Осколки разбитого прошлого

Боль и холод — единственное, что сейчас ощущал двадцатилетний парень. Тяжёлые вздохи вырывались из его груди, и ощущение, будто сердце с каждым вздохом всё слабее. Он лежал на асфальте и чувствовал, как холодные капли дождя падали на его лицо, всё его тело болело. С каждой секундой ему становилось холоднее. Парень понимал, что ничего не может сделать, уже было поздно, слишком поздно. Они проиграли, злодеи захватили мир, почти все герои мертвы. От этой мысли Изуку вздрогнул, потому что перед его глазами пронеслась самая ужасная картина, которую он только видел: пелена воспоминаний о том, как его отцы, несколько недель назад, заслонили его от взрыва. Он помнил их объятия, которые были в последний раз, помнил, как их тела обмякли, как Шинсо помог ему выбраться из-под двух трупов. В тот момент ему казалось, что что-то внутри умерло вместе с его родителями. Ему было до безумия больно. Всё его тело дрожало. Сейчас был конец, это он понимал. Парень повернул голову в сторону: рядом с ним лежало мёртвое тело человека по имени Хитоши Шинсо, человека, которого он до безумия любил и который оставался с ним до самого конца. Скоро он к нему присоединится, парень это знал, так как чувствовал, что теряет сознание. Ему хотелось плакать, он всегда плакал, когда ему больно или от слишком сильных эмоций. Но сейчас он понимал, что не может, в глазах слишком сухо, ему было даже тяжело вздохнуть. В последние минуты своей жизни он подумал, что если бы у него был второй шанс, хотя бы один шанс, он бы всё исправил и не позволил случиться этой катастрофе. В следующую минуту всё вокруг расплылось, и он погрузился во тьму.

***

Изуку резко проснулся. Он тяжело дышал, всё его тело дрожало. Первые несколько секунд он был дезориентирован и не понимал, где находится. Только спустя какое-то время он смог взять себя в руки. Осмотревшись вокруг, он понял, что находится сейчас не на улице: на него не капают капли дождя, а тело Шинсо не лежит рядом, как ужасающее напоминание о жестокой потере ещё одной частички души. Изуку сейчас парень мог понять, что находится в своём старом убежище, в котором он жил ещё до того, как его усыновили Айзава с Ямадой. Парень быстро, в полумраке, нашёл включатель лампочки и сразу же, как только свет включился, его взгляд упал на календарь. Чтобы убедиться, что его глаза не обманывают его, Изуку нащупал телефон рядом с футоном. Это была старенькая модель, которую когда-то давно подарила ему его мать на день рождения. Он уже давно не пользовался этим телефоном с тех пор, как его усыновили профессиональные герои: у него был другой телефон, а этот он оставил на память. Обычно мобильный лежал бы на полке рядом с фотографией мамы. Включив телефон, зеленоволосый парень посмотрел на дату: сейчас было 20 сентября 2××× года. Эта дата была за 7 лет до того, как случился конец всего. Изуку не поверил своим глазам, ущипнул себя и, убедившись, что это не сон, начал действовать. Он сразу же вскочил с кровати. Ему срочно нужно было к Хитоши. Изуку должен был его увидеть, он был обязан убедиться, что с ним всё в порядке. Но почти сразу остановился: «Если я сейчас пойду, вломлюсь в квартиру Хитоши и его родителей, меня точно не поймут. И посчитают, что я свихнулся. А в данный промежуток времени с ним всё должно быть в порядке. Да, с ним точно всё должно быть в порядке. Дождусь утра и уже тогда, стараясь не вести себя странно, удостоверюсь, что он в порядке», – подумал Изуку. Глубоко вздохнул и лёг обратно на футон, через какое-то время поняв, что уснуть у него всё равно не получится. Он встал с футона и сел за стол, взял блокнот и начал рисовать, чтобы отвлечься. Рисование помогало ему успокоиться. Изуку заметил это ещё тогда, когда родители были живы. Шота и Хизаши были самыми лучшими родителями, о которых он только мог мечтать. Он хотел сейчас же пойти и отыскать их, но не мог, потому что это бы выглядело очень странно. Сейчас они почти не знакомы, если верить дате в календаре. Парень сам не заметил, как на страницы его блокнота начали капать слёзы. Боже, как же он хотел обнять своих родителей, прижаться к груди, послушать сердце и удостовериться, что они живы! Но сейчас нужно подумать о другом... Зелёноволосый парень, пока рисовал, вытерев слёзы, начал размышлять, стоит ли ему кому-нибудь рассказывать о том, что он из будущего: «Айзава и Ямада сразу же вылетают из этого списка, потому что сейчас я максимально эмоционально не готов с ними встретиться. Я просто не выдержу и уверен, что расплачусь, и это будет выглядеть странно. Шинсо и его родители, скорее всего, посчитают, что я ударился головой где-нибудь и несу какой-то бред. С Немури мы в это время ещё плохо знакомы, с Тоей тоже пролёт, а Кейго помимо того, что будет волноваться, так ещё в добавок расплачется прямо как Хазаши». Изуку вспоминал тот период, когда Кейго ломал свою маску шута и досконально проверял его на наличие травм, оправдываясь тем, что «Вы не понимаете! Изу мне как младший брат». «Ночноглаз просто проигнорирует мою просьбу посмотреть в будущее, чтобы подтвердить слова мои, и отправит в больницу, как и практически все герои, с которыми я знаком. Единственный вариант – это Цукачини, но для того, чтобы рассказать ему всё, нужно, чтобы я всё говорил словами. А сейчас я не могу этого сделать, потому что практически ничего не слышу. Я смогу это сделать только тогда, когда у меня появятся слуховые аппараты. Или тогда придётся звать о‌т‌ц‌а‌ Айзаву, а с ним опять же я не готов видеть. Это тупик. Что же делать...?» Этой ночью он так и не смог уснуть...

