Ловец мечт

Каникулы в этом году были особенно скучные. Гарри не знал, что с Дурслями – возможно, они постарели, а возможно, просто устали ругаться на мальчика, ну или слово «крёстный» и имя «Сириус» в одном предложении что-то им вправило, но факт оставался фактом: его теперь почти не замечали. Домашние дела, конечно, никто не отменял, но работать в тишине, а не под споры с дядей, а потом уворачиваться от его подзатыльников или без переспоривания тети, было, несомненно, уныло. Поначалу было веселее – выводить из себя Дадли было единственным шансом на спасение от скуки, но вскоре его лишили и этого – родственники по дядиной линии пригласили «Дадличка» к себе в город, и Гарри откровенно заскучал. Всё по кругу: уборка, сад, магазин, готовка. И Гарри, конечно же, пробовал скрашивать свой досуг, он пытался дерзить, пытался разбудить в родственниках их старую душевную искру и ярость, что так полюбилась ему в них, но всё было тщетно. На разбитую чашку тетя Петунья только закатила глаза, а на плохо выкрашенный забор лишь нахмурилась... С дядей дела были не лучше, он больше не пытался его наругать или переспорить. Он больше не называл его поганым мальчишкой! Дело было совсем плохо... Гарри уже в третий раз тер вилку тряпочкой, моя посуду. Он раздумывал о Хогвартсе, о друзьях. Вскоре эти унылые каникулы закончатся, и он снова сможет наслаждаться жизнью в школе – там уж точно скучно не станет, один Малфой чего стоит. Гарри с улыбкой вспомнил первый курс, как Рон и Невилл набивали Малфою и его двойке лица, очень жалко, что он не принял в этом участие, но Гарри с удовольствием посмотрел на это с воздуха, попутно пытаясь не упустить снитч. Как он не заработал тогда косоглазие, для Гарри остается загадкой, но он явно пытался насладиться всем и сразу: прекрасным зрелищем, которое он ещё долго представлял в своих лучших снах, и полет за снитчем. Мальчик медленно домыл посуду, подмёл в доме. Тетушка сготовила ужин, и вскоре они втроём уже сидели за столом. Дядя читал газету, а потом обсуждал новости с Петуньей, возмущенно жестикулируя руками. Гарри даже не прислушивался, ковыряя в своей тарелке ложкой. После ужина дядя пошел смотреть телевизор, а тетушка убежала читать журналы. Гарри медленно вымыл посуду, а потом постоял на кухне, раздумывая, что же ему делать. Учебники он прочитал ещё в июне, все книги в доме тоже были прочитаны его грустным взглядом, Гермиона бы им гордилась. Так что делать было нечего. Вздохнув, Гарри тихо подошёл к дивану, на котором развалившись сидел дядя Вернон, и сел рядом, начиная смотреть с ним телевизор, думая о том, до чего же он опустился. Через минут двадцать они уже яростно обсуждали противников их любимой команды, а дядя даже спросил, не сможет ли Гарри сделать «эти свои штучки» через экран, на что тот с сожалением покачал головой. Вечер прошёл, и Гарри со вздохом зашел в спальню. Сна не было ни в одном глазу, и он уселся в кресло, отчаянно размышляя. Скучно было очень, а решение, как себя развлечь, так и не приходило. Полетать на метле? Гарри не хотел вылететь к началу школы из команды. Похитить младенца?.. Это что ещё за Пожирательские мысли! А может... Мысли кончались подобно сдувающемуся шарику, и Гарри вздохнул. В последнее время он часто вздыхал, и это ему совершенно не нравилось. – Гарри, думай... Ты же не тупой мальчик, да? Правильно, не тупой... – устало бормотал Гарри, пытаясь вызвать вдохновение на приключение или шалость. – А что если... – глаза мальчика загорелись торжеством, и он, вскочив с кресла, бросился к письменному столу, чиркая что-то на пергаменте. – Ты умнее, чем кажется, – похвалил он сам себя, хмыкая. – Надеюсь, будет хоть чуть-чуть, но весело. Довольная улыбка на его лице всё сказала сама за себя, Гарри пошёл спать