Игла
13 ноября 2025 г., 21:15
Стоя за стенкой у прохода ведущего из прихожей в зал, Бéнзоли Тейт тайком наблюдал за тем, как его мать, сидя в кресле, в которым её часто можно было застать, шила мягкие игрушки в приют для сиротских детей: куколки, зайчики, мишки и тому подобные. Шила она внимательно, не торопясь, однако могла себе позволить взглянуть в окно, за которым моросил дождь. Отец раньше часто шутил, что она по ошибке пришила себя к креслу.
— Джинни, – мягким голосом обратилась Миссис Тейт к своей дочери. – Будь добра, подай мне красные нити со стола.
Джинни являлась для Бéнзоли старшей сестрой и пусть отношения между ними были всегда крайне напряжёнными, они всё равно старались помогать и поддерживать друг друга во всём. Почти во всём.
Джинни никогда не упускала шанса всячески подколоть своего брата за его увлечения к куклам и шитью. Она, как и их отец и друзья Бéнзоли, считали это занятия не для мужчин, пусть и в тринадцати летем возрасте.
— Бен! – чуть повысив тон голоса, Джинни окликнула своего брата, протягивая нити матери. – Прекращай пялиться и помоги. – Судя по всему, она уже долгое время знала о присутствие брата.
Бензоли никогда не нравилось, когда его называют «Бен», его попросту раздражал факт того, что его называют совершенно другим именем. Но не смотря на это, он без колебаний и претензий вышел из своего укрытия и двинулся к Джинни.
— С чем помочь? – Бензоли оглядел зал и только сейчас он заметил коробки, что до этого долгое время пылились в чулане. В них лежали фужеры, праздничные украшения и что-то ещё.. не разглядеть, Джинни закрыла коробку своим телом.
— Как это, «С чем»? – она чуть нахмурила свои тонкие брови. – У отца завтра День Рождения, ты что, забыл?
А ведь и правда, Бензоли совсем забыл об этом.. Как же стыдно было признаться о том, что он забыл столь важном празднике. Посмотрев на сестру с нелепой улыбкой и виноватым выражением лица, он быстро помахал головой, отчаянно пытаясь доказать обратное.
— Конечно нет! Просто не думаю, что найдётся работа для..
— Для твоего низкого роста? - резко перебила его Джинни. - Найдётся. Поэтому бери коробки и расставляй фужер, протирая их тряпочкой.
Бензоли хотел было огрызнуться на сестру за очередную насмешку, однако увидев тёплый взгляд матери, что всем своим видом пыталась погасить пыл сына, он заставил себя промолчать.
Подойдя к коробкам, парнишка начал выкладывать фужер за фужером, бережно протирая его слегка влажной тряпочкой. Он боялся что-либо разбить, поэтому не торопился и не набирал в руки «горы» посуды. Наконец, закончив с фужером, Бензоли приступил к последней коробке. Открыв её, он знатно удивился. В коробке лежали обрывки ткани, пуговицы, нити, но что его привлекло больше всего, так это вязанные и тряпичные куклы, но никак не похожие на те, что шила матушка. Они были простые, потрепанные и кривые. У большинства не было одежды, как и волос. На месте глаз были наспех пришитые пуговицы, некоторые из них надломлены. Однако пусть куклы и были уродливы, Бензоли находил в них что-то привлекательное.
Достав одну из кукол, он повертел её в руках и повернулся к матери, вопросительно глядя на неё.
— А для чего здесь куклы? – он вновь оглядел куклу со всех сторон. – Не думаю, что они подойдут для праздника..
Миссис Тейт и Джинни синхронно переглянулись, затем взглянули на Бензоли.
— Мм.. – промычала Миссис Тейт – Я наверное по ошибке достала их, перепутав с коробкой со скатертью и полотенцами. – она невинно улыбнулась, – Милый, положи эту куклу обратно, я позже попрошу
Кристалл отнести их обратно.
— А что это за куклы? – поинтересовался Бензоли, кладя куклу в коробку. Однако взгляда от неё не отвёл. – Не помню, что бы ты шила подобных.
— А ты прям следишь за каждой куклой в нашем доме? – с лёгкой издёвкой пробормотала Джинни.