***

Утром первым делом зелёноволосый парень оделся и сразу же пошёл по знакомой дороге в котокафе. Как же он скучал по этому месту! Тут пахло выпечкой и кофе. Такой знакомый запах, от которого на душе сразу стало спокойнее. Когда он переступил порог кафе, его окружили кошки. Они всегда любили зеленоволосого парня. Он присел на колени и погладил котиков, а затем посмотрел вперёд и увидел за стойкой Хитоши. Земля ушла из-под ног. Весь мир перекосило. Он замер, вцепившись взглядом в лицо человека, с которым он ждал встречи больше всего. Губы, боже, эти губы, в последний раз он видел их в тот кошмарный день, они были синими и холодными, эти губы, которые когда-то дарили ему тепло. Изуку ощутил, как из глубины живота медленно, неотвратимо поднялась обжигающая волна. Внутри всё оборвалось и закрутилось вихрем. Дыхание сперлось, стало частым и поверхностным, воздух обжигал горло, но не доходил до лёгких. По спине, как электрический разряд, пробежал холодный пот, мгновенно сделав кожу липкой и ледяной. В висках застучал тяжёлый молот, и всё вокруг поплыло, он с трудом устоял на месте, казалось, ещё чуть-чуть, и он больше не сможет собрать себя воедино. Но снаружи — тишина. Абсолютная. Только кожа стала мертвенно-белой. Только глаза, невероятно широкие, вобрали в себя всё: каждый вздох, каждое движение живых губ, каждый лучик света в знакомых глазах. Он окаменел, словно статуя, застывшая на грани между прошлым и настоящим, между кошмаром и явью. Он встал и попытался сделать шаг, но ноги стали ватными. Попытался поднять руку — пальцы задрожали. Всё его тело отказалось слушаться, парализованное этим столкновением двух невозможных реальностей. Внутри бушевал оглушительный рёв паники, горя, невероятной надежды — и ужаса перед ней. А снаружи — лишь бледная тишина и взгляд, который уже не мог оторваться.  Он до безумия хотел подбежать и обнять Хитоши, но не мог даже пошевелиться, прошла, кажется, вечность. Когда он наконец смог с собой совладать, Шинсо заметил его странное поведение, и было видно, что он обеспокоен. Изуку увидел, как тот что-то говорит на языке жестов, но не мог разобрать, потому что его взгляд был устремлён только в фиалковые глаза. Парень помотал головой, чтобы прийти в себя, и максимально быстро прошёл через стойку, зайдя в комнату для персонала, чтобы переодеться в рабочую форму. Ему понадобилось ещё какое-то время, чтобы прийти в себя и осознать, что это действительно не сон и все живы, но перед глазами снова появилось лицо парня, который еще недавно был мёртв. Изику кажется, что никто в этом мире не сможет понять его облегчение, он был готов упасть прямо там и забиться головой об пол от истерики. Ему все еще казалось, что это подлая игра его больного мозга, он очень сильно боялся, что стоит ему моргнуть, как всё рассыпется, и он больше никогда не сможет увидеть Шинсо, ощутить его прикосновения, больше никогда не сможет прочитать по его губам слова любви, и это пугало его. Он почувствовал, как глаза опять начали слезиться, паника опять взяла своё, и он начал чувствовать, как в комнате не хватает воздуха, еще чуть-чуть и он перестанет дышать, ему сейчас очень хотелось бросить работу, не выполнять заказы и просто спрятаться от всего мира в объятиях своего любимого единственного человека, его родственной души, и больше никогда не чувствовать тот страх, который он испытал, увидев