NO ALASTORS ALLOWED

      Замечательный день в Аду должен был начинаться с замечательного кофе. По счастью, чтобы получить кружечку, Люциферу не было необходимости приводить себя в порядок и спускаться к кофемашине, или благодаря чему там грешники готовили свое богомерзкое варево. По его велению золотистая турка закрутилась в воздухе, нагреваясь сама по себе. Когда кофе был готов, он перелился в чашку, которая приземлилась на блюдце, стоявшее рядом с Люцифером.       Довольно улыбнувшись, он сделал первый глоток.       В обычное время Люцифер предпочитал чай, но он поддался дурному влиянию постояльцев Чарли и решил попробовать. Пока что ни о чем не пожалел.       Не без труда, но Люцифер прижился в этом месте. Перевез самые важные вещи, построил себе целую башню и наслаждался жизнью. Он общался с дочерью, ему даже прислали подарки, чтобы поздравить с переездом!       Все шло идеально.       Громкий треск заставил Люцифера втянуть голову в плечи и поморщиться. Он резко посмотрел в сторону источника звука и удивленно вскинул брови. Он не помнил, чтобы привозил за собой радио. Не то чтобы у него в целом оно было, он предпочитал заниматься эскапизмом без дополнительных приспособлений.       Немного потрещав, радио стало звучать лучше, но механическая хрипотца и шорох помех не исчезли до конца. Люцифер знал только одного радиоведущего в Аду. Он скрестил руки, с вызовом посмотрев на ни в чем неповинный приемник.       «Приветствую всех заскучавших жителей Пентаграмм-сити!»       Ну конечно.       Люцифер надменно фыркнул и отвернулся. Он с занятым видом переставил несколько деревянных фигурок, которые вырезал совсем недавно и в скором времени собирался раскрасить. У него все было отлично и без идиотских новостей от Аластора.       Подтянув к себе одну ногу, Люцифер натянул безразмерный свитер на колено и лег щекой на мягкую шерсть. Не сказать, чтобы ему было особо тоскливо, разве что совсем чуть-чуть…       – Я дам тебе шанс.       Аластор из приемника не ответил. Он продолжил щебетать о том, как какие-то грешники поотгрызали друг другу головы и как это уморительно было. Он лишь вскользь упомянул отель. Рассказал, что в этом месте у него с губ не сходит улыбка.       Шумно выдохнув, Люцифер подтянул к себе заготовку для утки и взял узкую стамеску.       «Что ж, кажется, Фил не хочет появляться в моем подкасте! Какая жалость! Твой фальшивый скулеж и так слышен по всему Аду!»       Насколько Люцифер понял, Аластор просто издевался над другими грешниками в прямом эфире, иногда делая сатирические рекламные вставки и прерываясь на короткие музыкальные паузы. Ничего другого от него Люцифер и не ожидал. Он начал вырезать на груди утки сложенные лапки. Он не совсем отдавал себе отчет в том, что делал, просто поддался промелькнувшему вдохновению.       «Не забудьте попробовать выпечку у Мэнди в Каннибальском городе. Уверяю, вы себе языки пооткусываете! Ха!»       Люцифер не понимал этой тяги грешников к насилию. Он подцепил с тарелки несколько орешков в сахарной пудре и закинул в рот. Можно было только догадываться, кто был в выпечке у Мэнди. Фу, Люцифер ни ногой туда не ступит.       Когда передние и задние лапки были готовы, он взял небольшой кусок древесины, который собирался выкинуть, и вырезал из него пару аккуратных рожек.       Не таких, как у Аластора, разумеется. Эти были не острыми и милыми.       «Один мой знакомый говорил, что все мы с вами никчемные, но, ха, а как же он сам оказался в Аду? О, это долгая история, банальная и слишком тупая».       Приподняв голову, Люцифер глянул на радио, словно то нанесло ему личное оскорбление. Ему же не показалось?       Сукин сын.       С особой мстительностью Люцифер вырезал еще и малюсенький хвостик, который казался пушистым, пусть и был сделан из дерева. Он был мастером своего дела.       Аластор болтал без умолку, рассказывал чужие истории, и когда он перестал бросаться в Люцифера завуалированными фразочками, стало в целом сносно. Пару раз он даже улыбнулся от шуток, хотя на его вкус они были неоправданно грубыми. Но эй, Аластор же не указывал ему, как вырезать зверушек?       «У меня есть пятнадцать способов следить за тобой».       Слова Аластора были вырваны из контекста, но Люцифер встрепенулся, когда обратил на них внимание. Привычка слишком погружаться в собственные мысли давно была с ним. Учитывая, что в последнее время он все больше был один, ему это не мешало. А Аластор, наверняка, обращался к очередному грешнику, которому не повезло перейти ему дорогу.       – Попробуй, придурок, – зачем-то он все равно ответил.       Надменно хмыкнув, Люцифер начал смешивать краски.       Его кофе давно кончился. Он и сам не заметил, что слушал Аластора почти все утро. Когда они общались не лично, и когда Аластор не пытался строить из себя «папочку», его можно было посчитать сносным.       «Честно? Я бы попробовал на вкус твои слезы».       Фраза прозвучала прямо посреди песни. Люцифер красил маленького олененка, сосредоточенно пытаясь передать фактуру. Рука с кисточкой замерла. Он перевел взгляд с фигурки на радио.       Теперь ему действительно становилось не по себе.       Осторожно положив все на стол, Люцифер встал с кресла и медленно подошел к радио. Немного посмотрев на него, он расслабил плечи и покачал головой. Возможно, Аластор решил поиграть с ним. Слишком высокого мнения о себе стал, раз оказался под одной крышей с королем Ада.       