💖
24 декабря 2025 г., 11:00
Снег укрывает землю белоснежным покрывалом, искрящимся под яркими лучами новогодних гирлянд. Деревья и столбы украшены разноцветными огнями, создавая атмосферу уюта и тепла. Воздух наполнен ароматом хвои и мандаринов. На фонарных столбах висят сверкающие игрушки и праздничные баннеры с поздравлениями. В окнах домов мерцают разноцветные огоньки, а на балконах можно увидеть фигурки снеговиков и символы Рождества.
На улице царит особая атмосфера радости и веселья. Люди спешат по своим делам, но каждый из них на мгновение останавливается, чтобы полюбоваться красотой. Рядом на площади установлена ёлка, украшенная яркими игрушками и сверкающими гирляндами. Вокруг неё — карусели и ледяные скульптуры, создающие неповторимую атмосферу праздника.
Небольшой магазинчик парфюмерии встречает гостей тёплым светом гирлянд и праздничным настроением. На входе посетителей окутывает аромат новогодних ёлок и мандаринов, а тёплый воздух согревает замёрзших людей.
Интерьер магазина украшен в зимних тонах: повсюду сияют серебристые и золотые элементы, мерцают огоньки. На полках, помимо парфюмерии, расставлены миниатюрные фигурки снеговиков и рождественских эльфов. В центре возвышается небольшая ёлочка, украшенная шарами и гирляндами.
Юнги постарался сделать из этого места поистине волшебный магазин, где каждый может найти то, что ему по душе. Ещё с юности альфа мечтал о чём-то своём и вот, в двадцать пять лет, смог купить небольшое помещение на окраине города. А дальше дело за малым — ремонт, поиск работников, ну и, конечно же, привлечение клиентов. Он никогда не гнался за популярностью, знал, что люди сами найдут его.
Со временем магазин действительно стал известным: огромная очередь на заказы и большой список постоянных покупателей. Но была одна проблема — Юнги не успевал. Создавать парфюм, разбираться с бухгалтерией и уборкой — на это всё банально не хватало времени, а все люди, которые приходили устраиваться на работу, были не те. Никто не чувствовал ароматы так, как чувствовал он сам, а значит, приходилось чуть ли не пошаговую инструкцию составлять о том, как же создать тот или иной парфюм.
Вот только работать так было невозможно, ведь главная задумка этого магазина была в том, чтобы каждый желающий мог прийти и создать именно свой, личный аромат, а если работник не понимал ничего в этом, то как он мог помочь клиенту? Поэтому Юнги предпочитал работать сам, но в душе надеялся на то, что нужный человек найдётся.
И однажды это произошло. Ровно год назад, за неделю до Рождества, дверь магазина распахнулась, являя перед ним омегу. Он был невысокого роста, с раскрасневшимися щеками и снежинками на длинных ресницах. Светлая куртка, шапка и шарф придавали ему очарование, а маленькие ладошки неуверенно сжимались в кулачки, показывая все переживания.
После собеседования и небольшой проверки, в ходе которой Чимин, так звали омегу, безукоризненно подобрал альфе идеальный аромат, Юнги был готов пойти на все условия, лишь бы тот согласился работать с ним. Ведь Чимин подходил по всем пунктам: прекрасно чувствовал запахи, умел общаться с людьми и был настолько очарователен, что никто не оставался равнодушным. А ещё он жил достаточно близко к магазинчику и с удовольствием согласился на нужный альфе график.
С тех пор прошёл год. Год их совместной работы, которой они оба были довольны. На удивление, они довольно быстро сошлись характерами, понимая друг друга с полуслова. Клиенты были счастливы, выручки росли, а к праздникам они буквально зашивались, работая без выходных. Количество заказов било все рекорды, а список из постоянных клиентов увеличивался. Чимин прекрасно вписался в этот магазинчик, будто был там всегда, с самого открытия, и, кажется, полюбил это место всем сердцем.