перед собой практически живого мертвеца. Ему было чертовски жутко, он чуть не выблевал содержимое своего желудка, он чувствовал, как земля начала уходить из-под ног, голова начала кружиться, но он решил, что надо прекращать так реагировать, одного раза хватило, чтобы не привлекать лишнего внимания, чтобы не беспокоить Шинсо, поэтому он как можно быстрее постарался взять себя в руки и решил наконец-то выйти из раздевалки, он не мог там оставаться долго, он еще должен выполнить свою работу, он все еще чувствовал, что вот-вот заплачет, но сдерживался. Когда он переоделся, начался просто обычный рабочий день, парню очень хотелось спать, кажется, прошлая ночь не прошла без последствий, и это заметил Хитоши, который спросил у него на языке жестов: – "Что с тобой? Ты рассеянный какой-то. Что случилось? Ты опять что ли не спал всю ночь?" – беззвучно спросил один, плавно двигая руками в чёткой пластике жестов. – "Да, я ночью был на патруле. Но в своё оправдание хочу сказать, что я спал целых 30 минут! Хоть и не подряд, но ты даже сегодня не такой уж размытый!" – с лёгкой улыбкой ответил веснушчатый парень, его пальцы ловко вычерчивали фразы в воздухе. Врать Хитоши было нелегко, но Изуку не мог по-другому объяснить, почему сегодня он такой сонный. Его пальцы дрожали. Он до сих пор не мог до конца поверить, что это всё правда и он находится в прошлом. Парень уже собирался получить подзатыльник – он шутливо наклонил голову, будто заранее принимая наказание, – но их диалог внезапно прервал звонкий колокольчик на двери. Звук, чистый и резкий, оповестил о пришедшем посетителе. Оба парня разом обернулись на звук и замерли, уставившись на человека в дверях. Время словно остановилось: фигуры парней застыли в полуразвороте, взгляды прикованы к силуэту на пороге, а в воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим звоном колокольчика, постепенно затихающим в пространстве. У Изуку перехватило дыхание. На пороге стояла Полночь. Тётя Немури, живая, не мёртвая. Он пытался не подать виду, что что-то не так, это было очень тяжело. Девушка подошла к двум парням и поприветствовала их: – Здравствуйте, мальчики. Можно мне, пожалуйста, два капучино и один эспрессо? Изуку пришлось читать по губам, так как он не очень хорошо слышал слова девушки. Парень краем глаза заметил, что Шинсо сразу же начал выполнять заказ, а затем он понял, что взгляд героини направлен на него. Было очень неловко. Хотелось её обнять, но он не мог: – А что у вас за кассой делает ребёнок? – спросила Полночь, указывая на него. Почему-то сразу после того, как он прочитал эти слова по губам, всё желание обнять тётю испарилось. «Я достаточно взрослый, чтобы работать здесь! И я не ребёнок», – ответил парень жестами чуть надувшись и увидел, как лицо девушки исказилось в удивлении. Шинсо же слегка посмеивался, наблюдая за этой ситуацией. Немури стало неловко, и она, немного помедлив, ответила на языке жестов: «Прости, я не знала, что ты не слышишь, ты выглядишь таким маленьким. Вот я и подумала, что ты ребёнок...» Изуку не нашел, что на это ответить, и как раз в этот момент Шинсо уже закончил делать заказ и поставил его на стойку. Каяма сразу же забрала кофе и, попрощавшись, ушла. Было видно, что ей неловко. Тем временем Хитоши повернулся к зелёноволосому парню: «Ты в порядке? Ты выглядишь бледным», — спросил он на языке жестов.

