Лишний
14 ноября 2025 г., 00:58
«Так хочется кричать и твои чувства не молчат.
Лепетай, родная, коль хочешь разговорить» — MZLFF, трек Позже будет больнее.
На балконе было холодно. Но холода Илья не чувствовал. Всё его тело пронизывали другие чувства — тревога, безнадёжность, усталость, раздражение. И никотин. Сигаретный дым окутывал парня со всех сторон, словно запирая в клетке, отгораживая от всего мира. Здесь и сейчас с ним была только пачка крепких вишнёвых сигарет «Chapman». И ничего больше. Пальцы, сжимающие сигарету, слегка дрогнули, пепел посыпался на пол. «Какой сегодня отвратительный день» — подумал Илья. С этой печальной мыслью он поднёс сигарету к губам и сделал глубокую затяжку. Горький дым отозвался вишнёвым привкусом на языке. Никотин снова ударил в голову, как алкоголь. Но ощущение эйфории было мимолётным. Всё ужасно его раздражало. Каждый глухой такт музыки позади, каждый весёлый смех его друзей и знакомых. Илья уже тысячу раз пожалел, что пришёл в этот ресторан. Небо начинало постепенно темнеть. С третьего этажа Илья наблюдал, как люди на улице, несмотря на наступающий вечер, даже и не собирались уходить. Они веселились, танцевали, общались, в общем здорово проводили время друг с другом. Как будто специально на зло Илье. А он тут стоит совсем один и варится в собственном раздражении. «Да подавитесь» Вдруг дверь балкона медленно открылась. Илья не обернулся. Он знал, кто вошёл. Запах виноградной парилки, который так любил Дрейк, выдал его с головой. Илья едва заметно скривился. Он ненавидел этот аромат. Слишком приторный. Дрейк сразу заметил напряжённые плечи парня. Ничего не сказал. Просто прошёл, закрыв за собой дверь, и плюхнулся на стул рядом. Затем достал из кармана одноразовую электронную сигарету и закинул ногу на ногу. Медленно затянулся. Обоняние Ильи уловило запах винограда. — Не понимаю, как ты куришь эту дрянь, — тихо проговорил Денис, наконец нарушив тишину, бросив взгляд на сигарету в руках Ильи. И только тогда Илья повернул голову к незванному гостю. Бросил взгляд на одноразку в руках Дрейка и выгнул бровь. — Аналогично. Денис пожал плечами, и его губы тронула ухмылка. — От неё дым хотя бы не горчит. Илья резко выдохнул и отвернулся обратно к окну. — Ден, у меня нет сейчас настроения спорить на эту тему. Снова наступила тишина. Коряков затянулся снова. Коломиец смотрел на его едва заметно дрожащие пальцы, на тонкие губы, втягивающие табачный дым, на сведённые брови, выражающие недовольство. Затем Дрейк медленно поднялся с кресла, тяжёло вздохнув, и подошёл к Мазеллову, не отрывая взгляда от его лица. Совсем близко. Их плечи почти соприкасались. — А о чём ты тогда хочешь поговорить? — осторожно спросил Денис, с особой внимательностью следя за каждой реакцией Ильи. Коряков долго не отвечал, размышляя стоит ли. Коломиец терпеливо ждал, сделав ещё одну затяжку из своей электронки, пока пепел с сигареты Ильи рассыпался на пол. Но тот не спешил стряхивать пепел в пепельницу. Илья совсем не двигался, будто парализованный таким личным вопросом. Наконец, Мазеллов медленно повернул голову в сторону Дрейка и на тёмных глазах навернулись слёзы. Он почувствовал вину за резкий тон. Дрейк уловил все его чувства, которые отражал влажный блеск, и без лишних слов обнял друга. — Тшш... — шептал Денис, поглаживая Илью по спине. — Всё хорошо... Илья быстрым движением тыльной стороны ладони вытер подступающие слёзы с глаз. — Прости за это всё... день такой хуёвый... Денис осторожно сжал плечо Ильи, будто боялся сломать, отчаянно пытаясь передать через