И альфа влюбился. Это было делом времени. Юнги с первого взгляда понял, что этот омега не так прост. Он был не похож на других. Иногда альфе казалось, что Чимин был создан специально для него: хрупкая фигура, светлые, мягкие на вид волосы и маленькие пухлые пальчики, которыми Юнги тайно восторгался. Его делал безумно слабым тот факт, что когда омега смеялся, то его щёчки закрывали глаза так, что он практически ничего не видел. В такие моменты Чимин всегда хватался за старшего, так как заваливался куда-то в бок, словно ноги переставали его держать. А ещё омега безумно мило фырчал, когда маленький носик забивался различными ароматами.
Это не была любовь с первого взгляда. Чимин пробирался в его сердце шаг за шагом, уверенно наводя там свои порядки.
Юнги нравилось в нём всё, но особенно он обожал их «дружеский» флирт. Они общались так, будто давным-давно женаты и вместе владеют этим магазинчиком. Все их, уже общие, друзья не переставали пытаться уличить их в скрытых отношениях, а они лишь отмахивались, называя друг друга родственными душами. И это было действительно так. Иначе как объяснить тот факт, что они всегда понимали друг друга? Принимали в любых состояниях и поддерживали, несмотря ни на что? Но между ними постоянно была дистанция. Да, они могли говорить о чём угодно, могли хвататься за руки и обниматься на прощание, но на этом всё. Будто оба понимали: перейдут черту — и назад дороги не будет.
Альфа всегда замечал ответные взгляды, так что речь здесь не о безответной любви. Просто… они не торопились. Им обоим было некуда бежать. Юнги давно закрыл большинство своих потребностей, таких как: собственная квартира, машина и любимый небольшой бизнес, который приносил хороший стабильный доход. Да, конечно, ему безусловно хотелось омегу рядом, хотелось тепла и любви. В нём всегда жила необходимость дарить кому-то свою заботу и любовь. И он дарил. Дарил их Чимину.
Однажды, спустя полгода их знакомства, омега позвонил ему среди ночи и заплетающимся языком попросил забрать. Юнги был удивлён, когда навигатор показал, что ему нужно ехать на кладбище. Чимин сидел у ворот, хлюпая носом и кутаясь в лёгкую толстовку от холодного ветра, а в руке у него была полупустая бутылка вина. Стоило посадить его в машину, как слова полились потоком. Оказывается, долгое время омега жил в Сеуле. Так как отношения с родителями с детства не складывались, он сбежал в большой город сразу после совершеннолетия, но учиться не захотел, предпочитая самостоятельно обучаться искусству создания парфюма, в чём, естественно, его не поддерживали.
Спустя пять лет Чимин узнал, что его любимый дедушка погиб, и ему пришлось вернуться в Пусан. С родителями общаться он не хотел, поэтому снял комнату, а после похорон, когда уже собирался уезжать обратно, наткнулся на объявление о поиске работников. Ну, и после нескольких рабочих дней понял — уезжать не хочется. Хотелось остаться здесь, в уютном магазинчике и заниматься любимым делом с тем человеком, который его действительно понимает. Тем более, в Сеуле его ничего не держало: своего жилья не было, друзей тоже, лишь знакомые. Поэтому, недолго думая, Чимин съездил за вещами и вернулся сюда насовсем.
То, что альфа ему не безразличен, он понял спустя пару недель после первой встречи. Юнги был буквально воплощением того, что омега искал в партнёрах: спокойный, рассудительный и безумно заботливый. Он создавал впечатление человека, который уже понял эту жизнь. Альфа никогда никуда не спешил, отдавая предпочтение размеренному ритму жизни. Он не любил клубы и непонятные компании, но всегда был готов помочь друзьям — забрать их пьяные тушки или выслушать очередную сопливую историю за бутылочкой хорошего вина.
Им всегда было хорошо вдвоём, будто двум кусочкам одной головоломки, что прекрасно подходили друг к другу. Они знали, что и когда нужно сказать или сделать, а когда лучше промолчать. И оба чувствовали, что рано или поздно эти отношения перейдут на новый, неизведанный уровень. Чимин понимал, что Юнги именно тот, кто ему нужен, но торопиться не хотел никто. Им было хорошо сейчас, в моменте, и они просто ждали, когда наступит переломное событие, поменяющее их жизни.