— Эти куклы лежали в чулане ещё от прошлых домовладельцев, – объясняла Миссис Тейт, – Они оставили много вещей перед своим переездом, включая этих кукол. Что-то мы выбросили, а что-то оставили.
– Для чего мы оставили этих кукол? –– возмутилась Джинни, – Они же старые и уродливые..
— Не уродливые они.. – Бензоли не сразу понял, что произнёс это в слух и лишь по взгляду Джинни осознал это. Опомнившись, он закрыл коробку, – Я имею ввиду... Если их постирать и подшить, их можно отдать детям в приют, они просто в плохом состоянии.
В сердце у Бензоли кольнуло. Он и сам не понимал почему, но ему всегда было жаль выкидывать даже самые ужасные куклы. Он всегда ремонтировал и стирал их, после чего раздавал бедным детям. Однако с этими куклами он по особенному не хотел разлучаться. Ни отдавать, ни выбрасывать, а причину не объяснить... Они притягивали.
— Что ж.. – начала Миссис Тейт, – В таком случае, можешь забрать их себе. – Она снова улыбнулась. Её улыбка всегда грела душу, от чего Бензоли не мог не улыбнуться в ответ.
Дождавшись, когда работы для него больше не будет, Бензоли поднял на удивление лёгкую коробку и побеждал к лестнице, чуть не сбив с ног Мисс Кристалл, что работала гувернанткой. Не останавливаясь, он лишь быстро извинился не глядя на Кристалл и продолжил свой путь. Бензоли всегда был послушным ребёнком, посему Кристалл не могла злиться на него, однако это её озадачило. Никогда ранее, когда Бензоли получал возможность подштопать кукол, он не сбивал её или кого-либо другого с ног. Разве что, сам мог споткнуться и упасть.
Тем не менее, Бензоли уже забежал в свою комнату и принялся доставать старые куклы, осматривая каждую и обдумывая как и где их можно починить. Вот он уже достаёт следующую куклу, как вдруг острая боль пронзает его палец. Бензоли отдёргивает руку, выронив куклу на пол и оглядывает палец. На нём медленно проявилась капелька крови и Бензоли предположил, что укололся об иглу. Он сразу начал искать её взглядом. Так и оказалось, игла с красными нитями насквозь проходила через шею одной из кукол в коробке. И эта кукла сразу перетянула всё внимание на себя. Она отличалась. У неё было что-то на подобие волос, небрежная одёжка, вышита улыбка и сердце на левой части груди. И пусть это всё, что отличало её от других, этого было достаточно для привлечения внимания.
Достав куклу из коробки, Бензоли с улыбкой осматривал её, любовался.
Сев за стол и переставив коробку на пол, он вытащил иглу и хотел было убрать её в игольницу, однако пальцем он почувствовал лёгкую шершавость на ней и что-то заставило его взглянуть.
На первый взгляд ему показалось что это лёгкий откол на игле, однако стоило ему приглянуться, он понял что это гравировка в виде буквы «K». Да, иглы маленькие и на них тяжело что-либо выгравировать, однако Бензоли отчётливо видел её. В голове заиграли вопросы ответ на которые он увы никогда не найдёт. Наконец убрав иглу из рук, Бензоли вернулся к куклам и ему в голову пришла мысль:
«А может, если я вышью образ отца на одной из кукол, он наконец увидит что я горю этим делом? К тому же, подарка я так и не приготовил.» Ему показалось это не плохой идеей и не теряя больше ни минуты драгоценного времени, Бензоли сложил всё лишнее в коробку и отодвинул её ногой под стол, оставив лишь одну, чистую куклу для основы.
