Seven minutes in Haven

Маринетт спокойно выдохнула, этим долгим выдохом она хотела выгнать из своего тела всю тревогу, в горле уже набухал ком. Ей так не хотелось сейчас плакать от собственной глупости и сожалений. - Маринетт, все хорошо? - из-за угла коридора вышла Зои, на ее губах была виноватая улыбка, которая так не шла ее роскошному вечернему платью. - Прости пожалуйста Зои, я сейчас вернусь, прости пожалуйста за это, надеюсь я не испортила тебе праздник, с меня большой пакет папиных круассанов! - Маринетт, пожалуйста не говори так, я здесь, потому что Адриан очень расстроился, он хотел пойти за тобой, но я не дала, думаю это было бы хуже. Так что у вас случилось? Почему ты убежала? - Я... Я сама не до конца понимаю, мне стало так плохо и тесно в этом темном шкафу, - Маринетт говорила тихо и робко, прекрасно понимая, что Зои прекрасно понимает, что это неправда. Зои хотела продолжить разговор, копнуть глубже, но ведь на самом деле это не ее дело, это личное для Маринетт, у неё должно быть есть причина ухода с этой темы. То, что Зои была новенькой ее часто расстраивало и сейчас снова наступил один из таких моментов. Ей не посчитали нужным рассказать о своих истинных чувствах, с Алией Маринетт так бы не поступила. Она чуть приобняла подругу и улыбнулась ей, а потом ушла. Зои было как-то суетно от этой недосказанности, Маринетт конечно не обязана, но это злило. Она не попросила вернутся, посчитав это некрасивым, хотя хотела. Именно ее она больше всего хотела видеть на празднике. Зачем было все так портить? Маринетт сжала и разжала кулаки, но гнева совсем не было, так, тоска с тянущимися из глубины слезами. - Маринетт, что ты себе позволяешь в моем доме? Адриан мой и ты не имеешь права с ним так обращаться, - из-за дверей номера быстро вышла Хлоя, в руке у нее был ещё полный бокал, а на языке стандартный бред. Дюпен-Чен взорвалась моментально: - Я ухожу, Хлоя, и пожалуйста заткнись, комната Зои и Адриан не твоя собственность, - Маринетт то ли кричала, то ли рычала, Хлое было достаточно просто быть, чтобы рождать в ней самые низкие порывы. - Ты не можешь со мной так разговаривать, забыла свое место Дюпен-Чен? - Просто отстань от меня. Маринетт ушла к лифту, ковер заглушал шаги, оставляя только звонкие глупости Хлои, но Маринетт сдерживала дыхание, повторяя мысли об успокоении в голове. Ей нельзя аккуматизироватся, глупо конечно думать, что обойдется без этого сегодня, но это должна быть не она. Спустившись, она шла по слабо освещенному холлу, держась за сердце. Нужно было уйти в туалет и поговорить с Тикки, но так не хотелось. Она сидела на диванчике последи полупустого первого этажа, за стойкой работник царапал ручкой бумагу, скорее всего делал пометки в документации, доносился шум кондиционера около главного входа, кожа дивана мерзко скрипела от малейшего движения. Маринетт слишком чутко ощущала все это, даже как будто заставляя себя концентрировать внимание, но это не отвлекало от эмоций, а добавляло. Попытки убежать от бури ее притягивают и усиливают. "Только бы не аккуматизироватся! Не сейчас, не поэтому, не я. Алья со своими операциями, я же просила так не делать, я же говорила, что собираюсь перестать его любить, что мне нравиться Супер Кот. Адриан все портит, рядом с ним я теряю контроль, я говорю глупости и так волнуюсь, что буквально идеальная цель для Бражника," - переборки мыслей в голове и их сортировка что-то среднее между систематизировали и распыляли эмоции. - Маринетт прости пожалуйста меня, я не очень понимаю, что сделал не так, но жалею об этом. Давай поговорим, - она и не заметила как подошёл Адриан, он выглядел смущённым и... напуганным? - Все хорошо, я... - она активно замахала руками, натягивая улыбку и запинаясь дважды в трёх словах. В этот момент здание содрогается, а за окнами в пол и стеклянными дверями, где и так было темно становиться совсем черно, - Мне срочно нужно идти, поговорим потом. Дюпен-Чен произносит это скороговоркой и бежит в сторону лифта, до туалета далеко, а нужно срочно перевоплотиться. Она слышит как громко истерично женский голос зовёт ее по имени. Дело совсем плохо. Маринетт забегает в открывшийся лифт, почти выталкивая полуночного посетителя отеля. Двери закрываются чуть больше чем на половину и оказываются закрытыми полностью, прежде чем она успевает закончить фразу: "Тикки, давай". Только тогда она замечает, что вместе с ней в лифте оказывается Адриан. Он не мог не пойти, сердце жгло тревогой и даже когда он услышал крик злодея и почувствовал как напрягся Плагг, не стал бежать превращаться. Аккуматизированный злодей звал Маринетт. Да, сейчас он может и должен убежать, перевоплотиться и помочь подруге, увести в безопасное место, лучше всего из здания. Но Адриан Агрест не делает этого, он бежит за ней, потому что когда, если не сейчас. Он должен спросить иначе момент будет упущен и возможно никогда не повторится, их отношения отдаляться, рассыпятся. Он забегает в лифт и видит, как на искаженном горечью и напряжением лице Маринетт материализуется маска Леди Баг. - Адриа! - только она начинает кричать его имя как Агрегат закрывает ей рот рукой. - Маринетт, я знаю что ты здесь, на первом этаже, иди ко мне, откройся мне, я, Утешитель, тебя не обижу, - голос настолько громкий, что Адриан чувствует как будто он звучит прямо в его голове. - Ну же, я стану тем, кого ты послушаешь, к кому