Лавстори 412

      Воздух в комнате наполнен запахом пота от немытых тел, два экрана мерцают в темноте. время давно потеряло счет, оно ушло далеко за полночь. Георгий, будучи величайшим ценителем доты, получал от нее эмоции, иногда позитивные, изредка негативные. На данный момент, в силе был второй вариант. Он яростно бил по клавиатуре, приговаривая что-то про "Джизуса", его внимание было полностью сосредоточено на игре. В эту же секунду, Дамир, его сожитель и друг, совсем не смотрел в свой монитор. Его взгляд скользил по волосатому телу Георгия, который сидел без футболки. Жирный ублюдок заметил устремленный на него взгляд, но не подавал виду. В последнее время, между ними что-то зарастало. То, что нельзя пощупать, нельзя описать словами, нельзя сказать об этом вслух. Дыхание спиралось само по себе, мурашки бежали по коже. Его внимание начало отдаляться от доты, понемногу перемещаясь в свои собственные мысли. Он все думал, как бы ему намекнуть. Георгий мечтал о том, чтобы Дамир совершил с ним грязные действия, но не мог признать этого. Ведь его жизнь это рок-н-ролл, полное забвение и свобода. Но к сожалению, его сущность желала не анархии, а душевного покоя рядом с любимым человеком.       Дамир наконец понял, что его взгляд задерживается дольше чем нужно. Он быстро отвел свой взор. Дамир: ну что, доиграл? Давай регнем вместе, покажу тебе своего фирменного финда. Жора: Дэмир, сука, как я могу тебе отказать?       Они запустили игру, их взгляды изредка перемещались на никнеймы и аватары друг друга, словно чувствуя притяжение. Сама игра началась отлично, величайший игрок на моче неплохо отстоял свою линию, тем временем центральный коридор был вынесен Дамиром, ведь его навыку игре на пожирателе душ не было равных. Ганги и совместные убийства поднимали мораль. Но ближе к тридцатой минуте, в команде произошел разлад. Георгий не нажал перекачку во время одного из выходов вражеской команды на него. Было ли это ошибкой игрока на моче, или же сбоем и без того убитой механической клавиатуры, уже не важно. Ведь этот момент привлек внимание Дамира. Жора: так, блять, это пиздец. Ебаные шакалы не дают жить. Дамир: шакалы в твоей башке не дают тебе нажать перекачку, и заработать мои законные 20 птс. Жора: во имя Джизуса, ебаная клава не может справиться с моими сардельками. Дамир: ...я бы справился как минимум с одной из твоих сарделек.       Время в комнате замирает. Весь 412 замирает. Эти слова вырвались сами по себе, как неуместный каламбур, каких было много в этой компании. Но сейчас они звучали тепло, невероятно честно. Даже немного по пидорски. Жора на секунду замер, чувствуя как его пальцы застывают над сломанной механической клавиатурой. Эти жалкие 20 единиц рейтинга не значили ничего, по сравнению с этой густой, рожденной по случайности тишиной, наполненной лишь глухим треском 1050. Глаза Дамира застывают, он понимает что сказал что-то неправильное, он наклоняется, и смотрит в сторону Жоры. И его дыхание схватывает. Георгий смутился, по настоящему. Его глаза уже не смотрят в монитор.

***

      Движение. Всего одно движение, и наушники 1050 овнера летят на стол. Дамир встает из-за компьютера, Жора не отстает. Их движения синхронизируются, создавая ураган эмоций. сначала это выглядит как неумелая борьба двух парней. Но это превращается в танец языка тела. Они смотрят друг на друга, закидывая руки за плечи. Их глаза горят безумием. Из снятых наушников слышно редкие реплики Морфлинга. Но их глушит синхронный стук их сердец. Дамир: боже, что мы творим...? Жора: не знаю, но мне нравится...       Вопрос, заданный шепотом не сбивает их ритма. Поцелуй. Первый, страстный поцелуй в их совместной жизни. Тела просятся ближе, словно пытаясь впитать друг друга. Желание становится неимоверно большим, пока Жора ласково толкает Дамира на его койку. Он нависает над ним, очки лежат на полу, запах пота сменился чем-то сладковато - химическим, словно раскрывая это желание. Руки Георгия скользят прямо в шорты Дамира, словно это их законное место. Он нащупывает его пенис, лобковые волосы, небольшие тестикулы. Дамир отвечает тем же, он хватается за пах Жоры, создавая вокруг него легкое давление, словно приглашая...