• ────── ✾ ────── •
— Держи. Входная дверь успела лишь хлопнуть, а перед ним уже стоял Юнги, протягивая стаканчик с кофе. Тёмные волосы, как и чёрное пальто, были усыпаны снегом, бледные щёки приобрели розоватый оттенок, вторя кончику носа, который, если честно, омеге тотчас захотелось поцеловать. — Спасибо, Юнги-я, — очаровательно улыбнувшись, Чимин вернулся к составлению композиции, — оценишь? — Я уверен, что всё более чем прекрасно, — сделав глоток из своего стаканчика, Мин снял пальто и, повесив его в шкаф, вернулся к омеге. — Что смешиваешь? — Ох, помнишь ту пожилую омегу с фиолетовыми волосами? — Её не забыть, — альфа рассмеялся. — Ну вот она и заказала новый аромат, — Чимин нахмурился. — Здесь максимальное количество цветов, мой нос просит пощады. — Ох, оставил бы этот заказ мне, я ведь помню, что ты не любишь подобные запахи, — Юнги покачал головой. — Отвлекись и выпей кофе, закончишь позже, никуда они от тебя не убегут. — Хён, ты видел список заказов? Я вот вообще не уверен, что мы успеем всё закончить к празднику. — Может, поработать сверхурочно? Останемся здесь на ночь… Только вдвоём… — Вы соблазняете меня, Юнги-щи? — омега театрально распахнул губы и приложил ладошку к груди. — А у меня получается, Чимин-щи? — Конечно, кто в здравом уме откажется от такого альфы, — поднявшись на ноги, он подошёл к мужчине, ведя пальчиком по его груди. — Красивый, умный, а ещё и свой бизнес имеется. Тц! Мечта, а не альфа. — Ох, сколько комплиментов! — Юнги распахнул глаза, в которых явно прыгали смешинки — он наслаждался их маленькой игрой. — И как же вы, Чимин-щи, ещё не забрали такого прекрасного альфу себе, м? — Это невозможно! Вы мой начальник! Все будут говорить, что я попал к вам через постель! Это недопустимо для такого порядочного омеги, как я! — Чимин еле сдерживал расползающуюся на губах улыбку. — Простите, но нам не быть вместе! — Как жаль это слышать, — в следующую секунду альфа совершил то, что не позволял себе никто из них: резко сократив дистанцию, он прижал омегу к себе, обвивая тонкую талию. — Может, есть шанс, что вы передумаете? Боюсь, что влюблён в вас слишком сильно и ничто не сможет избавить меня от этих чувств. — Если вы прижмёте меня ещё ближе, то вам придётся на мне жениться! — положив ладошки на чужую грудь, Чимин наслаждался её твёрдостью. — Кто сказал, что я против? Взгляд упал на пухлые губы, и в горле вмиг пересохло. Эти розовые подушечки манили с первой встречи. Юнги мечтал почувствовать их сладость и мягкость, а волк внутри метался, скуля и прося исполнить их маленькую прихоть. Сглотнув, он поднял взгляд и увидел в тёплых глазах ответное желание. Чуть склонившись, альфа приблизился к чужим губам — и неожиданно дверь распахнулась, а в магазинчик зашла компания омег. Вздрогнув, Юнги отстранился, выпуская Чимина из своих объятий. — Добрый день, хотите подобрать парфюм? — омега поспешил к клиентам, облизнув губы и бросая на альфу хитрый взгляд, заставляя того подавиться воздухом.• ────── ✾ ────── •
— Чёрт! На светлых брюках растекалось масляное пятно, пока Чимин пытался убрать всё с себя и не порезаться об осколки. Флакончик с эссенцией просто-напросто лопнул в его руке, распространяя сладкий запах мандаринов по всему помещению, что сразу напомнило омеге о Юнги. Альфа был буквально помешан на этих цитрусовых: в его кабинете всегда стояла корзинка с ними, как и в самом магазине для всех желающих. Даже их ёлка была обвешана маленькими мандаринками. А на прошлое рождество Чимин подарил ему целый ящик этих сладких фруктов — ох, и светились счастьем глаза альфы в тот день. Штаны были безнадёжно испорчены, но ехать домой было в чём-то нужно, поэтому