Гнездышко в метель

— Ром, ну это бред, — Сказал омега, сидящий на кровати напротив альфы. Тот выдохнул, смотря на Тошу. — Это просто глупость, этот, как ты говоришь, инстинкт с гнездованием у омег давно утрачен, да и мы ж не в каменном веке. Вон альфы по природе охотники, но что-то я не наблюдаю, чтоб ты охотился на животину. — Петров демонстративно скрестил руки на груди и повернул голову к окну, мол «не хочу ничего слушать». Альфа выдохнул. Как они вообще к этому пришли? Антон всегда был очень скептичен насчет гнезд, для него это была такая глупость, он всегда говорил, что это должно было остаться в прошлом у людей, все-таки не так давно начался 21 век. Вообще омеги гнезда делают в течку, а могут и в беременность, обычно из тех вещей, где витает природный запах альфы, что-то вроде безопасного места для спаривания и для потомства. А сейчас же омеги могут делать гнезда из вещей любимого, главное, чтоб был природный аромат. Также могут и в течку, но бывают случаи, причём нередкие, что омеги гнездятся, когда альфа находится далеко и довольно долго, да даже в той же армии. Для Антона же это глупость, бред и далее по его списку. Ну не может он этого принять, мол «сейчас-то это зачем?». Рома помнит, что когда подруга Тоши делилась опытом, как сама того не замечая, начала гнездиться в вещах любимого, Антон смотрел на неё с изогнутой бровью, но промолчал, к счастью. И сейчас, когда они случайно подняли тему скорого уезда Пятифанова, то разговор плавно перешёл на эту тему, и тут началось. Омега высказал все свое мнение и о том, что течку там проводить неудобно (ну он, конечно, не проверял), и о том, что сейчас в этом нет никакой необходимости, и вообще это как-то странно. Рома все спокойно выслушал, иногда вздыхая, он же считал это достаточно милым и довольно прикольным, сам факт, что омеге комфортно спать в том месте, где есть природный запах альфы, Роман считал очень умилительным и приятным. Он даже задумался о том, что если бы вдруг Тоша все-таки построил гнездо, то Пятифанову было бы очень приятно. Но что есть, то есть. — Всё, Тох, проехали. — Рома притянул к себе Антона, обнимая и целуя в висок. — Я вот что спросить хотел, присмотришь за домом, пока нас с мамой не будет? — Без проблем, Ром. — С улыбкой сказал омега.

***

— Не сильно скучать будешь? — Спросил Антон, обнимая парня. Они стояли на автобусной остановке до ближайшего города и ждали автобус, который должен был скоро приехать. Рома же закатил глаза на вопрос. — Буду, Тош, буду, целых четырнадцать дней с тобой не видеться. — Ромка драматично выдохнул, а Тоша хихикнул и поцеловал альфу в лоб. — Я тоже по тебе скучать буду. Обещай звонить. — Тоша убрал снег с черной шапки Ромы. Сегодня снег шел белыми пушистыми хлопьями. Было не очень холодно. Пятифан стоял в своей кожанке, Антон в бежевой куртке, а Маргарита Светлановна, мама Ромы, в длинном темно-фиолетовом пальто. Женщина с улыбкой смотрела на мальчишек и повернула голову посмотреть, не едет ли автобус, а автобус-то и приближался к остановке. Маргарита положила руку на плечо сына, тот, увидев автобус, быстро чмокнул Антона и сказал кое-что напоследок. — Тош, прошу тебя, пожалуйста, пожалуйста, не вляпайся никуда и в лесу один не гуляй, как ты это любишь делать. — Антон с улыбкой кивнул. — Пока, Рома, до свидания, Маргарита Светлановна. — Мать и сын зашли в автобус, и тот через секунд тридцать тронулся, а Антон, еще чуток подышав морозным воздухом, направился домой, домашку-то никто, к сожалению, не отменял.