этот жест всё своё желание разделить чувства Ильи. Он не знал, что делать в таких случаях. Денис никогда не был мастером поддержки. Но что-то в его душе отчаянно кричало, что он срочно должен что-то предпринять. — Расскажи, что случилось. Это поможет. Выпусти пар, — Дрейк замолчал, задумавшись, а после нескольких секунд тишины продолжил: — Не через сигарету. Никотин не поможет. Станет только ещё хуже. По себе знаю... Илья, почувствовав поддержку друга, сдержался от колкостей. На душе стало чуть теплее. Он неохотно отстранился и вновь затянулся, игнорируя наставления Дениса. Илья понимал, что Денис прав, но ему было смертельно необходимо утонуть в никотине вновь. Дрейк не разозлился. Он вдохнул сигаретный дым, почувствовав вместе с вишнёвым ароматом нотку отчаяния. — Да ничего не случилось, — начал Илья, когда дым сорвался с его губ. — Просто... не знаю. Не знаю как объяснить. На душе гадко. Я такой хуесос. По-идиотски пошутил, смутив Нелю и Макса. Чуть не обидел Тоху. Лучше бы я вообще не приезжал. С самого начала я чувствую себя здесь лишним... не знаю, почему... Он умолк, снова затянулся, будто вишнёвый дым мог заполнить пустоту, зиявшую внутри. Дрейк несколько секунд молча смотрел на него, его лицо было серьёзным, но не осуждающим. — Лишним, — медленно, словно пробуя это слово на вкус, повторил Денис. Он сделал шаг ближе, отчего его следующая фраза прозвучала тише, почти интимно. — А знаешь, что я думаю? Я думаю, ты просто не привык, что тебя не просто терпят, а ждут. Илья поднял на него удивлённый взгляд. Дрейк продолжил, его голос приобрёл лёгкий, почти невесомый оттенок. — Ты жёстко шутишь, когда нервничаешь. Все это знают. Неля с Максом уже через пять минут ржали в голос, пока ты отвернулся. А Тоха... Тохе нужно было просто пять секунд, чтобы понять твой сарказм. Он такой тормоз. Ты не лишний, Илья. Ты — наш. Просто... перегрелся. Илья горько усмехнулся, потушив окурок о перила балкона. — Легко сказать «перегрелся». А мне теперь с этими рожами сидеть и делать вид, что всё оки? Нет уж. Лучше уж тут побуду. Он упрямо отвернулся, снова доставая пачку. Дрейк видел эту стену, которую Илья возводил вокруг себя. Давить бесполезно. Тогда Дрейк мягко вытащил у него из рук пачку сигарет и сунул себе в карман. — Ладно. Не хочешь к людям — не надо. Не будем ни с какими рожами сидеть. Пошли ко мне. Илья криво усмехнулся на это неожиданное заявление. — К тебе? Чего вдруг? — А чё нет? — Дрейк пожал плечами, уже отходя от него, направляясь к двери балкона. Он был абсолютно уверен, что тот согласится. — У меня водка есть, всякие песенки. И ни одного лишнего человека. Можешь валяться на полу, рассказывать дурацкие истории или просто молчать. А я буду следить, чтобы ты не облевал мне ковёр и не устроил потоп в ванной. Будет тебе компания, в которой не стыдно быть хуесосом. Идёшь? Илья постоял ещё секунду, глядя в спину уходящему другу. Где-то глубоко внутри, под слоем никотина и гадкого осадка, дрогнуло что-то тёплое. Словно его клетку отчаяния наконец открыли, впуская свежий весенний воздух, приносящий за собой приторный аромат винограда. — Иду, — тихо сказал Илья, сделав шаг навстречу распахнутой двери. — Но водку будешь мешать ты. А то я... знаешь. И он последовал за ним. Потому что не хотел снова оставаться в одиночестве. Потому что лучше окунуться с головой в пьяный угар, но вместе с Денисом. Он почувствовал, что это необходимо ему сильнее, чем доза никотина. Но не алкоголь. А присутствие Дениса рядом. — Знаю, — фыркнул Дрейк, но на губах расплылась довольная улыбка.♤