омега отправился в туалет, радуясь тому, что рабочий день был давно закончен. Уже не в первый раз Чимин оставался после закрытия, но обычно он был в компании Юнги. Но ещё вчера вечером альфа уехал к родителям, чтобы поздравить их с наступающим праздником и провести время с семьёй. Стянув с себя брюки, Чимин сунул их под воду, пытаясь хоть немного оттереть пятно, но ничего не выходило. Масляная эссенция въелась в ткань, и, будем честны, омега прекрасно понимал, что штаны уже не спасти, но попытаться стоило. — Эм, Мин-и? Он вздрогнул от неожиданно раздавшегося голоса альфы и, резко повернувшись, вперился в него взглядом. Юнги смотрел пристально, облизывая удлинившиеся клыки. Его грудь тяжело вздымалась, а руки были сжаты в кулаки. Аромат сандала заполонил помещение, дразня внутреннюю омегу Чимина, что сходила от него с ума. — Почему так пахнет мандаринами? — альфа тяжело дышал. Медовый феромон омеги смешался с его любимыми цитрусами, вышибая все мысли. — Хён, я… он лопнул… а я тут… и вот… — он тяжело вздохнул, — в общем: у меня в руках разбился флакончик, и вся эссенция вылилась на меня. Вот. Юнги всеми силами пытался посадить внутреннего волка на цепь и не смотреть на голые, прекрасные, гладкие ноги. Боже. Этот омега сводил его с ума. Чимин стоял в удлинённом мягком джемпере, который доходил до середины бедра, но эта медовая кожа… Хотелось упасть на колени и пометить каждый сантиметр. Целовать, кусать и сжимать. Пройтись языком по каждой родинке, чтобы сандал и мёд соединились. — Мин-и… Боже, — рыкнув, Юнги с явно заметным сопротивлением делает шаг назад, — мне лучше уйти. — Нет, — Чимин смотрит в тёмные глаза, — не уходи. Хватит бегать друг от друга, Юнги. — Чёрт. Рыкнув, альфа в два шага сокращает ненужное расстояние и прижимает хрупкое тело к себе, впиваясь в пухлые губы. Он не может остановиться, вылизывает податливый рот, играясь с чужим языком, пока его ладони оказываются на упругих ягодицах, сжимая те и протаскивая Чимина по себе. Его хотелось пометить, чтобы все знали, что этот омега занят. Закинув обнажённое бедро на свою талию, Юнги ловит его и, удобней ухватившись за аппетитные половинки, несёт в свой кабинет. Этого омегу нужно любить на шёлковых простынях, но сейчас в их распоряжении есть лишь кожаный диван, на котором Чимин часто расслаблялся после тяжёлого рабочего дня. Аккуратно опустив его на диван, Юнги скидывает с себя пальто и надоевшую рубашку, накрывая собой любимое тело сверху. Прохладные пальцы скользят под тёплый свитер, вызывая мурашки на нежной коже. Чимин тихо стонет, подаваясь ближе и закидывая руки на крепкую шею: — Я так долго этого ждал. — Я ждал не меньше, — шепчет в чужие губы, а следом накрывает их своими, сплетая языки вместе. Руки продолжают исследовать хрупкое тело, добираясь до чувствительных сосков и осторожно сжимая их. Хочется почувствовать эти горошины на языке, и, решив не отказывать себе в этом, Юнги задирает чужой свитер и наклоняется, вбирая нежную вершинку в рот. Чимин выгибается в спине до хруста, прижимая голову альфы ближе к себе, и стонет, даря наслаждение чужим ушам. Его грудь терзают, мягко прикусывая и засасывая нежные бусинки, пока сильные руки сжимают тонкую талию, оставляя следы от пальцев. — Хён, не медли, — Юнги отрывается от сладких комочков и смотрит на распластанного омегу под собой, — прошу. Их запахи смешиваются, создавая идеальную композицию. Альфа оставляет в голове пометку — создать подобный аромат. Чуть отстранившись, он избавляется от своих джинсов вместе с бельём и, наклонившись к омеге, стягивает боксеры и откидывает куда-то в сторону, тут же вновь накрывая желанное тело собой. Юнги