Без какой-либо жалости Люцифер выключил радио и вернулся за стол. Осталось совсем немного, а дальше эту игрушку придется придать священному пламени, потому что никто не должен знать о том, что она была создана руками Люцифера.       «Напоминаю! Не забудьте заглянуть в отель нашей принцессы – Чарли Морнингстар! Не обещаю вам искупление, но здесь бесплатное пойло!»       Люцифер вздрогнул от звука включившегося обратно радио. Он почти ляпнул черной краской на глаза.       – Сукин сын! – Не сдерживая себя, он призвал огненный шар и отправил тот точно в коробку, откуда доносился голос Аластора. Радио разбилось в дребезги. Люцифер вздохнул и встряхнул рукой. Он упрямо уставился перед собой. Ладно, возможно он отреагировал немного… Чересчур. Но Аластору не стоило действовать ему на нервы.       «Надоел мой голос, Ваше Величество?»       – Так и знал, что ты подслушиваешь. Какого хрена это радио еще работает?       «Оно не работает».       Голос точно доносился от обломков.       – Тогда почему я тебя все еще слышу?       «Обернитесь».       Комок жара ухнул вниз по пищеводу. Люцифер ощутил, как его руки и ноги окоченели. Напрягшись всем телом, он медленно повернулся в кресле. Как назло, в его комнате почти не было света. Тревожно сглотнув, он оказался лицом к лицу с темнотой.       – Какого…       – Добрый вечер! – Глаза Аластора вспыхнули перед ним двумя красными фарами.       – Сука! – Люцифер подпрыгнул на месте от неожиданности, он почти призвал еще один огненный шар, но успел сдержать себя и только сжал кулаки. – Тебе совсем заняться нечем?!       – Мм~ Да.       Тени стянулись к ногам Аластора и освободили люстру. Теперь его можно было лицезреть во всей красе. Очень доволен собой, разумеется.       Люцифер покачал головой, он хотел отмахнуться от демона и отправить заняться чем-нибудь полезным, но за секунду до того, как повернуться, он вспомнил, что широкая спинка кресла прятала то, над чем он работал последние часы. Нет-нет-нет, это недопустимо.       – Так, а… Кто вообще разрешил тебе сюда заходить?       – Не видел таблички «вход воспрещен».       – Это тебе не проходной двор.       – А я думал вам понравилось болтать со мной. Какая досада.       Аластор заложил руки за спину и сделал несколько шагов в сторону. Люцифер пододвинулся в эту же сторону, продолжая мешать обзору на стол.       – Зачем ты притащил сюда свое допотопное радио?       – Каждый номер в этом отеле снабжен им! Я лично их расставлял.       Более глупого занятия Люцифер и представить не мог. Разве что сделать из дерева фигурку своего соперника. Да, тут он точно победил.       Хмыкнув, Аластор прошел в другом направлении. Люцифер незамедлительно последовал параллельно ему. Под хитрющим взглядом он начинал понимать, насколько по-детски вел себя. Ему не нужно было прятать несчастную поделку. В конце концов, он король Ада или какой-то мелкий имп? Грех Гордыни! Ничего в этом мире не могло его заставить почувствовать себя неправым. А любое его действие имело смысл.       Поэтому Люцифер мог просто взять и сжечь к чертовой матери весь стол позади себя.       Уверенный в себе, он поднял ладонь, вокруг которой появилась огненная змея. Развернувшись, Люцифер швырнул ее на стол. За несколько секунд пламя сожрало все: инструменты, краски, другие заготовки и уже готовы поделки. С самодовольным видом он повернулся обратно к Аластору.       – Удивительное уродство, – демон стоял, склонив голову к плечу и разглядывал маленького красного олененка, которого держал двумя пальцами.       – Чт… Ах ты!       Вне себя от возмущения, Люцифер подскочил с кресла и попытался выхватить поделку, но Аластор вытянул руку вверх и посмотрел на него с самым издевательским видом. Люцифер озлобленно оскалился, вмиг отрастив острые рога.       – Ты думаешь, я не могу поставить тебя на колени?       – О нет, – притворно вздохнув, Аластор изобразил страх, но все же опустил руку и протянул ему проклятого оленя. – Только не злись, папочка.       Люцифер подавился собственным возмущением. Никто кроме Чарли – и ее милой подружки – не смел его так называть. Он отправит Аластора в такую глубокую задницу, из которой тот уже не выберется.       Громко рассмеявшись, Аластор упал на землю черной тенью. Олененок упал следом, и его рога разлетелись в разные стороны.       – Ты еще его и сломал!       Веселье Аластора ощущалось слишком хорошо. Люцифер наступил на его тень, но она играючи поползла от него к выходу. С громкими обещаниями устроить ад в Аду и оторвать руки, Люцифер гнался за ним, пока тот не скрылся в длинном коридоре, все так же мерзко похихикивая.       – Попадись мне еще, – пыхтя от возмущения, Люцифер вернулся в номер.       Он поднял несчастного олененка. Раз уже ему повезло пережить инквизицию, которую Люцифер устроил на своем рабочем месте, то он заслуживал, чтобы его починили. Самое худшее уже случилось – Аластор увидел этот маленький символ симпатии. Отвратительно.       Починив олененка, Люцифер положил его в подарочную коробку и щелчком пальцев отправил в радиорубку.       На следующий день, когда Аластор пришел, чтобы высмеять короля за его инфантилизм, его встретила табличка «Аласторам вход воспрещен».       Можно подумать, ее появление хоть что-то меняло.