Милая лисичка совсем устала

В самом сердце Нойрë, стоял императорский дворец. Это был большой комплекс зданий с садами, где весной цвели вишни, а осенью листья тихо падали на землю. Мэй правила всем этим. Её чёрные волосы были длинными и прямыми, собраны в высокий пучок с золотыми шпильками. Лицо у неё было овальное, с узкими глазами цвета янтаря, и кожа бледная, как у всех аристократов. Мэй носила кимоно из шёлка – красное с золотыми узорами драконов, под ним юката для сна и нижние одежды из тонкой ткани. Она была императрицей уже десять лет, и теперь, пройдя через все тягости, жила тихо, управляя страной, вела еë к процветанию. Сино-Одори была её ёкай, существом из старых легенд. Она выглядела как обычная женщина с миловидной внешностью, но и лёгким блеском в глазах. Чёрные волосы у неё были распущены по плечам, прямые и блестящие, а тело стройное, с пышной грудью и бёдрами. Сино-Одори служила лилейной госпоже Мэй верой и правдой. Она носила голубое кимоно с узорами волн. Они делили личные покои во дворце – большую комнату с татами на полу, ширмами из рисовой бумаги и большой кроватью. По ночам, когда слуги уходили и дворец засыпал, они могли уделить время другим вещам. Один вечер начался как обычно. Солнце садилось, и дворец освещали бумажные фонари. Мэй сидела за низким столиком, просматривая свитки с отчётами о урожае. Её кимоно было слегка расстёгнуто у ворота, потому что в комнате было тепло от очага. Сино-Одори тихо вошла, неся поднос с чаем и рисовыми лепёшками. Она поставила его на столик и села напротив, скрестив ноги под кимоно. – День был длинный, – сказала Мэй, отложив свиток. – Эти самураи опять спорят о границах. Хочется просто лечь и забыться. Сино-Одори улыбнулась и налила чай в чашку. Её пальцы были тонкими, с длинными ногтями. – Тогда давай забудемся. Я помассирую тебе плечи. Ты всегда так напряжена после этих встреч. Мэй кивнула и повернулась спиной. Сино подвинулась ближе, её колени коснулись ног Мэй через ткань. Она развязала верх кимоно кицуне, сдвинув его с плеч. Кожа Мэй была гладкой, и Сино-Одори начала разминать мышцы пальцами – медленно, круговыми движениями. Мэй вздохнула, закрыв глаза. – Хорошо, – прошептала она. – Продолжай в тех же местах, одно блаженство. Сино-Одори наклонилась ближе, её дыхание коснулось шеи Мэй. Она поцеловала её там, лёгким касанием губ, и Хаттори поёжилась. Руки Сино-Одори спустились ниже, к лопаткам, а потом к талии. Она потянула за пояс, но не развязала его полностью, просто ослабив. – Хочешь, чтобы я продолжила? – тихо спросила Сино-Одори. Мэй повернула голову и посмотрела на неё. В глазах у неё был блеск, как у лисы, которая учуяла добычу. – Продолжай. Но теперь ты. Они встали, и Мэй помогла Сино-Одори снять внешний слой кимоно. Под ним была юката, белая и простая. Сино-Одори села на футон, и Мэй опустилась рядом. Она взяла гребень с низкого столика и начала расчёсывать волосы Сино-Одори. Волосы были мягкими, как шёлк, и Мэй проводила расчёской медленно, от корней до кончиков. Сино сидела неподвижно, но её руки лежали на коленях, пальцы слегка подрагивали. – Ты такая красивая сегодня, – сказала Мэй. – Твои волосы пахнут сандалом. Сино-Одори повернулась и поцеловала Мэй в губы. Поцелуй сначала был мягким, просто касание, но потом она приоткрыла рот, и их языки встретились. Мэй ответила, её рука скользнула к шее Сино-Одори, удерживая её ближе. Они целовались долго, минуты две, пока не запыхались. Мэй отстранилась первой и потянула Сино-Одори на футон. Они легли бок о бок, и Мэй начала расстёгивать юкату Сино – одну завязку за другой. Грудь Сино-Одори была довольно большой, с тёмными сосками, которые уже затвердели. Мэй провела пальцем по одному из них, и Сино тихо ахнула. Кицуне наклонилась и взяла сосок в рот, нежно посасывая его. Язык кружил вокруг, а рука Мэй гладила живот Сино-Одори, спускаясь ниже. Девушка выгнулась, её рука запуталась в волосах Мэй. – Мэй... пожалуйста, – прошептала она. Мэй подняла голову и улыбнулась. – Пожалуйста что? Скажи. – Сними всё. Хочу чувствовать тебя лучше. Мэй кивнула и села, чтобы снять своё кимоно полностью. Она сложила его аккуратно в сторону, оставшись в нижней одежде. Сино-Одори потянулась и отодвинула верх Мэй, открывая её грудь – полную, с розовыми сосками. Она провела ладонями по ней, сжимая слегка, и Хаттори застонала. Они разделись дальше. Мэй полностью стянула одежду с Сино-Одори, обнажив её ноги и промежность – гладкую, с малой полоской чёрных волосиков. Сино сделала то же с