Влажное возвращение

Маска экзорциста с грохотом приземлилась на холодный пол просторного, но пустого помещения. Это помещение - кабинет Адама, ныне покойного. Лют частенько заходила сюда после его смерти, что бы найти успокоение, разглядывая знакомые предметы. Каждый раз казалось, что вот-вот дверь откроется и в комнату зайдет Адам с уже привычной усмешкой на лице. Но этого не происходило. Раз за разом, приходя сюда, она надеялась увидеть его, но встречалась лишь с опустошительной тишиной и пустым креслом. Порой ей даже казалось, что она слышит его голос. Насмешливый, пошлый, самоуверенный, но от этого не менее родной. Однако, это всегда был лишь ветер или шорохи за дверью, но не он. Обычно Лют приходила сюда и просто лежала на полу, смотря в потолок пустым взглядом, или же ходила и рассматривала коллекцию его гитар, музыкальных пластинок... Сейчас же она пришла сюда с другой целью. Вернее, цели даже не было. Ей просто нужно было выпустить эмоции в месте, где её никто не найдет, не услышит той боли и отчаяния. В этот день был проведён суд над Сером Пентиусом, итогом которого было предложение о заключении мира с адом. Мира. С адом. Эта мысль безумно не нравилась Лют. Какого хера они думают, что грешники могут искупиться и заслужить жизнь в раю? Это не справедливо. Лют всю свою жизнь на земле стремилась быть хорошим человеком, всегда была за справедливость, работала в полиции и даже повязала нескольких преступников, в итоге погибла мучительной смерти. Но ради чего это все? Какой в этом смысл? Она надеялась, что в раю жизнь станет спокойнее, беззаботнее, а что в итоге? Она потеряла не просто командира, а друга, центр своей жизни. Адам - тот ещё мудак, но было в нём что-то, что притягивало. Может то, что Лют могла общаться с ним на равных, не смотря на статус? Могла спокойно дать ему подзатыльник или пощëчину, при этом не получая выговора или ответного удара, лишь шуточное возмущение. А может то, что она могла доверять ему? Спокойно делилась мыслями о грешниках и истреблениях, не подбирая выражений и не боясь осуждения. В прочем, это уже не важно. Он мëртв. Лют встала у стены, облокотившись на неё руками. Слёзы против воли покатились по щекам, а она и не сдерживалась, лишь вытирала их рукавом. Всхлипы перешли в рыдания. Голос сорвался на крик. В этом крике - смесь боли и гнева. Боль от потери, гнев от решения суда. Лют со всей силы ударила по стене, по которой тут же поползли трещины. - Ого, у кого-то месячные? - Послышался до боли знакомый насмешливый голос. Адам. Ей не нужно даже оборачиваться, чтобы узнать эту усмешку. - Адам!? - Одно только имя. Но оно говорило куда больше, чем требовалось. В голосе звучало недоверие в перемешку с надеждой. Лют резко повернулась ко входу, где был источник голоса. И в правду, в дверном проëме стоял чëткий силуэт Адама. Он подошёл ближе и наклонился, подцепив пальцами её подбородок. - Он самый. Лют застыла, не в силах выдавить и слова. Адам рассмеялся и отпустил её, обходя по кругу. - Что, даже не рада моему воскресению, истеричка? - Его взгляд упал на его нимб, что прикреплëн к протезу Лют, - Вау, это что, мой нимб? - Он вновь рассмеялся, - Ну надо же, как сувенир на память спиздила его себе? Вот ведь умничка! Адам шутливо взъерошил ей волосы. Лют наконец пришла в себя и осмотрела своего командира. Та же одежда, та же маска... Всё тоже самое. Но всё же она не могла быть уверена, что это точно он. Лейтенант осторожно коснулась его руки, дабы удостовериться, что это не её шизофрения. - Сними маску. И верх. - Внезапно выпалила она холодным и уверенным тоном, смотря на него с явным недоверием. Адам удивленнно вскинул бровь. - Это ещё зачем, Лютик? - Надо. Снимай. - Я думала ты будешь рада видеть, что я жив, а ты мне не доверяешь... Обидно, знаешь ли. - Притворно надуто бурчал он, пока снимал маску и верх. Уже через пару секунд он остался стоять перед ней в одних штанах. - Ну что, довольна? Лют прошла по нему взгляду и подошла ближе, рассматривая повязку на животе. Значит, его всё же ранили. Стоило ей подойти ближе, как Адам прижал её к себе. - Чего ты там разглядываешь, но не трогаешь, м? ~ Руки Лют инстинктивно легли ему на грудь. Только тогда до неё дошло, в каком неловком положении она оказалась. Взгляд снова устремился на его подтянутую грудь. Почему-то раньше она думала, что он полный или наоборот дрыщ, из-за бесформенного балахона, который он носил, но никак не подтянутого парня с рельефом. - Тебя ранили... Причём серьезно. Так какого хуя ты тут делаешь!? - Ну-ну, не надо так кричать, истеричка. В больничку сходил и всё оке, не парься. - ... Убери руку с моей задницы. - Не хочу. Ты мягкая. Даже очень... - Адам наклонился и уткнулся носом ей в шею, - Знаешь... Я многих ебал в этом раю, в том числе и экзорцистов, но тебя... - Его голос был тихим и низким, прямо ей на ухо. Лют и без продолжения поняла, что он имеет в виду. Адам действительно спал с многими, особенно с экзорцистами, когда те делали что-то не так. Лют слышала, как проходят их "наказания", но, к счастью, ни