приедешь, - голос злодейки меняется, становиться как будто это говорит Алья, а потом и он сам. Адриан смотрит в глаза Маринет - Леди Баг и понимает, что шутка Альи про семь минут в раю превратились в настоящий ад. Он и поверить не мог, и предположить в самом странном сне, в самых глупых догадках, в которые не давал себе углубляться. Его любимая, та, которой он так восхищался и есть Маринетт. Светлая прекрасная Маринетт, настолько добрая, милосердная, понимающая, что была буквально лучиком в тяжёлые времена. Она кусает его за палец, злая и робкая, как будто только что уронила что-то хрупкое и дорогое, а в глазах слезы. Она вдыхает прежде чем закричать наверное супершанс, но Адриан целует ее. Накрывает нее губы своими, чуть оттягивая верхнюю губу и переминая. Адриан ужасно боится, боится, что она оттолкнет, что сам издаст хоть звук или она закричит и тогда их услышит злодейка, боится слез. Его глаза закрыты, он не может поверить как будто не видел этого буквально только что. Маринетт неловко отвечает на поцелуй, превращая его во французский. Адриан как Супер кот прекрасно осознает что ему нельзя этого знать и пожалуй этого делать, что Плаг под рубашкой уже точно в обмороке, что шансы на апокалипсис за авторством Бражника взлетели до небес, но он уже это сделал. Он открывает глаза и чувствует как Леди Баг обнимает его сначала робко, а потом так крепко как может. Леди Баг любит его? Стойте, Маринетт любит его! Это буквально невозможно ни в одной из реальностей, она ведь они так долго дружат, она такой светлый человек. Но тут он понимает. Именно поэтому она не хотела играть в предложенную Альей игру, именно поэтому так смущалась и тяжело дышала, от этого неловко молчала, как будто он сделал что-то плохое, просто подмигнув, чтобы приободрить. Мозг очень быстро все понимал и рационализировал, но на то, чтобы осознать и поверить определенно нужно было больше времени. Перед глазами промелькнула эта странная, пожалуй даже кринжовая сцена. Большая часть вещей выброшена на ближайшую кушетку, буквально пара рубашек Зои запинается когда Маринетт хочет опереться о стенку шкафа. Она хочет слиться с мебелью или просочиться и выпасть с другой стороны стенки шкафа. Вешалки милодично позвякивают друг о друга. Света крайне мало, буквально узенькая щёлочка, очерчивающая границу между ними, когда Адриан протягивает руку она как будто светиться. - Маринетт, если я тебя смущаю мы можем просто, - Адриан теряется, он пытается сделать вид, что не напуган и знает что делать в такой неловкой ситуации. - Нет нет, не нужно, я... Это наверное просто не для меня, знаешь я не очень... В этот момент Адриан совершает ошибку. Он не понимает ее слов и не совсем знает стоит ли и как углубиться в эту тему. Возможно Маринетт с чем-то тяжело и он может ей помочь с этим? Смог бы он? - Маринетт, тебе кто-то нравится, ты переживаешь из-за этого сейчас? - Нет, что ты совсем нет, - она смешно машет руками, забывая что шкаф довольно мал и как будто немного уже отлетая от реальности. Наверное, Адриан этого не замечает, но Маринетт уже несёт, от страха и волнения слова сами нескладно выпадают из рта. Как будто ее мысли искусственным голосом говорит кто-то другой, - Мне совсем никто не нравиться, нет-нет, я не... как таких называют совсем забыла... Ее ощущение ужаса и страха достигает пика, ни одного злодея она так не боялась, ни за кого из друзей и родных так не переживала как сегодня просто от того, что он сидит напротив. Наедине, дыхание его можно услышать и прикоснуться, стоит только руку протянуть. Но это так далеко, только что такая активная Маринетт не может пошевелиться. Ещё какое-то время и ее сердце просто перегорит на угли. Эту секундную тишину нужно срочно заглушить иначе что-то точно произойдет. Она не даёт ему сказать, а если Адриан что-то и говорил она не слушает. Маринетт открывает дверь шкафа, резкий свет слепит. Все собрались во второй комнате номера Зои, оставив их в приватной обстановке. Маринетт нужно было максимально быстро проскочить эту комнату и пойти хоть куда, пока истерика не настигла ее прямо на месте. Так глупо было бы даже подумать, что она может быть кому-либо симпатична, тем более ему. Все эти замки на песке в виде планов, поддержка друзей и иногда такие сладкие придирчивые мечтания все это пустое. Адриан не будет с такой как она, это грустная простая мысль про которую ей стоит вспоминать почаще. Недостаточно красива, недостаточно умна, благородна и женственна. Нужно ещё постараться и может когда-нибудь, а пока это просто стыдно думать что она ему может понравится. Ему наверное противно было сидеть так близко. Да Адриан ценит ее как друга и говорит, что она ему дорога, но ведь это пока она добра и мила. Сколько раз ее чуть не аккуматизировали, когда быть доброй и милой у нее не выходило? Маринетт щуриться и ещё крепче обнимает его, так крепко, чтобы чувствовать ребра, чтобы ощущать жар тела даже через одежду. Ей хочется запомнить это ощущение, а ещё лучше остаться в этом чувстве навсегда. Ещё пара мгновений и их найдет злодей, нужно будет с ним разбираться, а потом что-то делать с открывшейся тайной, успокаивать Тикки, разбираться с Алией и Зои. Миллион дел, которые уже начинают вторгаться ей в голову. Он шепчет на ухо: - Когда все закончиться я буду ждать тебя на ступенях возле входа в школу, - это была конечно плохая идея, тут же Утешитель раздвинул двери лифта.