Тейт вытащил из выдвижного ящика своего стола материалы: разноцветные нитки, кусочки ткани и разных размеров пуговицы. Его руки, обычно неловкие и неуклюжие двигались с неожиданной уверенностью. Глаза – аккуратные, тёмно-коричневые пуговки, точно такие же, как у отца. Брови – тонкие, слегка нахмуренные линии, передающие привычное отцовское выражение лица. Одежда – строгий чёрный костюм с пышным белым жабо. Время пролетело незаметно. Бензоли лишь изредка поглядывал на карманные часы, подаренные ему тётушкой в прошлом году. Время близилось к ночи, однако он не желал ложиться спать, пока не закончит работу. Эта работа являлась нечто большим, чем просто подарок своими руками. Это был шанс достучаться до отца, которого, казалось, ничто не могло тронуть. И Бензоли не собирался упускать этот шанс. К утру кукла была почти готова. Тейт пришивал к её голове пряжу, имитируя волосы. Лицо Бензоли было болезненно бледным, но глаза горели каким-то странным, тихим огнём. Он был поглощён своей работой, забыв обо всём на свете. Лишь тревожное чувство беспокоило его, заставляя время от времени сидеть без движения и задерживать дыхание на несколько секунд. Ему казалось, что за ним наблюдают. Но каждый раз, стоило Бензоли оглянутся, никого в комнате он не замечал. Когда последняя стежка была сделана, Тейт осторожно поднял куклу, глядя на неё с восторгом и гордостью. Она была для него не просто игрушкой. В ней была сокрыта вся любовь и надежда на одобрение отца Бензоли. Её лицо, вышитое с такой тщательностью, казалось живым. «Ему должно понравится.» - тихо сказал Бензоли и его взгляд метнулся на коробку с куклами, спрятанную под столом. Теперь всё зависело от отца. Встав изо стола, Бензоли подошёл к шкафу и начал искать подходящий наряд. Он никогда не любил наряжаться, но поскольку сегодня был особый день, пришлось перетерпеть. Искать долго не пришлось и когда он был в полном образе, Бензоли взглянул на своё отражение в зеркале и подошёл поближе, улыбаясь самому себе. Тейт замер. Что-то, похожее на силуэт человека стояло позади него, за шкафом, кроясь в тени. Он резким движением оглянулся. Никого, конечно же, там небыло. «Это лишь последствия бессонной ночи,» успокаивал он себя. Взяв с тумбы берет и надев на голову,Бензоли радостно взял куклу со стола и вновь оглядел её. Он никогда ранее ещё не был так горд собой и своей работой, как сейчас. Покинув комнату, Бензоли поздоровался с гувернанткой и спустился вниз по лестнице. В зале уже сидели гости и о чем-то оживлённо беседовали. Не увидев отца, Тейт подошёл к матери. — О, ты уже проснулся, милый. – Миссис Тейт заговорила первая, – Доброе утро. — Доброе утро, матушка. А где отец? – Бензоли вновь оглядел зал, в надежде увидеть его. — Он на улице, беседует с Мистером Эдвардом. – ответила она. — А что ты подаришь отцу? – к разговору присоединилась Джинни. Но не дождавшись ответа, она продолжила, – Вот я купила ему новые часы! — Тётя Агнес подарила ему тоже самое в прошлом году, – чуть огрызнувшись и закатив глаза, Бензоли спрятал куклу за спиной, подойдя ближе к стене. — Ну и что?! - вспылила Джинни, – Он давно их потерял! Миссис Тейт принялась успокаивать её, предлагая чашечку чая, а затем вернула свой взгляд на сына. — Так, что же ты подаришь отцу? — Я вышил его образ на кукле.. – Бензоли смущённо отвёл взгляд в сторону. — Куклу? – Джинни рассмеялась, прикрыв рот рукой. — Подарок, сделанный своими руками, – перебила её Миссис Тейт, – Лучший подарок. Бензоли слегка улыбнулся на ответ матери, а вот Джинни, фыркнув ушла в другой конец зала, завязав разговор с дальними сёстрами. Отец Бензоли, высокий широкоплечий мужчина с усталым, но строгим лицом вошёл в зал, прерывая оживлённую беседу гостей. На его лице играло что-то похожее на лёгкую улыбку. Его появление в тот же миг