Dispatch: Огонь и Лёд

      — Как же я уже заебался за сегодня, — говорит устало бородатый мускулистый тюремщик, шагая по широкому коридору колонии суперского режима. Его окружают много разных камер со всевозможными заключенными, которые до попадания сюда были свободными суперзлодеями вне закона.       Вот, например, он проходит мимо девушки, которая именует себя Лозой. Её сила была известна тем, что, логично, она управляет лозой, но и тем самым может взять под контроль кого угодно, до кого она дотронется ей. Девушка уже в который раз сидит у железных прутьев и пытается призвать маленькое растеньице из мелкой щели из-под земли в углу своей камеры, но стоит тюремщику лениво щелкнуть пальцем, как лоза просто испаряется в воздухе, а сама Лоза стонет от раздражения и выкрикивает «Гнида!» на него.       — Прости, Лоза, но сегодня не твой день, — он отвечает, отрицательно покачав головой, продолжая свой путь куда-то дальше.       — Да он просто по мальчикам, ему глубоко насрать на твои сиськи, Лоза! — выкрикивает дальше суперзлодей, который сам себя прозвал Телетекст. — Я уже могу прочитать его мысли про то, что он мечтает наконец-то вернуться домой и попробовать чью-то прекрасную жо-       — Нифига ты не читаешь, — резко перебивает его тюремщик, положив устало руку себе на лысину, после чего провёл по лицу до самых кончиков волос бороды. — Энергия КСР никому не позволяет использовать свои суперсилы, кроме зарегистрированных лиц СДС.       Он проходит дальше, и продолжается эта какофония голосов:       — Эй, шеф, а когда моя будет очередь участвовать в проекте, йоу?       — Тогда, когда ты научишься нормально разговаривать, а не как обдолбанный репер.       — Я вообще здесь нечаянно! Мой корабль перетерпел кораблекрушение! Мой народ ждёт меня!       — «Случайно» и «потерпел», Сьюзен. И ничего, пусть ждут дальше, дождутся.       — Вчера вышел на крыльЦО… Почесать своё яйЦО…       — Ой, Господи помилуй…       И наконец-то мускулистый бородач доходит до последней, на удивление тихой и безшумной камеры.       Он достаёт из кармана свои ключи и лёгким движением руки открывает дверь с пронзительным скрипом.       — Фризи, выходи. Блонд Блейзер желает тебя видеть, — говорит он куда-то в темноту, видно только сидящий на кровати худой низкорослый силуэт в рыжей рубашке.       Некий «Фризи» встаёт и выходит из камеры на свет божий. Это оказалась молодая девушка. У неё были короткие, неопрятно уложенные нежно-голубые волосы, которые торчали в разные стороны. Когда она подняла голову, чтобы посмотреть на втрижды выше неё тюремщика, можно было увидеть её глаза — бледно-жёлтые с уставшими мешками под ними.       Мужчина наклонил голову набок, словно беспокоясь о ней. Как ни странно, она была одной из самых спокойных на данный момент в КСР и единственная не донимала дебильными вопросами его.       — Выглядишь неважно, — говорит он, — опять не спала всю ночь, играя тенисным мячем. Это был не вопрос, это было утверждение. В ночную смену он не мог не слышать, как в огромном, полном тишины помещении слышно, как что-то постоянно долбится об стенку.       Девушка молчит. Не дождавшись ответа, мужчина вздыхает и говорит:       — Ладно, пошли.       Он надевает на неё наручники, и они возвращаются тем же путём назад вместе. Остальные заключённые на них возмущённо выкрикивают:       — В смысле, эта дура выходит?!       — Там должен был быть я!       — Мой корабль…       — Да она вообще никто и ничего не может! Почему именно она берет участие в проекте?!

