Семь минут в раю — но Занка больше чем готов превратить их в семь минут в аду для такого мазохиста, как Джаббер.
А Джаббер? Что ж, он полон решимости уделить тому, что между ними есть, куда больше, чем жалкие семь минут.
В шкафу темно, тесно и пахнет старым вещами. Вечеринка снаружи не стихает, но дверь и висящая одежда приглушают хаотичный гул до терпимого уровня. Занке требуется несколько секунд, чтобы глаза привыкли к темноте. Первое, что он различает, — ярко-розовые радужки Джаббера. Тот уже смотрит на него. Это нервирует. Занка слегка меняет позу, скрещивает руки на груди, прислонившись спиной к стенке шкафа. «Ну что ж», — неловко начинает Занка. Он пытается не обращать внимания на стук собственного сердца (нет, оно не бьется чаще, иди ты) в ушах. «Ну что ж…» — подначивает Джаббер. — «Может, сразу перейдем к делу?» Занка моргает. «К чему?» «Ты же знаешь правила игры, да?» Занка не отвечает. «Хм-м-м?..» — Золотые браслеты на дредах Джаббера позвякивают, когда он наклоняется ближе. Занка почти чувствует исходящее от него тепло. Занка напряженно ждет, но Джаббер не делает больше ни движения, так что в конце концов он произносит: «Ты… не против?» «Ага, черт возьми». Глаза Занки расширяются. «Что?» «Что?» — передразнивает Джаббер. «Ты что, просто так… запросто целуешься со знакомыми?» «Чувак, я пытался подкатить к тебе еще со второго семестра», — говорит Джаббер. «Я не думал, что ты серьезно». «Что, безумный студент-химик не дотягивает до уровня столичного благовоспитанного паиньки?» Занка вздыхает. «Ты же знаешь, что я не это имел в виду». «Да, знаю». Улыбка Джаббера озорная, почти хищная. «Но я был совершенно серьёзен. И до сих пор не передумал». О ни смотрят, не отрывая взгляда друг от друга. «Так что…» - Джаббер повторяет вопрос. - «Можно я поцелую тебя?» Занка сокращает дистанцию, резко притягивает Джаббера к себе, сталкивая их лица в поцелуе. Джаббер издает довольный звук прямо в его губы. Поцелуй неряшливый, агрессивный, почти грубый, и Джаббер отвечает с энтузиазмом, обвивая руками шею Занки. Ладонь Занки скользит вниз по торсу Джаббера, ощупывая его тело сквозь мешковатую футболку, и он с удивлением обнаруживает, что талия у Джаббера гораздо уже, чем он ожидал. Такой… сексуальный… - шепчет голос в голове Занки. Он прикусывает губу Джаббера чуть грубее, чем планировал, и чувствует на языке вкус крови. «Черт, прости», - бормочет Занка. «М-м-м, мне нравится, когда больно», - ноет Джаббер. - «От этого у меня встаёт». Дыхание Занки застревает в горле, и он замирает. «Прости. Слишком откровенно?» «…Нет, - решает Занка. - Покажи». Впервые с тех пор, как они оказались в шкафу, Джаббер застигнут врасплох. Его рот в немом изумлении приоткрыт, а руки все еще обвивают плечи Занки. «Только не говори, что тебе стало стыдно», - прямо говорит Занка. «Я… нет, просто…» - Джаббер запинается. - «Ты хочешь увидеть… мой, э-э…» «Я хочу увидеть твой член, мистер Дредхед, - говорит Занка. - Ты сказал, что боль тебя заводит. Докажи». «…Только не смейся надо мной». «Я бы и не подумал», - без единой интонации отрезает Занка. Джаббер тихо ругается, поднимает рубашку над поясом джинсов, расстегивает ремень, и его пальцы ложатся на молнию. Он снова поднимает взгляд на Занку. Занка лишь молча приподнимает бровь. «Черт, ладно», - выдыхает Джаббер. Он расстегивает ширинку, и Занка видит его боксеры - и, черт возьми, он возбужден. Под тканью отчетливо вырисовывается твердая выпуклость. Джаббер смотрит куда угодно, только не на Занку. Он начинает тараторить: «Защищаясь, скажу, что вся эта ситуация будто прямиком из одного из моих снов, ну ты сам понимаешь каких, так что это не потому что ты кусался, просто...