привлекло всеобщее внимание. — Ну что, дорогие гости. Приглашаю всех за стол! – провозгласил он, и его взгляд окинул лица всех собравшихся, останавливаясь на мгновение на каждом из них. – Надеюсь, вам приготовлено по вкусу. Гости начали занимать места. Бензоли присел не далеко от отца, держа куклу в руках под столом. Джинни, сидящая напротив с одной из сестёр не переставала шептаться и хихикать, украдкой бросая насмешливые взгляды на Бензоли, усиливая его неуверенность. Её поведение раздражало его. Он чувствовал себя маленьким и незаметным, словно его подарок, спрятанный под столом - тоже незаметен и никому не интересен. Еда была вкусной, однако Бензоли почти не дотронулся до неё. Вкус казался пресным, заглушённым волнением. Он слушал беседу взрослых, выжидая подходящий момент для вручения подарка. Но каждая попытка казалась неуместной, неловкой. Каждый раз, когда он ловил на себе взгляд Джинни, его одолевал страх и уверенность подкашивалась, готовая вот-вот упасть, словно с обрыва. Он впервые чувствовал себя таким беспомощным. В голову лезли плохие мысли и все исходные события, от чего он с силой сжимал куклу в своих руках. Из раздумий его вывел кашель отца, он, схватившись за горло, пытался откашляться, выронив вилку с кусочком мяса на ней. Дрожашими руками потянувшись за бокалом вина, а после отпив, отец наконец задышал спокойно, пока Миссис Тейт бережно хлопала его по спине. — Что ж, – Мисс Тейт поднялась со стула, оглядывая гостей. – Думаю, самое время для подарков. Она потянулась за красивой коробочкой и вручила её мужу. В ней оказался новенький монокль. Следом был подарок от Джинни. После ещё пары подарков от гостей, Джинни подошла к брату и глядела на него свысока. — А где же твой подарок, Бен? – она постаралась заглянуть под стол, однако Бензоли не позволил. — Я подарю его вечером. – Он нахмурился, глядя на Джинни. Вопрос Джинни прозвучал как приговор. Все эти дорогие, роскошные подарки затмевали его серую, скромную куклу, сделанную за одну ночь. Он представил, как Джинни, с её ехидной улыбкой будет рассказывать о его подарке своим подругам. Он представил, как отец, получив куклу, сравнит её с дорогими часами Джинни или изящным моноклем от матери. И от этих преставлений стало ещё хуже, желудок скрутило. Он не мог вынести этого позора. Бензоли уже тысячу раз пожалел о своём выборе подарка для отца. Он хотел спрятаться, исчезнуть, раствориться в толпе. Так он и поступил, проведя всё оставшееся время на заднем дворе, разглядывая жалкую куклу. Она уже не казалась ему столь привлекательной и милой, как прежде. День казался ему бесконечно долгим. Наконец, вечер наступил, окутывая всё полумраком. Все гости давно разошлись по домам. Бензоли, с тяжёлым сердцем подошёл к отцу, что сидел в кресле перед камином, читая подаренную книгу. Бензоли поставил куклу на столик рядом с отцом и отступил на шаг. Его руки дрожали, сердце колотилось от страха. — Папа, – тихо обратился он. – Это тебе. Я.. сам сшил. С днём рождения. Отец оторвался от книги лишь на секунду,едва заметно кивнув. Бензоли ждал, надеялся хоть на какую-то реакцию с его стороны, однако он даже не взглянул, вернувшись к книге. Сердце сжалось болью и лишь негромкий шелест страниц и потрескиванье дров в камине нарушали тишину. Отец, казалось, даже не заметил его присутствия, не говоря уже о подарке. Бензоли чувствовал, как в нём нарастает разочарование, смешанное с горечью. Его подарок, в который он вложил столько труда и любви, остался без внимания. Бензоли не выдержал. Всё это оказалось бессмысленной тратой времени. Его старания и надежды разбились вдребезги о равнодушие отца. Он тихо взял куклу со столика и отошёл, отпуская голову, стараясь сдерживать слёзы, что накатывались на глазах. Однако даже если он заплачет прямо перед отцом, тот и бровью