Пустота. Не та, давящая, что была у Ильи на балконе, а приятная, разлитая по всей квартире Дрейка. Воздух был густой, пропахший ёлочной водкой, чипсами «Lays» и едва уловимым виноградным паром от вапорайзера. По полу, как после мини-урагана, стояли пустые стаканы, валялись подушки и рассыпанные вишнёвые сигареты Ильи. На столе мерцал экран монитора, запустивший бесконечную очередь какого-то альбома пирокинезиса. Они развались на огромном диване, словно толстые коты. Илья, раскинувшись, с горящими щеками и блестящими глазами, с жаром доказывал что-то очень важное о треке «Моя великая вина», размахивая руками так, что чуть не смахнул очки с лица Дрейка. Дрейк, откинувшись на спинку дивана, смотрел на него не отрываясь. Он не слушал о чём говорит Илья. Он слушал интонацию. Ту самую, которая вернулась на место уставшего, надломленного голоса с балкона. — ...и вот этот момент, блин, он просто гениальный! — запыхавшись, закончил Илья и, наконец, встретился с ним взглядом. Он замолчал, смущённо хмыкнув. — Ты чего уставился? — Да так. Просто... хорошо вот так. Без всякого негатива, — Дрейк улыбнулся, его глаза прищучились. — Ты очарователен, когда не злишься на весь мир. — Ага, — Илья фыркнул и потёр ладонью лицо, пытаясь скрыть расползающуюся улыбку. — Ты сейчас звучишь как тот парень с курсов «позитивного мышления», который продаёт свечи с ароматом успеха. Дрейк не стал спорить. Он просто перекатился ближе, их колени соприкоснулись. От этого простого прикосновения по спине у Илья пробежали мурашки. Смех и пьяные крики окончательно уступили место ровному дыханию и тому приятному, тёплому опьянению, которое не кружило голову, а мягко обволакивало, снимая все зажимы и тревоги. Илья откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза. Он чувствовал, что если сейчас не вывалит ему свою душу, то с ним случится что-то очень страшное. — Спасибо, что... вытащил меня из той бездны, — прошептал Коряков, и в его голосе не было ни капли иронии. Только чистая, неприкрытая благодарность. — Не за что, — так же тихо ответил Коломиец, его плечо по-прежнему было тёплой точкой опоры рядом. Илья повернул к нему голову, чтобы найти слова попроще, но они застряли в горле. Взгляды встретились, и в них не осталось ни шуток, ни привычных масок. Только понимание. И та оглушительная, звенящая тишина, что обрушивается перед чем-то неизбежным. Дрейк медленно, давая ему все шансы отстраниться, отшутиться, уйти в себя, прикоснулся пальцами к его щеке. Кожа была горячей после алкоголя. Илья не отстранился. Он лишь прикрыл глаза, его ресницы дрогнули, когда губы Дрейка коснулись его губ. Поцелуй был нежным, бесконечно осторожным. Он пах елью, виноградом, вишнью и чем-то неуловимо своим, домашним — тем самым запахом, который остаётся на коже после долгого, душевного вечера. В нем не было страсти, которая обжигает, а было какое-то щемящее, до боли простое чувство. Облегчение. Словно они оба, наконец, выдохнули после долгого забега. Они разомкнулись, но не отдалились. Лбы соприкоснулись. Никто не сказал ни слова. Никаких «прости», «что теперь будет» или «это ошибка». Ничего лишнего. Просто Дрейк обнял его за плечи, а Илья беспомощно уткнулся лицом в его шею, слыша, как бешено стучит сердце. Они так и уснули, сплетясь в нелепых позах, как два измученных бурей корабля, нашедших наконец тихую гавань друг в друге. Под мерцание экрана монитора, под убаюкивающие звуки песен. Они отрубились, чувствуя себя друг с другом как никогда счастливыми. И наконец-то на своём месте. Эти двое нашли друг друга.