***

      Двери за девушкой с громким гулом закрылись. Она подымает голову и видит перед собой ту самую славноизвестную блондинку, сидящую в ожидании на стуле. Как только та заметила Фризи, то сразу подорвалась со своего места и обошла стол, чтобы подойти к ней.       — Приветствую тебя, Фризи! Мне очень жаль, что мы встречаемся при таких обстоятельствах и в таком месте, но- Ой, — Блонд Блейзер неловко замирает, ведь хотела пожать заключённой руку, однако из-за наручников спереди это получилось… Крайне неудобно и непрофесионально со стороны супергероини.       — Черт, я же говорила Рудольфу, чтобы тот снимал с заключённых наручники, прежде чем выводил их сюда…       Фризи смотрит на девушку перед собой с недоумением и саркастической иронией: даже бровь, изогнутая вверх, беззвучно говорит «серьёзно?».       — В общем, эм… Присаживайся, — Блонд Блейзер вздохнула и указала на стул возле них, а сама после этого вернулась на свой. Она немного нагнулась вперед, когда сложила руки на столе замочком.       Фризи села тоже, но немного ссутулившись, сложив руки в наручниках у себя на коленях.       — Думаю, ты уже знаешь, зачем я тебя сюда позвала, — начала блондинка.       — Проект «Феникс», — наконец-то впервые за долгое время говорит Фризи. Её голос был очень тихим и немного хриплым.       — Именно. Ты-       — Почему я?       — В смысле «почему»? — удивляется Блонд Блейзер, — Это что за вопрос такой?       — Ну, не знаю, — Фризи подымает свои скованные в наручники руки и кладёт их на стол, словно предоставляя таким образом какие-то молчаливые доказательства.       На это Блонд Блейзер лишь закатила глаза с лёгкой улыбкой и вздохнула:       — Ты же, кстати, знаешь, что в комнате допросов не работает защита от сил суперзлодеев?       Фризи немного наклонила голову в сторону, словно удивляясь этому. Хотя, она больше удивилась тому, что Блонд Блейзер сама об этом говорит, нежели от самой этой информации, которую она и так уже знает — когда тут проводятся допросы, то нужно работникам СДС записать в протокол все способности, что есть у заключённого. Под строгим взором того самого тюремщика, разумеется: чтобы не было никаких попыток сбежать или, чего хуже, убить кого-то. Так и записывали информацию о Фризи недавно.       Фризи вздохнула и, опершись свободно на спинку стула, сказала:       — Даже если бы я попыталась что-то сделать, то там, за дверью, — Фризи показательно подняла обе свои «запечатанные» руки и показала большими пальцами в сторону двери позади неё, — Большой Бен сразу бы остановил меня. Даже если и стоит он сейчас, ковыряясь в носу.       — …А вот и не ковыряюсь я! У меня просто хронический насморк. — послышалось низкий голос из-за двери.       Блонд Блейзер опёрлась локтём о стол и сделала элегантный лёгкий раскрывающий взмах рукой:       — А, возможно, твоё ничего-не-делание как-то связано с тем, что ты сама сдалась Пом-Пом?       Фризи немного напряглась при упоминании этого случая и снова медленно села, ссутулившись. Взгляд потемнел.       Блонд Блейзер вздохнула и опустила голову:       — Послушай, я тебя не заставляю. Но СДС правда нужны такие люди, как ты, Фризи, — она подняла взгляд на девушку, — особенно когда Красное Кольцо тоже начали набирать себе всё больше и больше людей. И отвечая на твой вопрос, — Блонд Блейзер указала пальцем на скованные руки Фризи, — да, мы сейчас вынуждены идти на крайние меры.       Блонд Блейзер сделала паузу, надеясь, что Фризи что-то скажет, но та так ничего и не сказала. Но было видно, что она была в глубоких размышлениях. Однако у блондинки не было времени на столь долгое ожидание, ведь до этого все суперзлодеи соглашались намного быстрее, даже не выслушивая цели проекта - им было главное, что они будут на свободе.       Потому она просто встала, положив ладони на стол:       — Спрошу первый, полный и последний раз, Фризи: ты готова взять участие в этом проекте? Это ведь твой последний шанс на искупление и на развеивание всех твоих сомнений как-никак. Знаешь, я его не всем подряд предлагаю.       — Я готова, — отвечает девушка напротив, подняв голову, от чего Блонд Блейзер немного отпрянула назад. Её взгляд выглядел… внушающим. Но не к доверию.       Неизвестно, к каким умозаключениям пришла Фризи, но это был последний день, когда она ночевала в КСР (пока она спала, специалисты разбирали тонны бюрократии). А на утро она уже в своём костюме стояла на выходе из колонии, вдыхая свежий воздух, смотря на восход солнца. А на её лице была широкая, почти дьявольская, улыбка.