разу не косячила так, чтобы заслужить его. Даже в обычное время командир не лез к ней в сексуальном плане. Пошло шутил, подкатывал, но не лапал и не приставал. Однако, похоже, сейчас он решил изменить это. - Не смей. Ты ранен, заденешь ещё чего. - Не смотря на уверенный тон голоса её щëчки покрылись лёгким румянцем. - Ой, да ладно тебе, я ж осторожно. - Легкомысленно отмахнулся Адам и оставил поцелуй на чувствительном месте на её шейке, от чего Лют вздрогнула. Она хотела было возразить, но его губы оказались быстрее. Он утянул её в поцелуй, обхватывая большими золотистыми крыльями, чтобы прижать к себе. - Мх! - Недовольно промычала Лют в поцелуй, пытаясь отстраниться, но Адам не позволил. - Да не дëргайся ты. Больно не будет, обещаю. - Прошептал он между множеством поцелуев. Вскоре Лют всё же сдалась и ответила на поцелуй, зарываясь пальцами в волосы на затылке брюнета. Адам удовлетворëнно хмыкнул, приподнимая её за бëдра. Девушка машинально обвила ногами его талию, дабы удержать равновесие. Командир усадил её на стол и устроился между её ног, продолжая ряд поцелуев. Руки блуждали по её телу, залезая под форму экзорцистов и лаская кожу под ней. Девушка едва слышно простонала ему в губы, на что он усмехнулся. - Тсс... Не сдерживайся. Я хочу слышать тебя. Не каждый день удаëтся такая возможность услышать стоны своего лейтенанта... - Бля, завались.. В ответ на такое оскорбление Адам игриво сжал её грудь в ладони, поглаживая сосок большим пальцем. - Мх... Вот только ты мог прийти спустя неделю после своей "смерти" и начал домогаться до своего лейтенанта... - Смущëнно пробурчала Лют, уткнувшись ему в шею. - Почему бы и нет? Мне нужна разрядка, а тебе успокоение. Два зайца одним выстрелом. Пара движений и верх формы полетел на пол, открывая для извращуги плоский животик, который он начал покрывать лёгкими поцелуями, постепенно спускаясь ниже. Кончики пальцев прошлись по резинке штанов приспуская их. На пол упали и они, вместе с чёрными трусиками. Лют смущëнно отвела взгляд, пытаясь закрыть лицо руками. Даже удивительно, как такая строгая и серьёзная личность может так смущаться. Адам усмехнулся и легонько коснулся клитора кончиком языка, заставляя Лют вздрогнуть от неожиданности и крепче вцепиться в его волосы. Его язык двигался всё интенсивнее, вырывая из неё тихие стоны. Экзорцист смущëнно зарыла лицо в крылышки, пытаясь скрыть румянец, на что он рассмеялся, чуть отстраняясь. - Такую невозмутимую из себя строила, а на деле стесняшка. - Отъебись... - Ну не, отъебаться я не могу. А вот отъебать... - НЕТ! - Возмущëнно вскрикнула Лют, пихая его крылышками в лицо. - Кыш отсюда... Нечего тебе тут... Адам рассмеялся и всунул свои крылья между её крылышками, не давая бить себя на лицу, и припал к её губам. Хватило пары движение, чтобы она легла на стол, а он навис над ней. - Не стоит меня бить, Лютик. К чему же сопротивление, если ты хочешь продолжения? ~ - Я не говорила, что хочу этого! - Но ты даже не сопротивляешься по настоящему. Разве что пытаешься спрятаться от меня. - Пока он говорил это, рукой растегнул ширинку штанов, скидывая их с себя. Адам взял уже напряжëнный член в руку, проводя им по её влажным складочкам, увлажняя. Поблизости нет лубриканта, потому нужно как-то обойтись без него. Не смотря на свой жëсткий характер, он не хотел причинять ей боль. Всё-таки им ещё долго работать, а портить отношения не хочется. Лют ещё больше смутилась и отвернулась от него. - Что такое, Лютик? Не хочешь смотреть на меня? - Мг... Не дав времени на ответ Адам быстро, но плавно вошёл в неё до упора с лёгким стоном, на мгновение остановившись, давая ей время привыкнуть к новым ощущениям. Лют не смогла подавить стон, чувствуя, как он растягивает стенки её промежности. И какого черта он вообще так нежен с ней? Обычно ведёт себя как мудак, а тут вдруг такая нежность. Но думать об этом нет желания. Какая вообще разница? Он здесь, с ней, живой... Раненый, но живой. Большие и мягкие крылья Адама с лёгкость обхватили её тело, тем самым закрывая от окружающего их помещения и сосредотачивая всё внимание на нём. В этом своеобразном гнëздышке царила ещё более уютная и интимная обстановка. Кабинет заполнили звуки шлепков и сладких стонов. За окном начался дождь. Капли ударялись об стекло с едва слышным звуком, разбавляя звуки слияния их тел лёгким стуком. Адам припал губами к губам Лют, целуя неторопливо, глубоко, чувственно. Лют простонала в поцелуй, рука легла ему на крепкую спину. Его язык прошёлся по её губам, прося приоткрыть их для него, что она и сделала. Каждый толчок, каждый вздох, каждое движение ощущалось как глоток свежего воздуха, после месяцев проведëнных в духоте. Толчок. Ещё один. Уже быстрее, резче. Внезапно Адам замер и прорычал, уткнувшись ей в шею. Лют почувствовала, как его член пульсирует внутри и тëплая жидкость обволакивает и без того влажные стенки. Адам усмехнулся и, подхватив её на руки, сел в кресло. Лют устроилась у него на коленях, положив голову на грудь и прикрывая глаза. Прямо так она и уснула.