Мысли вслух

Я возвращался с работы, времени было с запасом. Сегодня я хорошо выспался и был полон сил даже после трудового дня. По пути выкурил две сигареты. Курение — это своего рода ритуал, и он преследует меня в течение всего дня. Курить, как вышел из дома, устраивать перекуры и так далее. Это меня никак не отягащало, так я делил свой день и начал так делать довольно давно. "Прекрасная погода", — заметил я, рассматривая закат. Я даже остановился — так он меня поразил. Тëплые лучи пронизывали всë моë тело, я будто сам становился подобно закату: мягким, нежным и притягательным. Я впитывал энергию, исходящую от вечернего солнца и словно заряжался ею. Продолжил идти, напевая себе под нос какие-то мелодии. Мне было неважно, что петь, ведь чувствовал я себя прекрасно. Дома я принял душ и переоделся из вещей, носимых мною исключительно ради удобства, в одежду, носимую также ради стиля и красоты. Теперь, смотря в зеркало, передо мной стоял человек, выглядящий на все сто. Встреча назначена на восемь, дорога займёт около тридцати минут, значит, пора выходить. Я взял с собой телефон, паспорт, сигареты, бензиновую зажигалку, кошелëк и платок, выпил стакан воды и отправился в путь. Я пришëл раньше, чем Антон. Он всегда опаздывал, а я всегда приходил первым. Это уже стало чуть ли не традицией, хоть и совершенно случайно. У входа было написано: "Посетите все восемь наших заведений, названных в честь планет солнечной системы, оставьте чеки из каждого из них и придите в "Землю". Предоставив их бармену, Вам будет дана возможность испробовать наш секретный коктейль "Солнце" абсолютно бесплатно. Поверьте, он того стоит!". Это звучит... многообещающе. В ожидании друга я закурил сигарету. — Ну ты вырядился, видимо, ты правда соскучился, — услышав Антона со спины, я повернулся. — Ты бы знал как, — сказал я намеренно безэмоционально. Мы пожали руки и обнялись, хлопая друг друга по спине. Притом, наши сигареты чуть не соприкоснулись. — Ну а ты, вижу, верен себе — одеваешься всë так же паршиво, — я выпустил дым ему прямо в лицо. — Какая разница, в чëм ходить, ведь главное, чтобы было удобно, дубина. — А если сегодня ты встретишь женщину своей мечты, но будешь одет как сейчас? Сильно сомневаюсь, что ей придутся по вкусу твои широкие синие джинсы и футболка с поношенной курткой, — я отмахивался от облака сигаретного дыма, отправленного мне в ответ. — Если ей будет важно, что на мне джинсы, а не брюки, и футболка, а не атласная рубашка, то эта женщина — явно не моей мечты. Блять, о чëм мы вообще говорим? Давай уже зайдëм внутрь, — на этой фразе мы оба бросили свои окурки в урну для мусора, стоящую у входа в бар. Внутри было довольно мило: несколько рядов столиков, окружëнных диванами, блестящая барная стойка, холодильники с пивом и многими другими напитками. Я здесь не был какое-то время, так что приятно удивился, увидев, что проведу вечер в подобном месте. Мы сели за столик в безлюдной части бара и подозвали жестом официанта. — Я Вас слушаю, — сказал он, смотря в свой планшет. — Две "Короны" и фисташки. Для начала сойдëт, — после слов Антона я ощутил на себе два взгляда. — Виски с колой, отдам дань традициям. Официант кивнул и удалился. — Твои вкусы не изменились. — Твои тоже, разве не так? — Да, пожалуй. "Корона" всë так же хороша, как и всегда. Поверь, я пробовал много другого пива, но это, —он бросил взгляд на бутылку, стоящую в холодильнике. — Это совершенно другой уровень. — Поверю тебе на слово, Антоний. — Кстати, тëлок тут вообще нет, - сказал он, осматривая зал. — Одни алкаши и прочий сброд. Ну, радует, что здесь можно курить. — Это верно, зачем нужен бар, в котором нельзя курить? Это как, допустим, — я задумался. — Это как женщина без пизды, согласен? — У тебя всегда получалось проводить аналогии, Илюх, — он потянулся к карману куртки, достал пачку сигарет и положил еë на стол. — "Мальборо"? Ты серьëзно куришь это