Подарок Гермионе Грейнджер

19 сентября 1998 года пришлось на субботу. В спальне девочек слышалось тихие сопение спящих Гермионы, Джинни и Парвати. Яркий свет утреннего солнца проникал через бледно-оранжевые шторы. Гермиона поморщилась во сне и перевернулась на живот, уткнувшись лицом в подушку и обхватив её руками. По выходным Грейнджер позволяла себе отдохнуть и не вставать рано, тем более, что сегодня не было никаких важных дел. Джинни что-то простонала во сне и натянула тёплое, красное одеяло под подбородок. Парвати медленно открыла глаза,моргнув пару раз и приподнялась на локтях. — Мэрлин, сколько времени... Часы на тумбочке рядом с её кроватью показывали семь часов. Девушка вздохнула и откинулась на мягкую подушку, снова погружаясь в сон. Малфой покрывал её шею мягкими поцелуями, задерживаясь на чувствительных точках. Его руки пробирались под тонкую ткань рубашки. — Грейнджер,ты идеальна, — его губы впились в её губы во властном поцелуе. Малфой толкнул её на кровать, и упал сверху придавливая своим весом. Язык проникал в её рот, чувствуя сладкий привкус кофе и лёгкий аромат корицы. Гермиона резко открыла глаза и села на кровати, запуская руки в волосы. — Чёрт... Она прикрыла глаза, вспоминая только что приснившийся сон. Все его прикосновения чувствовалось такими реальными, живыми. Мерлин... — С днём рождения, Гермиона! — Джинни выскочила из своей кровати и кинулась в кровать к Гермионе, наваливаясь на неё. Гермиона ойкнула и засмеялась. Это заставило забыть о Малфое. Пока что. Уизли загребла Гермиону в обьятия. — Я подготовила для тебя подарок, — она встала и подошла к своей тумбочке. Открыв ящичек, Рыжая достала книгу в серебряном переплете. Обложка была тёмно-коричневой, с волнистым,золотым рисунком вокруг названия: "Всё о драконах и как с ними обращаться". Гермиона дрожащими руками взяла книгу из рук подруги. Чёрт, она так давно мечтала именно об этом издании. — Джин, спасибо тебе большое, — она улыбнулась. От их смеха Парвати проснулась и повернула к ним голову, недовольно смотря на них. — Между прочим в комнате не только вы, — она быстро спохватилась и поднялась с кровати, запуская голые ноги в мягкие, пушистые тапочки, — Гермиона,я совсем забыла. С Днем Рождения тебя, — она достала из тумбочки небольшую зелёную коробочку и передала её Грейнджер. Гермиона открыла коробочку. Внутри лежала пара вырезаных из дерева серёжек. Они были выполнены в форме небольших, дубовых листиком. — Спасибо, они очень красивые, — Гермиона обняла Парвати, та похлопала её по спине. Джинни и Парвати смеясь ушли в ванную комнату, Гермиона поднялась с кровати, аккуратно положив свои подарки на тумбочку и босиком подошла к большому зеркалу, стоявшему в углу комнаты. Спутанные кудри доходили почти до поясници. За последний год волосы быстро росли и каждое утро Гермиона издевалась над ними, пока пыталась их расчесать. Она вздохнула и взяла деревянный гребень. Сегодня выходной, а значит не нужно носить школьную форму. Когда Грейнджер закончила причёску, она подошла к своему шкафу и открыла его. Внутри было несколько идеально выглаженных белых рубашек, четыре чёрные юбки, которые при носке доходили до колен, на вешалке висела пара серых, спортивных штанов, две пары джинсов клёш, а также несколько тёплых свитеров, один из которых был свитером Гриффиндора. Гермиона выбрала джинсы и вязанный в полоску, коричнево-розового цвета. Она быстро переоделась и ушла в Большой Зал. — Гермиона! — Гарри и Рон налетели на неё, забирая в обьятия, — Мы поздравляем тебя с Днём рождения! — громко произнес Рон. — С Днём Рождения, — Гарри мягко улыбнулся, — У нас с Роном общий подарок. — Мы долго думали и выбирали, — добавил Рон. Гарри медленно достал из кармана подвеску с кулоном. Кулон был в форме сердца, сделанного из изумрудного камня, он ярко переливался под светом солнца из огромных окон Большого Зала. Гермиона взяла в руки подвеску. — Спасибо вам, это прекрасно. Рон широко улыбнулся, обнажая ряд белых зубов. — Мы знали что тебе понравится, да, Гарри? Тот смущённо усмехнулся и посмотрел на Гермиону. — Да, — подтвердил он слова Гермионы. Мысли о Малфое ушли на второй план. Но точно не на последний.