чувствует, как гладкие ноги оказываются на его спине, пока он с каким-то бешеным удовольствием сминает пухлые ягодицы, вылизывая медовую шею. Клыки царапают нежную кожу, а Чимин стонет, вплетая в тёмные волосы короткие пальчики, прижимая альфу ближе. Юнги делал всё так, как он любит, одаривал огромным количеством внимания. К сожалению, прошлые его партнёры никогда не уделяли достаточное количество времени прелюдии, которую так любил Чимин. Но сейчас, под этим мужчиной, он рассыпался на атомы от удовольствия. Юнги прикасался к нему везде, выцеловывал шею и грудь, оставляя свои метки. Он буквально не оставил чистой кожи, как помешанный помечая омегу. И Чимину это нравилось. Нравилось то, как тихий и спокойный альфа выпускает звериную сущность и заявляет свои права на него. Нравились сильные ладони, оставляющие после себя следы. Нравилось всё, что с ним делали. Но сейчас ему не хотелось ждать. Чимин хотел почувствовать в себе толстый, увитый венами член. Он нещадно тёк, заливая диван, а под ягодицами была лужица смазки, которая вытекала из него ароматными сгустками. Внутренняя омега скулила, прося альфу повязать их. Поэтому, притянув Юнги ногами ближе, Чимин повёл бёдрами, ощущая тепло и тяжесть чужого возбуждения своей кожей. Оторвавшись от опухших сосков, альфа посмотрел на него и, увидев в любимых глазах согласие, аккуратно вошёл в узкое колечко мышц, рыча от удовольствия. Омегу выгнуло в сильных руках, а громкий стон вырвался из груди — Юнги с первого толчка попал по простате и, прижавшись к пухлым губам, начал увеличивать скорость, порыкивая в поцелуй. Толстый член идеально растягивал тугие стенки, позволяя почувствовать каждую венку на нём. Звук хлюпающей смазки и шлепки тяжёлых яиц о покрасневшие бёдра смешались, а звонкие стоны и тихое рычание дополняли их. Вцепившись в широкие плечи, Чимин оставлял красные полосы на бледной коже, откидывая голову от наслаждения, выстреливающего импульсами по телу. Остановившись, Юнги перевернул несопротивляющегося омегу на живот и, поставив его на колени, огладил мягкие ягодицы. Чуть разведя их в стороны, он прорычал от открывшейся ему картины: розовая припухшая дырочка быстро сокращалась, а густая смазка стекала по бёдрам. Стоило Чимину прогнуться и тихонько проскулить, как альфа вновь вошёл в него, сразу беря быстрый ритм. Он чувствовал поцелуи на спине и крепкую хватку на талии, пока толстый член буквально вдалбливался в него, сбивая смазку в пену. Собственное возбуждение билось о плоский живот, а мыщцы сокращались. Омега с наслаждением вдыхал их смешанные феромоны, пока Юнги, рыча, входил в него размашистыми толчками, принося неимоверное удовольствие. Чуть склонившись, альфа поднял Чимина, поставив на колени и прижимая к себе за тонкую талию. Он рычал во влажную шею, слизывая капельки пота и кайфуя от вкуса омеги. Откинув голову на сильное плечо, Чимин открыл больший доступ к нежной коже, а почувствовав укус рядом с пульсирующей жилкой, громко и протяжно простонал и кончил, сжимая член альфы в себе. Хрупкое тело обмякло в его руках, пока Юнги входил в тугое, пульсирующее колечко мышц, наслаждаясь ребристыми стенками. Омега тихо поскуливал ему на ухо, хватаясь ослабевшими руками за шею, и, стоило Чимину прижаться к тонким губам в мокром поцелуе, как альфа, прорычав в распахнутый рот, вбился до конца и кончил, заполняя его горячей спермой. Уложив омегу на себя, Юнги нежно поглаживал обнажённую спинку, параллельно выцеловывая подставленную шею. Неожиданно зазвонил телефон, и Чимин, тут же завозившись, вскочил с альфы. Найдя смартфон, он поднёс его к уху. Спустя пару мгновений его лицо стало озадаченным, губы поджались, а глаза