дерьмо? — Братан, это легендарные сигареты. — Ха-ха-ха, ты чувствуешь себя ковбоем? — Я буквально заливался смехом. — Может, ты сейчас, даже не знаю, достанешь из под стола револьвер и снесëшь мне нахуй башку? — я откинулся на диван, сполз по нему и, с торчащим изо рта языком, дëргался, будто только что убитый. — Ты просто ëбнутый, ха-ха-ха-ха. Ковбои тут ни при чëм, хоть они мне и нравятся. Я просто люблю эти сигареты, как люблю "Корону". Чего ты доебался? — Я просто надеялся, что ты куришь что-то новое. — Электронные сигареты? — Не упоминай при мне эту срань, - моë лицо изобразило настоящее омерзение. — Тут согласен, такой хуйни мир ещë не видывал. А ты-то что куришь, стиляга? То же, что и раньше? Я потянулся к карману брюк и достал пачку. Бережно и любя, я положил еë на стол, приоткрыл и наполовину вытащил одну сигарету, будто рекламирую бренд. — Я вижу, ты и здесь верен своим принципам. Кто бы сомневался, что Илья Парфентьев курит "Собрание", — он явно пытался меня разозлить. —Тонкое, да? Я где-то слышал, мол, курящие выбирают толщину сигарет под себя, если понимаешь, о чëм я. Честно говоря, мне тебя жаль, прости, если обижал тебя раньше. Я раскаиваюсь. — Блять, ты это выдумал, что ли? — на секунду я в себе засомневался. — То есть те, кто курят трубку, это ëбаные Буратино и у них деревянные хуи? — я говорил абсолютно сеерьëзно, в то время как Тоха не мог сдержать смех. — А те, кто курят электронные? Терминаторы? И у них что, термос между ног? Я хуею с тебя. — Илюха, ха-ха-ха, я, я просто, ха-ха-ха, — этому ублюдку было очень весело. —Хорошо, хорошо, тонкие сигареты ни о чëм не говорят, пусть так, ха-ха-ха. Нашу светскую беседу прервал официант, принëсший напитки. Мне положил пиво, Антону — виски и фисташки, и удалился обслуживать другие столики. Мы с минуту переглядывались, всем видом выказывая недовольство и возмущение. — У меня нет слов. — У меня нет слов. Мы сказали это практически одновременно. В такие моменты мне казалось, что мы братья, а не просто друзья. Каждый поставил напиток, который заказывал перед собой и закурил сигарету. Обсуждали то, как прошли те два месяца, что мы не виделись. Антон поверг меня в шок: — Я работал. — Да ну нахуй. Не шутишь? Ты здоров? — Да серьезно я, серьëзно. На складе, деньги нужны были больше, чем обычно. Не удивляйся. — А сейчас что, работаешь? — Неа, уволился после второй заплаты. Пока деньги есть, потом ещë пойду, наверное. Поэтому-то и не виделись, был занят. Антон открыл бутылку и сделал несколько глотков, с облегчением выдохнул и, положив "Корону" обратно на стол, начал брать фисташки одну за другой. Затем вскрывал их и ел. Я отпил виски. Вкус был нежный и мягкий, почувствовал разрастающееся тепло по всему телу. — Я ожидал чего-то более мистического в твоëм исчезновении. Хотя тот факт, что ты работал — сродни мифу. — Да, очень смешно, Илья. Ну, как-то так, а ты чем занимался? — Ну, Энтони, моя жизнь без тебя не сильно изменилась. Дом-работа-Ева. Не жалуюсь, пока не́ на что, — при упоминании Евы я почувствовал лëгкую дрожь. Это меня очень сильно удивило. Я был уверен, что она мне абсолютно безразлична. — Кстати да, как там Ева? — он спросил это ради приличия, без интереса, но вопрос застал меня врасплох. Антон смял свою сигарету об пепельницу и бросил еë туда же. — Хорошо поживает, вроде как, ей всë нравится, — я не знал, что сказать. Я не хотел врать, но и говорить правду был не намерен. Я задал вопрос лишь бы отвлечь его, сменить тему. Я чувствовал себя неуютно. — А как у тебя на любовном фронте, а? — Честно говоря, дружище, я сейчас не ищу серьëзных отношений. Конечно, были пару знакомств, на той же работе, но они ни к чему не привели, да и я сам не особо старался. Я наслаждаюсь своей свободой, — Антон говорил уверенно, веря в то, что он и правда свободен. — Возможно, ты прав. Каждому своë, не так ли? — я был рад, что мы закрыли тему. — Пожалуй, друг.