***

За окном снег валил, солнце не было видно, и еще ветер плюсом поднялся. Пятифановы уже как неделю уехали, Антон уж очень скучал по парню, ему его так не хватало, хоть об стенку головой бейся, еще и такая холодная погода, тоска не отпускала Тошу. Они, конечно, созванивались каждый день, но этого не хватало, хотелось обнять и залезть под одеяло вместе с любимым, и так лежать и разговаривать ни о чем, согревая друг друга. Выдохнув, Антон приступил к алгебре, открывая упражнения, заданные учителем, и начиная решать уравнения, это было не очень-то и сложно. Из комнаты сестры послышались звуки музыки, а позже и голоса персонажей, видимо, сестра решила посмотреть мультики, из кухни же слышны голоса матери и отца, они о чем-то разговаривают, смеются, просто идиллия. Когда уже Антон закончил с домашним заданием, вдруг неожиданно даже для себя очень захотел проведать дом Пятифановых, поэтому, сказав маме, и одевшись потеплее, он вышел из дома и пошел в сторону поселка. Неуютно, конечно, было проходить через лес, когда уже наполовину стемнело, жаль, отец опять по делам уехал сорок примерно минут назад. Ветер и снег усилились, попадая на очки омеги, из-за чего приходилось чуть ли не каждые десять минут снимать и протирать их, чтобы хоть что-то видеть. Антон невольно вспомнил, как решил таким же вечерком прогуляться по лесу «недалеко от дома». Ходя по лесу, он случайно наткнулся на Рому, тот очень сильно разозлился, что Тоша в темноте вышел из дома, так еще и один. «Ты совсем мозги отморозил, а если маньяк какой-нибудь или дикий зверь?» — говорил он, таща омегу до дома. На лице Петрова показалась теплая улыбка, прикрытая голубым шарфом, он почти дошел до посёлка, вон виднеется фонарный столб. Дойдя до дома своего парня, Антон вынул ключ и открыл дверь. Зайдя в дом, включил свет и разделся. Он решил для начала затопить печь, а то он окоченеет сейчас, потом полил цветы Маргариты на подоконниках. А еще протер осевшую пыль в доме, попутно разглядывая некоторые семейные фото Ромы с его мамой. Ему очень нравилась одна фотка, где был шестилетний Рома уснувший и свернувшийся в комочек, пока тётя Рита гладила его по голове, ему эта фотка всегда казалась милой, Рома же только цыкал, мечтая снять это фото со стены, но мама не позволяла. Перед тем как уходить, Антон заглянул в комнату парня. Омега присел на застеленную кровать, в комнате витал запах его альфы, запах кофе с корицей. Петров взял лежащую подушку и уткнулся носом в неё, запах не был такой сильный, но хорошо чувствовался, феромон дарил спокойствие и чувство безопасности, он окутывал, даря тепло в этот холодный вечер. Омега заметил висящий на шкафу шарф, который альфа носил в особо холодные и ветряные дни. Петров его снял, взял подушку и уселся на пол напротив кровати, что стояла около входа, кладя зеленый шарф на подушку. Он открыл шкаф парня и взял несколько кофт, Господи боже ж ты мой, Антон начал строить гнездо! Тоша на секунду остановился с кофтой в руках, которую хотел положить справа от подушки, щеки чуть покраснели. Он делает это первый и последний раз в жизни своей, да тем более Рома только через неделю вернётся, никто не узнает. Продолжив строить гнездо, он вынес одну четвёртую шкафа Ромы, а еще парочку подушек. Петров будто на инстинктах старался все раскладывать аккуратно и очень бережно. Тем временем снегопад за окном сменился метелью, и, дабы мама не волновалась, он сказал, что остался у Полины, а сам продолжал делать гнездо,мысли были разные от «какого лешего я это делаю» до «Да плевать, никто не узнает». Но несмотря на все, гнездышко получилось очень-очень уютным, а главное, его со всех сторон словно кокон окутывал феромон Ромки, даря тепло, спокойствие и умиротворение, будто его сейчас обнимает сам Ромочка. Петров лег на одну из подушек, на которой как раз лежит шарфик, а другую взял и прижал к груди. Он снял очки и положил их рядом, лег в позу эмбриона, вдыхая феромоны и медленно засыпая в своем логове. Пока метель выла за окном. *** Тоша сквозь сон почувствовал, как его легонько трясут и зовут. — Тош, Тошенька, проснись. — Этот голос он сразу узнал и, открыв глаза, увидел размытый силуэт Пятифана, потом вспомнил, что альфы тут в принципе быть не должно. — Погоди, Ром, вы что, на неделю раньше приехали? — Непонимающе смотрел он на него и, находя очки, надев их, он увидел широкую, идиотскую улыбку на его лице. — Ага, скажи классно, я не стал тебе говорить, хотел сюрприз устроить, и, видимо, не зря. — Он обвёл глазами то, что тут устроил он вчера. Антон распахнул глаза и прикрыл рот рукой в ужасе. Да, против него сама судьба! По-другому он это не объяснит. И что делать теперь? — Ром, это не то, что ты подумал, я просто... — Он замялся. — Я сейчас все уберу. — Он отвернулся и хотел быстро схватить что-нибудь и начать убирать, как его схватили и притянули к себе, а потом и поцеловали в висок. — Не смей убирать, такое событие. — Почти промурчал Рома, обнимая парнишу и пятернёй гладя его белоснежные волосы, но не удержался от того, чтобы подразнить его любимого Тошу. — Ром, это бред, глупость, нафига это вообще мне не надо? — повторил он писклявым голосом, за что получил по бедру. — Ай, прости, не удержался. Антон даже не знал, сказать и как оправдываться, разве что сказать, что он пьяный был, но в это Ромка поверит меньше, чем в гнездо. Мама Ромы с чем-то возилась внизу. Рома чуть отстранился и тюкнул Тошу в нос, от чего тот зажмурился и улыбнулся. — Тош, это ты так сильно по мне соскучился, что ли? — Омега кивнул, а Пятифанов усмехнулся. — О Господи, как же ты меня с армии ждать будешь? — Выдохнул он, а парень лишь плечами пожал и поцеловал альфу в щёку. — Тош, птичка моя, а пустишь меня в гнёздышко свое? — Он нежно улыбнулся, а Тошенька активно закивал и чуть отодвинулся, давая проход своему парню, он залез в гнездо и лег на одну из подушек, сразу же утягивая за собой и Тошку, утыкаясь ему в нежную шею, вдыхая его феромоны. Они так пролежали минут десять в обнимку, пока Рома не заговорил, вновь нарушая тишину. — Тошенька, строй гнёздышко свое почаще, прошу тебя. — А Тошенька на это кивнул. Кто ж знал, что это так приятно, лежать со своей парой в гнёздышке в обнимку?