увлажнились. Весь вид омеги буквально вынудил Юнги подняться и осторожно прижать его к себе, позволяя уткнуться лбом в своё плечо. — Мин-и? — дождавшись, пока Чимин сбросит звонок, он тихо заговорил. — Что случилось? — Хозяйка звонила, — он сильнее вжался в альфу, обвивая руки вокруг талии, — говорит, что нужно выселяться из комнаты. — Почему? — У неё сын приехал и решил остаться здесь, а у нас даже договора аренды нет, поэтому у меня есть один день на сбор вещей и освобождение комнаты, — тихо вздохнув, омега отлепился от Юнги и принялся одеваться. — Чёрт. У меня же брюки все мокрые и в масле. Простонав, он опустился на диван, закрывая лицо руками, как вдруг почувствовал поцелуи на своих ладошках и, убрав их, прижался к любимым губам своими. — Давай так: ты сейчас наденешь свои спортивные штаны, которые наверняка лежат в твоей сумке, — глаза Чимина округлились, и ему пришлось подавить в себе желание закатить их от собственной глупости, — затем я отвезу тебя и мы вместе соберём твои вещи. А потом поедем ко мне. По пути, кстати, нужно будет заехать в магазин, а то в холодильнике нет ничего, кроме баночек для Гупи. — Ты знаешь, что ты лучший, да?• ────── ✾ ────── •
Уже сидя на кухне альфы и поглаживая кота, устроившегося у него на коленях, он не мог отвести взгляд от Юнги, пока тот готовил им ужин, увлечённо рассказывая про поездку к семье. Чимин пытался понять — что делать дальше? Они переспали, но так и не поговорили. Это была разовая акция или они теперь пара? Он точно нравится альфе или Юнги просто не смог сдержаться? Ему нужно искать квартиру или он должен остаться здесь? Эти и десятки подобных вопросов заполонили его голову. — … а потом мы все переоделись в набедренные повязки и начали призывать гигантских муравьёв, чтобы они построили нам новый дом, — Юнги наблюдал за омегой, что задумчиво кивал его словам, смотря куда-то сквозь него. — Чимин, ты меня слушаешь? — М? — переведя взгляд на альфу, он нахмурился. — Каких ещё муравьёв? Что? — Ты уже минут десять сидишь с отсутствующим выражением на лице, — убавив огонь на плите, Юнги подошёл и сел на корточки у его ног. — О чём задумался? — Я… Чимин смотрел в тёплые глаза напротив и боялся произнести мысли вслух. Вдруг Юнги не захочет отношений с ним? Да, им хорошо вместе, но настолько ли хорошо альфе, как ему? Чувствует ли он тоже самое? — Ты ведь знаешь, что можешь мне всё рассказать? Юнги мягким прикосновением большого пальца высвободил покрасневшую губу из зубов, оглаживая пострадавшую подушечку. Чимин всегда начинал кусать губы, когда нервничал или задумывался, из-за чего и так пухлые губы часто казались ещё больше. Взяв чуть влажные ладошки в свои, он мягко посмотрел на омегу. — О нас, — Чимин наслаждался тёплыми ладонями, которые нежно сжимали его руки. — Я не знаю, что думать, если честно. Мне немного страшно от того, что будет дальше. Я не понимаю и… — Я влюблён в тебя, причём очень давно, и ты это знаешь. Если ты не против, то я хотел бы стать твоим альфой, — Юнги улыбнулся, видя сияющие глаза омеги. — И да, я буду счастлив, если ты останешься здесь со мной и Гупи, он явно влюблён в тебя не меньше меня. — Да! — громко вскрикнув и испугав бедное животное, Чимин бросился альфе на шею, покрывая поцелуями всё лицо. — А на что именно да? Ну, я так, для проформы хочу уточнить. — На всё да, Юнги-я. Ярко улыбнувшись и уложив ладони на мягкие щёки, альфа прижался к любимым губам в поцелуе, радуясь тому, что наконец-то его холостяцкая квартира пропитается ароматом мёда, а любимый омега будет засыпать и просыпаться рядом. Он получил свой самый лучший и долгожданный подарок, который теперь точно никуда не отпустит.
