Безумная жизнь с плагинами/带挂装逼, 最为致命

Полуденное солнце ласково светило в окно, а птичий щебет вернул меня к реальности. Фарфоровая чашка в моих руках рассыпалась в пыль. Е Тань, закутавшись в тонкий халат, сидел на краю кровати с книгой. Он лишь равнодушно взглянул на меня – уже привык. Раньше он бы занервничал и стал проверять, не порезался ли я... Вот как люди меняются. — ...Нам пора съезжать из этой лечебницы, — вздохнул я, стряхивая порошок с рукава. — С прошлого дня я уже раздавил тридцать семь чашек. Доктор Жэнь точно нас выгонит. Слишком уж я перестарался с теми настройками. Теперь не могу усмирить эту дьявольскую силу в себе. Приходится постоянно контролировать каждое движение, но стоит отвлечься — и вокруг разруха. Мои нервы на пределе. Но хуже всего то, что я не помню, как в прошлый раз попал в редактор. А теперь никак не могу вернуться туда. — А-Тань, ты не помнишь... что мы делали в тот момент перед моей псевдосмертью? — от досады я лёгонько постучал по столу. Дубовый столик немедленно разлетелся на куски. ...Чёрт. — ...Господин, может, будете говорить лёжа? — осторожно предложил Е Тань. — Но я уже сломал две кровати, — горько ответил я. Чашки и столы – ладно, но кровати-то не бесконечны. — Ладно, мне правда нужно это обдумать... Пойду в саду полежу. Я осторожно приоткрыл дверь, а Е Тань отложил книгу и поднялся: — Хорошо, я составлю вам компанию на солнышке. Кивнув, я собрал всё внимание, напрягся и с крайней осторожностью, будто шёл по тонкому льду, вынес шезлонг во двор. Аккуратно поставил его, отмерил семь шагов назад и только тогда выдохнул: — Тебе нельзя долго стоять, присядь. — Господин, нельзя. Это неподобающе, — возразил он. Зная его упрямый нрав, но не имея сил уговаривать, я простонал: — А-Тань, я правда вымотан. Смилуйся. Он стиснул губы... но неожиданно послушался, тут же устроившись в кресле. Так легко? Я удивился. Выходит, с теневыми стражами жалобы работают лучше, чем уговоры. Запомню это. Раздвинув сорняки, я растянулся прямо посреди двора. Неровные камни мостовой впивались в спину, но я наконец расслабился. — А-Тань. — М-м? — Жить... очень сложно. — ... Какие же условия активации моего чита? Предмет? Действие? Ритуал? Фраза? Закрыв глаза, я стал вспоминать те события. Меня отбросило ударом Цзэ Цюэ, я перекатился несколько раз, потом Е Тань помог подняться. Вроде бы ничего особенного я не трогал – значит, условием вряд ли был предмет. — А-Тань, что ты тогда сказал? Повторишь? — Безуспешно поразмыслив, я решил спросить у очевидца. Е Тань молчал, и только после повторного напоминания прошептал еле слышно: — Этот ничтожный сказал... что в лучшей форме не допустил бы такого унижения господина. — А ещё? Но Е Тань наотрез отказался продолжать. Я перевернулся и оживлённо предложил: — А-Тань, ты можешь двигаться? Не смог бы ты... воспроизвести ту сцену? Я знал, что это мешает его выздоровлению, но больше не мог ждать. Без лишних слов я усадил его на землю, придал нужную позу и прижался к его груди. Е Тань застыл, а его выражение лица было настоящим шедевром. Я вспомнил свою реплику и начал сценку: — Признаю поражение. Умереть с честью – тоже неплохо... Так, А-Тань, теперь ты. Мой взгляд горел ожиданием, а Е Тань, словно не выдержав груза ответственности, отвернулся и тихо произнёс: — ...Если бы я с самого начала служил Вам... Птицы пели, тёплый ветерок обдувал нас, мир был спокоен... Но ничего не произошло. Воцарилось молчание. Я лишь заметил, как кончики ушей Е Таня под солнцем стали ещё алее. Я был страшно разочарован. Похоже, пароль не в словах. Что ещё? Действия? Вроде бы всё то же самое... Меня внезапно осенило: — Е Тань! Ты тогда поцеловал меня?! Он вздрогнул и яростно отрицал: — Ничего подобного! — Было же?! Пусть я без сознания, но помню, как твои ресницы оказались так близко! — обрадовался я. — А-Тань, ну пожалуйста, повтори! Е Тань в ужасе попытался оттолкнуть меня, но я не отпускал, крепко обхватив его. Видя его панику, я вдруг ощутил себя каким-то насильником, но тут же успокоил: — Не бойся, у меня... э-э... есть веская причина. Я изобразил страдальческое выражение лица, и Е Тань немного успокоился. Воспользовавшись моментом, я прицелился и клюнул его в губы. Попал! Да!! Он только что яростно сопротивлялся, но после моего действия замер – видимо, в шоке. Но поцелуй не активировал редактор. Решив, что дело в позиции, я повертел головой под разными углами – безрезультатно. Разочарование ×2 Перепробовав все мыслимые способы, я в отчаянии ослабил хватку и отстранился – похожий на подвявший баклажан. Но не успел отойти и на пару сантиметров – не смог двинуться. Не знаю когда, но Е Тань поднял руку и обхватил мою шею, пальцы вплетаясь в волосы, медленно продвигаясь вверх. — ...Простите, господин. Я... этот ничтожный не хотел вас отвергать, — тихо извинился он, закрыл глаза и снова приблизился. Его тонкие губы были горячими, а дыхание лёгким: — Пожалуйста... не смотрите так... ... ... Эй-эй-эй... Парень, ты видимо не так понял?!