—» «Я ничего не сказал». Занка медленно проводит ладонью по оголенному животу Джаббера, погружая пальцы в расстегнутые джинсы. Его ладонь ложится на горячий, твердый член Джаббера - лишь тонкий слой мягкой ткани разделяет их. Он сжимает, и Джаббер вздрагивает. Джаббер по-прежнему одной рукой придерживает рубашку, а другой цепляется за предплечье Занки, сжимая его так, что пальцы белеют, но не делает ни малейшей попытки убрать его руку. Занка ухмыляется. «Так значит, я тебе снился?» «Я такого не говориии-и-и-и…» - голос Джаббера обрывается громким стоном, когда Занка резко прижимает основание ладони к головке его члена. Занка закрывает его рот второй рукой. «Тише. Ты это выдержишь. Я не хочу, чтобы кто-то ещё слышал твои сладкие стоны». Джаббер что-то невнятно бормочет сквозь его пальцы. «До чего мы доходили в твоих фантазиях?» - задумчиво спрашивает Занка. - «До поцелуев? Или, может, до минета?» Занка убирает руку ото рта Джаббера и проводит пальцами по линии его челюсти, поднимается к изгибам ушей, а затем вплетает пальцы в его волосы. Он сжимает горсть густых дредов и дёргает, заставляя Джаббера всхлипнуть. Он наклоняется ближе и шепчет на ухо Джабберу: «Мы трахались?» Бёдра Джаббера дёргаются вперёд, к его ладони, и он издаёт тихий сдавленный крик. «Хм, кажется, я теплюсь», - говорит Занка. - «Ты меня трахал?» Он опускает руку ниже, чтобы сжать его яйца. «Ах! Ты, нет-» «Нет?» Хватка Занки неумолима и мучительно крепка. Прекрасные розовые глаза Джаббера закатываются, и он начинает терять сознание, подавшись вперёд. Занка пристально наблюдает за его реакцией. «Ох, ах ты шлюха, я тебя трахнул?» Джаббер отчаянно кивает. Он задыхается: «Стой, стой, пожалуйста-» Занка ослабляет хватку. Затем он сильно шлепает Джаббера по члену - настолько, что тот выдыхает со свистом, но его член всё равно дёргается. «Гребаный мазохист», - сквозь зубы говорит Занка. «М-м-м…» - Джаббер наконец опускает взгляд на Занку. Его зрачки расширены, взгляд совершенно дикий, и если до этого его выражение было почти голодным, то сейчас он выглядит совершенно изголодавшимся. «И чем заканчиваются твои сны?» Дыхание Джаббера тяжёлое и прерывистое. «Я… э-э, б-боже… не помню». Занка медленно проводит рукой вверх-вниз, ощупывая каждую вену и пульсацию нервно подрагивающего члена Джаббера. Он преувеличенно надувает губки. «Какая скука». Он поправляет хватку в волосах Джаббера. «Глубокий вдох», - напоминает Занка обманчиво-бодрым тоном. Он не ждет, пока Джаббер завершит прерывистый вдох, прежде чем резко дергает его за дреды, одновременно сдавливая яйца. Реакция почти мгновенна. «Ай, черт, я сейчас кончу… м-м-ннн…» Занка наблюдает, как лицо Джаббера искажается от болезненного наслаждения, и чувствует, как его член яростно, снова и снова, пульсирует в его руке, пока влажное тепло не проступает сквозь ткань боксеров. Он ждет, пока пульсация не прекратится, и осторожно убирает руку из штанов Джаббера, застегивая молнию (поскольку джинсы достаточно свободны) и оставляя ремень расстегнутым. Джаббер все еще тяжело дышит, его тело содрогается от редких отголосков, когда снаружи срабатывает таймер. Похоже, там уже никто не обращает внимания, так что Занка великодушно оставляет дверь приоткрытой, когда выходит. «Найди меня позже, и, может быть, мы посмотрим, чем заканчиваются твои сны», - говорит он. И вот он уходит, и дверь тихо щелкает.