Чем заканчиваются разговоры...

Расставание Майка с Одиннадцать перевернуло жизнь Уилла с ног на голову. Влюблённость к другу накрыла с новой силой, ещё хуже, чем раньше. Последние летние каникулы? Да кому они теперь нужны если мысль о том, что снова придётся сидеть с Майком за одной партой, просто выворачивала наизнанку… И ладно бы только это. С Оди же явно что-то происходит. Ходит мрачная как тень. Первые две недели Уилл всё списывал на их сложные отношения с Майком. Но ведь не может же человек настолько долго страдать?! Конечно, парень пытался поговорить с сестрой, но та полностью закрылась в себе. Как именно Майк бросил девушку, Байерсу тоже никто не сообщал. Но явно хорошего там было мало. Видеть Оди настолько разбитой было ужасно сложно. Договорившись о встрече и подготовившись заранее, Уилл направился в старо-знакомый подвал семьи Уилеров. По дороге мысли просто разъедали и без того измученного парня. Вспоминая, как в порыве ревности он хотел испортить отношения пары, — его в холодный пот кидало. Ну чего бы он тогда добился? Майк же не бросил бы её ради Уилла, ведь так...? Понимая, что мысли направляются в совершенно другое русло, кареглазый сделал свой шаг быстрее, уже подходя к дому друга. После стука дверь распахнулась. На пороге стояла Карен. — Уилл-и, проходи, Майк у себя… — заботливо протянула она, пропуская внутрь. — Кушать будете? Я пирог испекла. — С-спасибо, миссис Уиллер… — проглотив тяжёлый ком в горле, ответил и направился к подвальному помещению. — Я… я не голоден. Парень застыл у двери подвала. Стоял, собирался с духом. Тысячу раз он крутил в голове этот разговор — и всё равно, как только услышал голос брюнета, всё выветрилось. — Ну, заходи уже, — донёсся голос Майка, который уже услышал шаги друга. Речь ровная, но с раздражённой ноткой. Между ними всё стало странным. Ни прежней лёгкости. Ни прежнего доверия. Как раньше — уже не будет, это было понятно всем. В воздухе висела не проговорённая обида и что-то ещё, такое знакомое, но не до конца понятное. — Привет, — нервно потер ладони Байерс. Увидев кивок друга в знак приветствия, он продолжил, — слушай, я поговорить хотел. — Ну, раз хотел — валяй... — с некой лёгкостью отозвался, внимательно слушая. — Ты как? В порядке? — Уилл поймал на себе непонимающий взгляд и уточнил: — Ну... После расставания. — Это было больше месяца назад. — Майк протянул ему кружку горячего капучино. Несмотря на лето, в Хоукинсе лил дождь, и погода под конец лета была ни к чёрту. — Ты о чём вообще? — Я видел, что Оди тяжело это переживает. Думал, может, ты объяснишь, в чём дело.  — Так спроси у нее. — Да, логично, было бы все так просто... — Она не отвечает, закрылась в себе. Ты ещё когда-то видел, чтобы она совершенно не выходила из дома?! Слушая мини-монолог друга, который так и продолжал что то бубнеть, брюнет встал с дивана и совершенно спокойно сказал: — Во-первых, меня абсолютно не тревожит, что и как там у Одиннадцать. Во-вторых это её решение, что рассказывать тебе, а что — нет. Мы же нормально, по-взрослому разошлись, что она устраивает. А ты? Сколько можно нянчиться с ней, м? На такую тераду Уиллу и не осталось что сказать, поэтому Майк продолжил: — Ты слишком лезешь в наши с ней отношения, — без агрессии, даже безразлично произнес он, а второй начал злиться. — Да потому что я беспокоюсь! Мне не всё равно!— сорвался на крик Байерс, и тоже вскочил с дивана. — На неё... или все же на меня?) — видя только ошарашенную реакцию в ответ, продолжил: — Ну и кому ты пытаешься пиздеть, зайчонок?  — Я-я... ээ, м... — Майк сделал шаг вперёд, загрождая путь, тем самым прижимая Уилла к стене. Тот не успел ни выдохнуть, ни что-либо сказать, как его губы заткнули в грубом, властном и напористом поцелуе. Умело развернув парня лицом к стене, Майк продолжал выцеловывать его тело, сам не понимая, что делает. Оставив пару мокрых полос от поцелуев и удовлетворившись результатом, брюнет решил сменить тактику. Прислонившись к уху Байерса, он прошептал: — Ну и разве так можно Уилл-и?) — М-м? — послышалось недоумение мычание в ответ, которое переменилось стоном, как только Уилл почувствовал одиночный удар на правой ягодице. — Столько времени лгать и недоговаривать, сученыш — прорычал в ответ закусывая шею младшего. Шлепок, кстати, будто бы подтверждая что это было далеко не случайное движение, повторился. Щеки Уилла, от такого действия, начали краснеть не меньше чем задница. И именно это заставило Майка взглянуть на его лицо. А смотреть там и правда есть на что: тот кусает губу, жмуриться то ли от удовольствия то ли от стыда и блядски выгибает спину отдаваясь на встречу прикосновениям. — Нравится, да? — хрипло, вырывая парня из сладкой, и в какой то мере болезненной истомы, спрашивает. Но мальчик просто так не поддастся, будет до конца стоять на принципиальном "нет" дабы только не принимать ещё более унизительную позицию.   Прекрасно понимая что Уилл "упирается", оставив последний удар, который вызвал дрожь у "принимающего", Майк скользнул рукой в его белье. Нащупав упругое, совсем не растянутое, колечко мышц, брюнет проник всего лишь одной фалангой среднего пальца что уже выбило стон у парня. — А так? Теперь уже не поверю что не нравится, зайчик) — откровенно издевался Майк, проникая глубже и чательно подготавливая Байерса к тому, что задумал. — Будешь врать — не дам закончить, — приторно сладко пригрозил, так же ухмыляясь. — Н-нравится, — выплюнул из себя раскрасневшийся парень, — Но зачем тебе это?  — Не нравится — перестану, а если все таки нравится... — расплываясь в самодовольной улыбке, продолжил — Молчи и не беси меня. Два пальца Майка были уже полностью внутри. Слегка раздвинув их, парень сделал несколько одновременно мягких и быстрых движений, целенаправленно надавливая на переднюю стенку. Уилл подался вперёд, тело молниеносно реагировало на каждое прикосновение. Слыша рваные гортанные стоны, хныканье и попытки выговорить его имя, брюнет сменил пальцы на член. Все таки Майк терпеть не привык, самому от такого зрелища штаны распирает.  Уилл и рад был бы сказать что ему замечательно, просто прекрасно, как никогда раньше, да только слова все комом застряли в горле — ни туда, и ни сюда, — поэтому в ответ лишь удается промычать что то не разборчивое. А второй и без слов все понимает — улыбается под нос, вдалбливаясь в, хорошо разработанное им же, очко Уилла. Держась руками за стенку чтобы не упасть, по инерции, Байерс приподнимается извлекая часть ствола члена. Майка, конечно же, это не впечатлило. — На место вернись, — тихо выдохнул в само ухо. Уилл выполнил просьбу — приказ — безразговорно, то и дело кусая губы — вот умница)  Парень слегка сжал его за талию, направляя тело, тем самым обеспечивая точный угол. Тот двинулся, член вошёл глубже, а Майк аккуратно фиксировал темп, создавая постоянное давление и контакт внутри, которое доводило до приятной дрожи и пика возбуждения. — Блять, М-майк. Мне... — прошептал, явно не в силах договорить предложение.  А ему и не нужно, он не церемонясь обхватывает член Уилла, сам удивляясь тем ощущением: насколько пульсируют венки на набухшем члене под нежными подушечками пальцев парня.  Байерс стонет когда второй дрочит ему во едином ритме , грубо, иногда хаотично обводя головку пальцами.   Вовремя вытащив, Майк примерно рассчитал время долгожданной разрядки. Сперма брызгает на спину Уилла и брюнет оглашающе стонет. Второй тоже не заставляет ждать и кончая следом обессиленно падает в объятия парня.  Оба знают, что пожалеют. Оба знают, что всё это плохо закончится. Но оба знают — им сейчас неистово хорошо