, существо — смотрела на них, и в ее взгляде было что-то древнее, бесконечно мудрое и одновременно пугающее. Ее серебристые глаза светились, как два месяца, отражая звезды, которых не было видно сквозь кроны деревьев. — Хранители, — повторило Оно, и голос его был подобен шелесту листьев и журчанию воды одновременно. Гермиона вырвала руку из руки Гарри, но не для того, чтобы отступить, а чтобы шагнуть вперед. — Мы не знаем, кто вы, — начала она, голос дрожал лишь слегка, — но если вы говорите с нами, объясните. Рон схватил ее за плечо, пытаясь остановить, но она вырвалась. Существо медленно подняло руку, и пальцы его были тонкими, почти прозрачными. — Вы пришли, когда вас звали, — сказало Оно. — Никто нас не звал, — резко возразил Гарри, но вскоре понял, что это не так. Он вспомнил странный сон, который преследовал его последние недели — зов, тихий, но настойчивый, как эхо в пустой пещере. Существо улыбнулось, и в этой улыбке было что-то зловещее. — Время пришло, Хранители. Вода озера снова заклубилась, но теперь она поднялась выше, образуя стену. Рон отшатнулся, а Гарри почувствовал, как магия сгущается вокруг них, словно паутина, готовящаяся захватить добычу. Гермиона протянула руку к воде, и Гарри хотел остановить ее, но она коснулась поверхности. — Оно теплое, — прошептала она, и в ее голосе было изумление. Существо сделало шаг вперед, и земля под его ногами зацвела — там, где оно ступало, появлялись цветы, которых Гарри никогда не видел. — Вы призваны, чтобы пройти, — сказало Оно. — Пройти куда? — срывающимся голосом спросил Рон. Существо повернуло голову, и глаза его вспыхнули ярче. — Туда, где начинается конец. ------------------------------------------------------------------------------------------------ Гермиона сделала шаг ближе к поднимающейся стене воды, пальцы ее дрожали, но она не отводила руку. Вода обвивалась вокруг ее запястья, как живая, теплая и мягкая, словно шелк. Гарри почувствовал, как его кожа покрывается мурашками. Магия здесь была густой, тяжелой, как воздух перед грозой. Он сжал кулаки, готовый к любому повороту событий. — Ты слышал это, Гарри? — тихо спросила Гермиона, не отрывая взгляда от воды. — Слышал, — прошептал он в ответ, вспоминая тот зов, который преследовал его в снах. Рон стоял позади них, лицо его было бледным, а глаза широко раскрыты. — Это какая-то ловушка, — пробормотал он, но голос его дрожал. Существо снова шагнуло вперед, и земля под его ногами зацвела яркими красками. Цветы, которые оно оставляло за собой, были странными, их лепестки мерцали, как звездная пыль. — Вы призваны, чтобы пройти, — повторило Оно, и голос его звучал как ветер, несущийся сквозь древние леса. — Туда, где начинается конец, — прошептала Гермиона, повторяя слова существа. Гарри почувствовал, как сердце его заколотилось. Что-то внутри него тянуло вперед, как будто невидимая нить связывала его с этим местом. — Мы должны идти, — сказал он твердо, хотя внутри все кричало от страха. Гермиона кивнула, но в ее глазах читалась не сомнения, а решимость. — Вместе, — просто сказала она, и ее слова были словно обет. Рон вздохнул, но шагнул вперед, сжимая палочку в руке. Трое друзей шагнули к воде, и она словно расступилась перед ними, открывая проход. Внутри стены они увидели что-то, что не поддавалось описанию — свет, тьму, бесконечность и замкнутость одновременно. Гарри почувствовал, как рука Гермионы сжимает его, и он ответил на этот жест. — Мы пойдем вместе, — прошептал он, и они шагнули в неизвестность. Существо улыбнулось, и его серебристые глаза мерцали, как две луны в ночи. Вода сомкнулась за ними, и лес, который они оставили позади, исчез, как сон. -------------------------------------------------------------------------------------------- Тьма обняла их, как старый друг, но не давила — она дышала, жила. Воздух был густым, пропитанным ароматом чего-то древнего, словно они вдыхали саму историю. Под ногами не было земли, только мерцающая дымка, переливающаяся всеми оттенками ночи. — Здесь нет времени, — прошептала Гермиона, и ее голос разнесся эхом, будто она говорила в пустом соборе. Гарри почувствовал, как ее пальцы вплетаются в его, теплые и влажные от волнения. Он не отпустил. — И нет границ, — добавил Рон, касаясь стены из теней. Она поддалась, как вода, оставляя на его коже серебристые следы. Существо шло впереди, и с каждым его шагом пространство менялось: то стены сжимались в узкий коридор, то раскрывались в бескрайние залы с куполами из черного стекла. — Вы искали ответы, — сказало Оно, не оборачиваясь. — Но готовы ли вы к ним? Гермиона сжала кулаки. — Всегда. Тогда существо остановилось и повернулось. Его лицо было теперь человеческим — красивым, но с глазами, в которых мерцали целые галактики. — Тогда смотрите. Оно провело рукой по воздуху, и тьма расступилась, открывая зеркало, в котором отражались не их лица, а воспоминания. Но не те, что уже были — те, что только могли быть. Гарри увидел себя старше, с сединой у висков, но с тем же шрамом. Он стоял перед кем-то в плаще… и целовал его. — Это… — он отпрянул. — Возможности, — прошептало существо. — Или искушения. Гермиона потянулась к зеркалу, и ее