Мэй. Теперь они лежали голые на футоне, только с простынями под собой. Мэй легла сверху, прижавшись бёдрами к бёдрам Сино-Одори. Их груди соприкоснулись, и кицуне начала целовать шею Сино, спускаясь к ключице, потом к груди. Она лизала соски по очереди, посасывая, пока Сино-Одори не начала извиваться. Руки Мэй скользнули между ног Сино-Одори. Она провела пальцами по губам вагины – они были уже влажными. Сино-Одори раздвинула ноги шире, приглашая. Мэй ввела один палец внутрь, медленно, чувствуя тепло и тесноту. Сино-Одори застонала и схватила кицуне за плечи. – Ещё, – попросила она. Мэй добавила второй палец и начала двигать ими – вперёд-назад, круговыми движениями. Большой палец она прижала к клитору, массируя его. Сино-Одори дышала тяжело, её бёдра поднимались навстречу. Мэй смотрела ей в глаза, видя, как зрачки расширяются. – Ты такая мокрая, – сказала Мэй, смотря за партнëршей. – Тебе нравится? – Да... очень. Не останавливайся. Они продолжали так минут десять. Мэй ускоряла и замедляла темп, чтобы Сино-Одори не кончила сразу. Потом она вынула пальцы и поднесла их к губам Сино. Та облизала их, пробуя свой вкус – солоноватый и немного кислый. Мэй поцеловала её снова, деля вкус. Теперь Сино-Одори перевернула Мэй на спину. Она села сверху, на бёдра Хаттори, и начала целовать её грудь. Соски Мэй были чувствительными, и она ахала при каждом касании. Сино-Одори спустилась ниже, к животу, потом к пупку. Её волосы щекотали кожу Мэй. Наконец, она раздвинула ноги Мэй и наклонилась к вагине. Сначала она дунула тёплым воздухом, заставив Мэй вздрогнуть, потом лизнула – от низа к верху. Мэй схватила простыню руками. – О, Сино... да. Сино-Одори лизала медленно, фокусируясь на клиторе – кругами, посасывая. Она ввела язык внутрь, трахая им, как пальцем. Мэй стонала громче, её хвост – скрытый обычно, но в такие моменты проявляющийся – дёрнулся. Сино-Одори заметила это и улыбнулась, не отрываясь. Она добавила пальцы – два сразу, изгибая их, чтобы касаться точки внутри. Мэй кончила первой. Её тело напряглось, нутро сжалось вокруг пальцев Сино-Одори, и она закричала тихо, чтобы не услышали слуги. Сино не остановилась сразу, продолжая лизать мягко, пока Мэй не обмякла. – Теперь твоя очередь, – сказала Мэй, когда пришла в себя. Она села и потянула Сино-Одори к себе. Они встали на колени лицом друг к другу. Мэй обняла её за талию, и они начали тереться промежностями – медленно, круговыми движениями бёдер. Клиторы касались друг друга, и это было электризующе. Руки Сино-Одори гладили спину Мэй, спускаясь к ягодицам, сжимая их. Они двигались так долго, пот лился по спинам. Мэй целовала Сино-Одори в шею, покусывая кожу. Девушка запустила пальцы в волосы кицуне, вынув шпильки, чтобы пучок распустился. – Я люблю, когда твои волосы свободны, – прошептала она. Мэй ускорила темп, и они кончили вместе – тела задрожали, стоны смешались. Они упали на футон, обнимаясь, тяжело дыша. Но ночь только начиналась. После перерыва они выпили чая, завернувшись в юкаты. Сино-Одори принесла масло для массажа – ароматное, с запахом лотоса. Она разлила его на ладони и начала растирать ноги Мэй, начиная с пальцев и поднимаясь к бёдрам. Мэй лежала на животе, лицом в подушку. – Ты всегда знаешь, как расслабить, – сказала она. Сино-Одори рассмеялась тихо. – Потому что я с тобой уже долго. Перевернись. Мэй перевернулась, и Сино-Одори налила масло на грудь Мэй, растирая его кругами. Пальцы скользили по соскам, заставляя их встать. Потом она спустилась к вагине, нанеся масло там. Два пальца вошли легко, и Мэй раздвинула ноги. – Масло делает всё таким гладким и скользким, – заметила Сино-Одори, двигая пальцами. Мэй кивнула, кусая губу. – Давай попробуем игрушку. Ту, из нефрита. Сино-Одори достала из ларца фаллос из гладкого нефрита – длинный, с рукояткой. Она смазала его маслом и медленно ввела в Мэй. Кицуне застонала, чувствуя, как он заполняет её. Сино-Одори трахала еë медленно сначала, потом быстрее, немного стимулируя другой рукой клитор Хаттори. Мэй кончила снова, сильно, содрогаясь. Потом она взяла игрушку и сделала то же с Сино-Одори. Та стояла на четвереньках, а Мэй входила в неё сзади, одной рукой держа за бедро. Сино стонала в подушку, её тело блестело от пота и масла. Они играли так до полуночи – менялись ролями, целовались, лизали друг друга. В перерывах говорили о мелочах: о саде, о новом кимоно, которое закажет Мэй. К концу первой части ночи они лежали обнявшись, но Мэй шепнула: – Ещё не всё. Хочу почувствовать тебя глубже.