не поведёт. Он быстрым шагом направился в свою комнату. Закрыв за собой дверь он просто стоял и смотрел в пустоту. Куда-то вперёд, где находиться окно, однако его взгляд ни за что не цеплялся, всё перед глазами размывалось. Сжав куклу со всей силы, он швырнул её на стол, а сам завалился на кровать, уткнувшись лицом в подушку и прижимаясь настолько сильно, что дышать было невозможно. Он пытался заглушить не только свой плач. Помимо чувства обиды, злости, разочарования и одиночества, глубоко в разуме раздавались голоса. Сначала тихо, как шёпот. Но они становились всё громче и настойчивее. «Бесполезный, ничтожный, глупый подарок, ты всё делаешь неправильно, ты недостаточно стараешься, нежеланный, неужели так тяжело быть тем, кем он хочет тебя видеть?» - Эти фразы, словно острые иглы впивались в его сердце, в лёгкие, пробирались до разума, калеча все чувства и заглушая эмоции. Голоса неслись со всех сторон, из углов комнаты, из под кровати, из самой его головы. Они были холодны, безжалостны. Они били по нему, разрушая тонкую нить надежды, которая ещё теплилась в его хрупком сердце. Он пытался заглушить их. Закрывал уши, бил себя по голове, кричал, но голоса проникали сквозь пальцы, просачиваясь в мозг. Надоедливые, словно мухи. Они повторяли всё вновь и вновь, усугубляя моральное состояние мальчика. Каждая слезинка, каждое всхлипывание, казалось, лишь подпитывало эту лавину оскорблений. Рывком встав с кровати, Бензоли схватил куклу со стола и швырнул на пол, начав бить по ней рукой. Он больше не кричал, не плакал, не испытывал никаких эмоций. Пройдясь рукой по столу, он нащупал ножницы и вонзил их в самое сердце куклы. Только после этого, он успокоился. Выпрямив спину, он смотрел на распотрошённую куклу со злобой и обидой. Вынув ножницы он кинул куклу под кровать.«Ты доволен?» – Эхом отразилось у него в голове.
— Более чем. – Ответил сам себе Бензоли, глядя на руку, что сжимала ножницы.«Ты бы хотел, что бы его не стало?»
Его передёрнуло. Бензоли окинул всю комнату взглядом. Никого. Он один, со своими мыслями. Они пугали его самого. Страх сковал Бензоли, заставляя чувствовать себя пойманным в ловушку собственного разума. Запертым в клетке своих мрачных мыслей и желаний. Каждая тень, каждый шорох казались угрозой. Он встал и начал методично ходить по комнате, проверяя каждый угол, каждый предмет, словно ожидая увидеть что-то или кого-то. Но комната оставалась пустой. Его разум метался между тревогой и спокойствием. Он чувствовал себя чужим в собственном теле. Бензоли понимал абсурдность своих подозрений, но ужас был настолько силён, что разум отказывался подчиняться логике. Подойдя к зеркалу, он пытался разглядеть себя в нём через полумрак комнаты. Подойдя ближе, его взгляд приковался в угол комнаты. Там никого не было, но Бензоли так не считал. — Кто ты? Тень быстро метнулась по комнате и он почувствовал ледяные, как у мертвеца руки на своих плечах.«Я – это ты.» – Лукавая ухмылка красовалась на лице незнакомца позади Бензоли. Он выглядел точно так же, как и он сам, не считая белых волос и чёрных глаз. – «Ты слаб, Бензоли.»
Бензоли тут же отшатнулся, размахивая руками и обернувшись, прижался спиной к зеркалу. Никого. А из зеркала резко вытянулись руки, схватив его за шею и закрыв рот ладонью, впечатывая в стену, словно пытаясь затащить в мир отражения.«Ты боишься собственной тени,» – всё не мог угомонится он. – «Собственных желаний.»
Руки резко отпустили Бензоли, оттолкнув его вперёд. Наконец, двойник предстал перед ним. Точно такой же мальчишка как и он, но сильнее и храбрее. Он помог ему встать и подвёл к зеркалу, встав позади. Двойник склонился, смотря в глаза Бензоли через отражение.«Я могу помочь тебе..» – прошептал двойник. Голос его стал мягче, ласковей, без прежней злобы. – «Я готов помочь тебе.»