отражение схватило ее за руку. — Выбор за вами. ---------------------------------------------------------------------------------------------- Тьма продолжила обнимать их, но теперь ее прикосновение стало тяжелее, будто она впитывала в себя каждый их страх, каждую сомнение. Воздух застыл, словно затаив дыхание, а зеркало продолжало мерцать, затягивая их в свои глубины. Гарри снова заглянул в отражение, но на этот раз лицо того, кого он целовал, было скрыто под капюшоном. Лишь черная ткань, неумолимая и безымянная, обвивала его шею. Он почувствовал холод на губах, как будто прикосновение смерти уже коснулось его. — Кто это? — спросил он, хотя знал ответ. Голос звучал чужим, будто его собственная душа пыталась убежать от истины. — Ты знаешь, — произнесло существо, и теперь его голос был мягок, как шелест крыльев мотылька. — Но ты не хочешь видеть. Гермиона протянула руку к зеркалу, но на этот раз ее отражение не коснулось ее. Вместо этого оно замерло, словно ожидая. В его глазах вспыхнули искры — то ли стыд, то ли страх. — Это мы, — прошептала она. — Но не мы, которые есть сейчас. Это то, что может быть. Или то, что уже было. Рон стоял рядом, его лицо бледное, а глаза широко раскрыты. Он потянулся к стене тьмы, и она вновь поддалась, но на этот раз его пальцы прошли сквозь нее, как будто ничего не было. — Мы мертвы, — сказал он, хотя не был уверен, произнес ли это вслух или просто подумал. Существо кивнуло, и его глаза, те самые, что мерцали галактиками, теперь казались глубже, чем сама бесконечность. — Вы всегда были мертвы, — прошептало оно. — Здесь вы просто вспоминаете. ---------------------------------------------------------------------------------------- Гарри почувствовал, как ткань капюшона скользнула по его коже, оставляя за собой след холода, который проникал глубоко внутрь. Его дыхание стало прерывистым, словно воздух вокруг него превратился в тягучий сироп, который приходилось вытягивать из пустоты. Он хотел отстраниться, но его тело не слушалось, будто прикованное невидимыми цепями. Гермиона стояла рядом, ее пальцы дрожали, но она не опускала руку. Ее отражение в зеркале медленно повернуло голову, и глаза— те же, но другие — встретились с ее взглядом. Они были пустыми, как страницы книги, с которой стерли все слова. — Мы… — начала она, но голос оборвался. — Не говори, — прервало ее существо. Его капюшон слегка наклонился, и Гарри почувствовал, как его губы снова коснулись холода. Это было похоже на поцелуй, но без тепла, без жизни. Только пустота, которая тянула его вниз, в бездну, где не было ничего, кроме тьмы. Рон сжал кулаки, его лицо исказилось от ярости. — Это неправда, — прошептал он, но его голос звучал неуверенно. — Мы живы. Мы здесь. Существо засмеялось, и звук его смеха был словно шелест листьев на ветру, но в нем слышалось что-то зловещее, почти злобное. — Вы никогда не были здесь, — сказало оно. — Вы были всегда там, где кончается свет. Гарри закрыл глаза, пытаясь отключиться от этого кошмара, но тьма была везде, даже за веками. Он чувствовал, как она ползет по его коже, как будто пытается найти вход. — Что ты хочешь? — спросил он, его голос дрожал, но в нем была искра сопротивления. Существо наклонилось ближе, и теперь Гарри почувствовал, как его дыхание, холодное, как лед, коснулось его щеки. — Я хочу тебя, — прошептало оно. — Весь твой страх, всю боль, всю любовь, которую ты когда-либо чувствовал. Я хочу все. Гермиона бросила на него взгляд, полный ужаса, но в ее глазах была и решимость. — Мы не дадим тебе его, — сказала она, и в ее голосе было что-то, что заставило тьму содрогнуться. ----------------------------------------------------------------------------------------------- Тьма сжалась вокруг них, как удав, выжидая момента, чтобы задушить окончательно. Гарри почувствовал, как холодное дыхание существа скользит по его шее, но вдруг — резкий толчок. Гермиона рванула его за руку, её пальцы впились в запястье, горячие, живые. — Беги! — её крик разорвал тягучий кошмар. Рон первым рванул вперёд, сбивая с ног невидимые преграды, будто прорываясь сквозь паутину. Гарри последовал за ним, чувствуя, как тьма цепляется за пятки, тянется, шипит. — Оно не отпустит! — прохрипел Рон, спотыкаясь о корни. — Оно не может выйти за пределы леса! — Гермиона метнула за спину заклинание, и вспышка света на мгновение ослепила тени. Деревья вокруг начали меняться — стволы вытягивались, ветви сплетались в арки, и вдруг перед ними мелькнул силуэт Хогвартса, окутанный туманом. — Почти… — Гарри выдохнул, но тут же почувствовал, как что-то обвивает его лодыжку. Холод. Липкий, неумолимый. Гермиона развернулась, её глаза горели. — Отпусти его! — её заклинание ударило в тьму, и та на секунду отступила. Рон схватил Гарри под руку, и они втроем рухнули на траву у самых ворот школы. Тьма за спиной взревела, но не смогла переступить черту. — Мы… мы сделали это? — прошептал Рон, вытирая кровь с разбитой губы. Гермиона не ответила. Она смотрела на лес, где между деревьев ещё шевелилась тень. — Оно запомнило нас. Гарри почувствовал, как по спине пробежал холодок. Но теперь это был просто ветер. Просто ночь. Просто начало чего-то нового.