***

Утро следующего дня пришло с первыми лучами солнца, проникающими через ширмы. Мэй проснулась первой, чувствуя тепло тела Сино рядом. Они не надели ничего ночью, так что кожа к коже. Мэй повернулась и поцеловала плечо Сино-Одори, потом губы. Та медленно проснулась, моргая. – Доброе утро, – пробормотала Сино-Одори. – Ты не устала? Мэй покачала головой. – Нет. Хочу продолжить. Слуги и остальные ещё спят. Они встали и умылись водой из кувшина. Сино-Одори ничего сверху не накинула, а Мэй надела юкату, не завязывая полностью. Они сели за столик завтракать – рис, мисо и фрукты. Но еда быстро забылась. Мэй потянула Сино-Одори за руку на футон. – Давай поиграем в "охотницу", – сказала она. Это была их игра: одна "охотится", другая прячется. Сино-Одори кивнула и встала за ширму. Мэй закрыла глаза на минуту, потом пошла искать. Она нашла её быстро – Сино стояла, прижавшись к стене, с улыбкой. Мэй подошла и прижала её к ширме, целуя жадно. Руки Мэй сжали грудь Сино, немного поигравшись, она опустилась на колени. Язык Мэй коснулся вагины Сино-Одори – лизнула клитор, потом половые губы. Сино стояла, держась за ширму, ноги дрожали. Мэй сжала её бёдра, не давая упасть, и лизала ритмично – вверх-вниз, кругами. Сино-Одори кончила стоя, с тихим криком, смазка текла по языку Мэй. Потом роли поменялись. Сино-Одори "охотилась" за Мэй. Та спряталась за фусума – раздвижной дверью. Сино-Одори нашла её и толкнула на пол, на татами. Она села на лицо Мэй, раздвинув ноги. Кицуне лизала снизу, язык внутри, руки на ягодицах Сино-Одори. Та двигала бёдрами, трахая рот Мэй, и кончила, сжимая голову руками. После этого они легли, чтобы отдохнуть. Сино-Одори гладила хвост кицуне – он проявился полностью, пушистый и рыжий. Она целовала его кончик, и Мэй хихикала. – Чувствительно, – сказала она.

***

День прошёл в делах: Мэй встречалась с советниками, Сино-Одори ходила за ней как по пятам. Но вечером, после ужина, они вернулись в покои. Слуги ушли, и они могли расслабиться. Мэй налила сакэ в чашки, и они пили, сидя на футонах. – Расскажи о том как съездила в деревню, – попросила Мэй. – в прошлый раз мы это так и не обсудили. Сино-Одори говорила тихо, но её рука лежала на бедре Мэй, под юкатой. Постепенно разговор затих, и руки стали активнее. Сино-Одори ввела пальцы в Мэй, три сразу, растягивая. Кицуне стонала, допивая сакэ. – Больше, – сказала она. Сино-Одори взяла нефритовую игрушку снова, но на этот раз привязала её к бёдрам с помощью пояса из ткани. Она надела её как фаллос и вошла в Мэй сзади, пока та стояла на четвереньках. Движения были медленными, глубокими. Мэй держалась за подушку, ягодицы шлёпались о бёдра Сино-Одори. – Глубже, – просила Мэй. Сино-Одори ускорялась, одной рукой касаясь клитора Мэй. Та кончила, крича, тело тряслось. Потом Мэй надела игрушку сама и трахнула Сино на боку – нога поднята, вход сзади. Девушка кусала губы, чтобы не шуметь на весь дворец. Ночь углубилась. Они экспериментировали: Мэй связала руки Сино-Одори шарфом от кимоно и лизала её час, доводя до края и останавливаясь. Сино умоляла, но Мэй продолжала дразнить. Наконец, она позволила кончить, посасывая клитор. После Сино-Одори отплатила: она уложила Мэй на спину, раздвинула ноги широко и ввела четыре пальца. Мэй выгнулась, чувствуя растяжение. Это было интенсивно, но приятно. Сино-Одори двигала рукой медленно, шепча: – Расслабься. Я осторожно. Мэй кончила от этого. Они обнялись после, целуясь лениво. Ближе к рассвету они надели кимоно – Мэй красное, Сино-Одори синее. Сидели у окна, глядя на сад. Руки переплелись под рукавами. – Я люблю тебя, – просто сказала Мэй. – И я тебя, – ответила Сино-Одори. – И буду любить вечность, что у нас есть. Они знали, что впереди у них есть долгие десятки и сотни лет, им ещё многое предстоит пройти и повидать вместе.