В его глазах Бензоли увидел что-то, что принято считать состраданием. Или это была уловка? Он не знал, кому верить. Самому себе? Какому, себе? Граница между ними исчезала с каждой секундой и Бензоли чувствовал, как тьма внутри него отвечает на эту нежданную услугу помощи.Зажмурившись, Бензоли начал махать головой, схватившись за неё руками, в попытках отогнать галлюцинацию в виде своего альтер эго. Открыв глаза и оглянувшись, он никого уже не увидел. Бензоли нервно начал смеяться себе под нос, однако с каждой секундой смех был громче и истеричнее. Он медленно сел на кровать и укутался в одеяло, словно пытался спрятаться от того, чего он опасается.* * *
На утро отца нашли мёртвым у камина. Бензоли равнодушно смотрел как его безжизненное тело забирают. Миссис Тейт громко плакала в стороне, а Джинни пыталась утешить её, не скрывая своих слёз. Дом казался чужим, наполнений эхом чужих голосов и призрачным запахом горя. Он покинул дом не оглядываясь. Гуляя по заднему двору и смотря себе в ноги. Остановившись у беседки, он взглянул на неё. Отец никогда не был горд за сына. Он никогда не любил Бензоли. Сколько он себя помнит, Бензоли ни разу не слышал слова любви от отца. Тейт вернулся домой лишь ближе к вечеру. Он просидел весь день в беседке, с пустой головой. Без единной мысли. Он запер дверь у себя в комнате, сев за стол и потянувшись к коробке с куклами, а открыв её, увидел подтрёпанную куклу отца с иглой в черепушке. Резко откинув коробку он встал изо стола и встал напротив зеркала, пытаясь разглядеть фигуру в углу комнаты. — Это твоих рук дело? – Но ответа не последовало. – Отвечай! – Закричал Бензоли.«Не моих. Наших.» – Знакомый голос двойника послышался откуда-то позади. – «Ты сшил, а я убил.»
— Зачем.. - Голос Бензоли придательски дрогнул. Он растерянно глядел на двойника в отражение.«Ты сам этого хотел!»
— Я не этого хотел! — Бензоли резко развернулся, желая застать двойника наяву. — Я хотел внимания отца!«Ох, бедный, бедный Бензоли!» – Голос кружил в голове. – «Даже не знает своих желаний!»
— Я хотел, что бы он гордился мной, – Слова вырывались с трудом, словно сквозь вату.«И что ты сделал для этого? Сшил куколку? Нет. Ты создал идеализированную версию себя, которую хотел видеть отец. Но даже не смотря на это, он ни во что тебя не ставил. Никогда.» – последние слова прозвучали болезненным шёпотом. – «Я освободил тебя от боли. От бессмысленных желаний и целей.»
Бензоли посмотрел на своё отражение в зеркале, на лицо двойника и увидел в нём себя. Своё истинное, искажённое лицо. Двойник не был отдельным существом, он был частью его самого, тёмной частью, которая вырывалась наружу. Он подошёл к опрокинутой коробке и достал из неё чистую куклу. Взгляд медленно перешёл на иглу с гравировкой «K», что была воткнута в игрушку отца. Кукла вуду.
Примечания:
Хочу поблагодарить вас за прочтение моего рассказа. Стоит уточнить, что я лишь любитель. Данный рассказ я написал ещё год тому назад, в то время я решил что история не закончена и стоит продолжать, однако спустя время, когда мой разум был чист и свободен от этого рассказа, я перечитал и понял, что ловить с него нечего. Всю историю, что я хотел поведать, была написана и я лишь высасывал из идеи последние капли. Именно по этому я переписал весь рассказ, оставив лишь изначальную задумку и ключевые моменты. Да, к концу история Бензоли Тейта только начинается, однако сам рассказ подходит к концу и продолжение не планируется, пусть и в первой версии там куда больше разъяснений сюжета.
Для меня «Игла» - это не просто рассказ написанный мной, это первый рассказ которым я готов поделиться и именно по этому для меня он важен. Даже если для третьих лиц он окажется пустышкой, я вложил в него всего себя так же, как и Бензоли в куклу. Я искренне надеюсь, что история Бензоли произвела на вас впечатление и пробудила интерес если не с первых, то со вторых строк. Спасибо за прочтение. :)
