Это просто что-то, чтобы я могла высказаться

Я снова тут, и снова с новостями. Сегодня день рождения моей младшей сестры, ей исполнилось восемнадцать. Она планировала встретиться с подругами в ресторане, к слову я там тоже должна была быть. В моих планах было подарить ей кое-что важное, то, о чем мы мечтали два года назад. У меня есть суперспособность — помнить важные детальки, и собирать из них подарок. И я вспомнила, что однажды мы хотели вместе сделать парные тату. Нашла эту переписку забытую, прочитала, и поняла, что времени у меня очень мало. У неё послезавтра свадьба, а ещё через два дня после неё уезд в Питер. Кошмар. Я решила, что во чтобы то ни стало я обязана воплотить это желание в жизнь. И, слава всему, получилось, завтра идём в салон. Да, я понимаю, рисковано, но с другой стороны, когда ещё? Когда ещё мы сможем, когда времени не осталось совсем. Если говорить обо мне, то я... Я не знаю. Я начала параноить, немного. Такое бывало, но от нервов я начала чесаться. Это ужасно, конечно...Вот просто бывает, особенно в последние дни. Почешешь, и, всё. Я нервничаю очень часто, особенно из-за подруги. Я, ей не пишу, не стараюсь писать. Я оставила за ней право выбора, потому что последнее сообщение было за мной. Она молчит, в сети не была два дня. Конечно я проверяла, ведь, как ни крути, мы очень привязаны друг к другу. Ну... Я надеюсь, что она не выбросила меня из жизни, решив что я тварь. Мы поругались перед этим молчанием, причём, остро. Она возомнила, что не писать и в целом ни о чем не спрашивать, говорить — это взрослая дружба. Ало, какая блять взрослая дружба? Это называется эгоизм, писать только тогда, когда ей будет удобно и когда я ей буду нужна. А когда я ей не нужна, что тогда? Не писать? Как удобно устроилась. Меня это не устроило. Мы дружим на расстоянии четыре года, а она ведёт себя так, будто бы мы вовсе не были столько знакомы. Я к ней летала два раза в гости. И в первый раз было очень страшно, я работала как проклятая в семнадцать лет. Мне платили ничтожно мало, но я упорно откладывала каждую копейку, лишь бы исполнить мечту, цель. Она сказала мне тогда, что я ей не доверяю. Скажи, а лететь через всю страну, с юга на север, не зная человека в лицо, не видя его, гореть страхом в еле восемнадцать, и всё равно прыгнуть в неизвестность – не доверие? А писать по ночам о своих страхах, своих болях, о своих слезах – не доверие? Говорить о том, как я её очень люблю, что она один из самых важных людей в моей жизни... Я понимаю, что напортачила сама, да, но я это признала и исправить было бы не пыткой. Я пыталась это сделать, но ей было будто плевать. Почему? Она не видела моей боли, погрязла в себе, в своих заботах, решив что меня можно убрать на задний план, выбросить мою боль. Понимаю, обвинять её в проблеме это тоже эгоизм, но почему тогда я отдаю ей всё без остатка, всегда отдавала, когда ей было тяжело? Сувала свои проблемы в жопу, и была сильной, ради неё. Как обидно. И сейчас она упорно не замечает меня, когда все мои мысли, сейчас уже реже, но всё же, о харакири. Боже, она даже не представляет, ЧТО со мной на самом деле. А если бы я так и пропала однажды, то что. Она бы не узнала? Продолжала жить спокойно? Всё больше хочется проверить и увидеть исход. Знал бы ты, как мне тяжело, кто бы ты ни был. Ничего не хочу, я снова наедаюсь, плачу по ночам, нет сил сходить и вымыть своё тело. Меня больше никто не ждёт, я чувствую себя не нужной.