***

Всю дорогу до работы Полночь не могла выбросить того парня из головы. Стыд разъедал её изнутри. Она была уверена: если бы можно было вернуться в прошлое и что-то изменить, воспользовалась бы этим шансом, не задумываясь, остановила слова, так легко слетевшие с её языка. Девушка не хотела его обидеть — просто не подумала, и эта оплошность теперь мучила её. Единственное, чего ей хотелось сейчас, — рухнуть на землю и кричать от осознания собственной глупости. Но она была взрослой, к тому же её могли увидеть ученики, направляющиеся в школу. Внешность мальчика говорила сама за себя — жизнь его явно не баловала. Он был худым, невысоким, кожа почти обтягивала кости. Глаза выдавали усталость, казалось, ещё мгновение — и они утонут в тёмных провалах под ними. Бедный даже не мог нормально поспать, ей стало очень жаль его. Волосы — неопрятные, тусклые, хотя и тёмные. Одежда висела мешком, почти касаясь пола; было видно, что вещи старые, но аккуратные — в отличие от волос. Немури сразу поняла: за ними он и не пытался ухаживать. Они походили на солому и, казалось, рассыплются от одного прикосновения. Наверное, его просто никто не научил заботиться о себе — и девушку снова кольнула совесть. Возможно, у него никого не было, или родителям было настолько всё равно, что они не объяснили ему даже простых вещей. Щёки Немури вспыхнули — нет, ей определённо не следовало раскрывать рот. Боже, что же теперь делать? В памяти тут же всплыл человек, который ни за что не допустил бы такого. Он тщательно ухаживал за своими волосами, регулярно делал восстанавливающие маски. Увидев его, Хизаши наверняка сразу повёл бы мальчонку в салон. Немури нервно усмехнулась этой нелепой мысли и, наконец дойдя до входа в здание, немного успокоилась. Встретив в холле нескольких учеников, которые радостно с ней поздоровались, она окончательно пришла в себя, ответила им улыбкой и направилась в учительскую. Немури поставила стаканы с кофе на стол перед Ямадой и Айзавой. — В следующий раз за кофе идёте вы. Я так устала из-за этой чёртовой истории, что даже не верится. Скажите, как можно извиниться перед человеком эффективнее? Просто «прости» явно недостаточно. Оба перевели на неё взгляд. Хизаши решил спросить, что случилось, а Айзава, по обыкновению, лишь удивлённо приподнял бровь. — Вы себе не представляете, что произошло со мной в кофейне. Я встретила мальчика — который выглядел как бездомный котёнок. В её голосе слышалась грусть. Воспоминание снова отозвалось головной болью. Вздохнув, она опустилась на своё место, устроилась поудобнее и продолжила: – Он работал там. В этом кафе я обычно вижу одного парня с фиолетовыми волосами — он мне знаком, —поэтому, заметив незнакомого мальчика, я удивилась. Сначала я по ошибке приняла его за ребёнка: на вид ему не больше десяти лет. Боже, мне так неловко!К тому же, похоже, он плохо слышит: общался на языке жестов, но при этом умел читать по губам. Это меня по‑настоящему шокировало и заставило почувствовать себя ужасно не по себе.