Прусско-немецкая жизнь князя лиса.

28 января 1933 года. Вечер в квартире одного из компании, Германа, который был слегка пухлый, но милый на вид и безобидный сам по себе, учился на врача,а фамилия была у него кажется Кляйн. В этот вечере все как обычно сидели за столом и пили скотч, только Пауль как всегда выторговал себе шампанское, так как он категорически отказывался пить более крепкий алкоголь или вообще пить. Пауль расположился на стуле рядом с Германом и Генрихом, отпивая из бокала шампанское и слушая разговоры, когда тема разговора перешла... -А всё-таки эти американцы вообще оху... Обнаглели.Нас ограничили во всех военных аспектах, во флоте, армии, я уже не говорю о том, сколько надо выплачивать! Вот бы устроить им всем, этим гадким победителям реванш.-Это говорил Август, он вообще был падок на такие темы и разговоры, когда выпьет лишнего или когда он просто выпьет. Герман слегка, в нерешительности слабо кивнул, пряча лицо за чашкой с чаем, отводя взгляд нерешительно-мягких глаз, опустив голову, остальные затихли, а Пауль заметно напрягся, выдохнув через нос, словно бык, готовящийся к атаке на матадора, из-под лобья бросив взгляд на Август, отпивая больше шампанского.Остальные переглянулись, но не решились что-либо ответить, а Генрих обеспокоенно посмотрел на своего друга, чувствуя напряжение в комнате после этих слов. Пауль осмотрел присутствующих, прежде чем заговорить спокойно и тихо, без присущей Августу резкости в словах. -Это ещё нужна смелость, чтобы совершить такое действие и желание, а говорить может кто угодно, даже простая лягушка или рыба может говорить об этом, а не действовать, так чем же мы отличаемся от других людей, которые точно также относятся к этому? На этот вопрос можно не отвечать.-Пауль всегда добавлял эту фразу после таких вопросов, риторических вопросов, явно зная что найдётся кто-нибудь чтобы ответить. В комнате повисла тишина, слышно было как работают шестёрки в голове Августа или как шуршит ткань рубашки Германа или как Пауль редко дышит, привычка из прошлого, которая не дает ему покоя от их друга врача.Кляйн откашлялся, прерывая гнетущую тишину в комнате, решив разбавить обстановку какой-то шуткой, когда Август неожиданно встал из-за стола, а потом секунду спустя послушался болезненный звук Пауля, а вслед этому испуганный крик Германа, который ненавидит насилие в любом виде, он даже на драки смотреть не может. Так вечер и подошел к концу, неожиданно и довольно болезненно, но под пьяные крики возмущения Августа о том, что Пауль последняя сволочь, его выпроводили на улицу, домой, а сами в оставшейся компании остались сидеть дома. За несколько минут драки Вольф показал что он честный кодет своего военного училища и что не отлынивал от занятий, но сейчас на кухне Герман обрабатывал синяки и несколько ссадин, а также разбитый нос. –Не стоило так говорить... Он ведь пьяный, ты сам знаешь, а там т все остальное дело техники и времени, ну или разговора.-монолог Германа был прерван шипением Пауля 'осторожнее.' когда тот слегка сильнее надавил ватным шариком на ссадину.Герман пробормотал что-то, сильно похожее на 'извини' продолжая обрабатывать ссадины после драки. Вильгельм был всё ещё тихим, он будто потерял дар речи после слов Пауля, но сейчас обдумав их получше, он решил что его друг говорит правильные вещи и сейчас они не больше чем какой-то лепет.