Серый Волк

Нью-Йорк. Бруклин. Подполье. 26 ноября 2025 года. Большой кабинет, чьи стены были отделаны тёмным деревом. На потолке висела дорогая люстра, чей свет, не слишком яркий, освещал подпольный мир. Стол, старый, но видавший многое, был покрыт бумагами и документами, явно созданный для работы. На полу лежал красный ковёр, стилистика которого напоминала классический советский ковёр на стене. На стенах висели картины с семьёй: парень лет 15-ти, отец на 36 и мать на 34. Чуть ниже, на инвалидной коляске, изображён старик с впалыми глазами и седой головой, полной морщин. Это был дед — основатель русской мафии.  В воздухе скользил запах кубинских сигарет, дорогих духов и неимоверного напряжения. Будто само определение пафоса снизошло на землю и обрело свойство пахнуть. Прохлада, идущая с открытой двери, ознаменовала начало. Начало войны.  В кабинете сидели два человека. Белый элитный пиджак с красным галстуком, белые брюки и чёрные туфли — Артём Воронов Алексеевич, или же «Отец». Глава русской мафии, ныне действующий наследник. В руках он держал кубинскую сигару, с довольным лицом покуривая её. Чёрные очки подчёркивали его положение, доказывая его статус.  Другой человек был одет чуть менее дорого, но со своим стилем. Удобный чёрный свитер с красным узором на груди в виде двух револьверов, синие джинсы и кроссовки. На лице читалось спокойствие, смешанное с уверенностью. Алекс Мерсер, или же «Шрам». Он стоял спиной к стене, деловито положив руки на грудь.  В комнату зашли три человека. Женщина среднего возраста с ало-красными волосами и помадой на губах. Одета в яркую шубку, чёрно-синие штаны и красные каблуки. Глаза, горящие страстью, так и норовили выпрыгнуть. Походка уверенная, можно даже сказать шальная.  Следом вышел чернокожий мужчина с небольшим седым пучком волос на макушке. Широкие плечи, массивные руки — он точно ходит в спортзал. Чёрная рубашка, брюки и туфли. Просто, но со вкусом. На правой половине лица татуировка в виде змееподобного узора. Взгляд холодный.  Последним зашёл худощавый паренёк. Во рту был чупа-чупс, одет был в самую обычную белую майку, шорты и кроссовки. Взгляд ленивый, будто он ожидал более радушного приёма.  — Шрам, где остальные? — спросил недовольный голос Артёма.  — Остальные заняты, но прибудут, — ответил Алекс, рассматривая гостей.  — Хорошо, а Ангел Смерти принял контракт?  — Нет, он отказался. Якобы отпуск, но он ведь дед старый, скорее всего, он того… крякнул, — с улыбкой на лице проговорил Алекс.  — Ну-с, добро пожаловать в дом, друзья! Я хотел бы узнать вас поближе… Ведь у нас война, — протянул Артём медленным голосом.  — Нет необходимости. Вы ведь читали анкеты при найме, да? — басистым голосом спросил чернокожий.  — Да, но в жизни стоит знакомиться… по-другому, знаешь ли. Меня зовут Артём Воронов Алексеевич. Рад знакомству.  — Зубери Шабалала. Рад знакомству тоже, — ответил Зубери, оглядывая команду.  — А как в кругах называют? — спросил Артём, и так зная ответ.  Громила вздохнул.  — Много как. «Мародёр из Нигерии», «Призрак Саванны» и «Несущий геноцид».  — Пафосно. А ты, миледи?  — Мишель Гарсия. В кругах меня называют — «Рыжая бестия», «Улыбка» и «Страшная женщина», — сказала Мишель бархатным голосом.  Внезапно раздался смех.  — Пхахах, «Страшная женщина»? Хорошее чувство юмора у того, кто тебя так назвал, — рассмеялся парень с чупа-чупсом во рту.  — Хорошо, а тебя как? — спросил Артём немного раздражённо.  Паренёк сделал деловой вид. Нос кверху, глаза смотрели снисходительно.  — Я — потомок семьи наёмников, которые занимались наёмничеством аж целых 6 поколений. Меня звать Сухбат Энхбаяр! Кличек не имею, ибо это моё первое задание…  Артём резко изменился в лице. Улыбка слезла и резко ушла, отдав место недоумению.  — В смысле? А почему в анкете у тебя указано количество миссий и кликуха «Обдолбанный», а?  Сухбат расхохотался. Остальные напряглись, готовясь.  — Шутка! Хахах, шучу я, Артём Алексеевич… Так ведь в России обращаются к старшим, да?  — Я здесь не шутки шучу, Сухбат… — скаля зубы, ответил Артём.  Зубери и Мишель лишь наблюдали. Мишель прикрыла рот ладонью, выставляя на показ крашеные ногти, скрывая ехидную улыбку. Громила же молча наблюдал, прищурив глаза.  — Пацан, уйди отсюда. Я просить не буду дважды, — пригрозил Шрам, мгновенно достав пистолет.  — Шрам, не надо… Я сам проучу подлеца, как начальник, — остановил жестом Артём.  Внезапно парень кинулся на главу мафии, доставая из кармана шприц. Шрам попытался выстрелить, но Артём успел поймать руку.  — Медленно, Алекс, — сказал Артём, сжимая запястье парня словно тиски.  Кости затрещали от боли, тот начал стонать. Внезапный удар с правой руки в челюсть… Но Артёму было плевать. Тот лишь закрыл глаза, не ожидая удара.  — Ты кем себя возомнил, отброс?! — рявкнул глава, кидая в стену доходягу. — Тебя послали, да?  Сухбат встал, подрагивая от броска в стену.  — Хах, ебучий клоун… Ты моего брата ебнул… Вашингтон, 2019 год, не помнишь? Ты тогда со своим отцом пришёл в подполье свою власть показывать… Ебнули всех, включая брата…  Ответ Артёма был громкий крик, а за ним и удары. Удар, удар, удар — и Сухбат… был мёртв.  — Сука… СУКА… НАДО БЫЛО ВНИМАТЕЛЬНЕЕ СМОТРЕТЬ! — прорычал глава, доставая пистолет. — ВЫ ТОЖЕ УБИТЬ МЕНЯ ХОТИТЕ, А?!  Зубери отрицательно покачал головой, а Мишель лишь хихикнула.  — Нет, начальник… Я здесь по работе, а не из-за мести. Месть не по мне.  Дверь снаружи открылась, впустив холод с улицы. Послышался скрежет металла об металл, сопровождаемый тихим голосом.  — Неужели кровь пролилась… — произнёс незнакомец, шипя как змей.  Из тени выполз высокий, жилистый мужчина с белыми волосами. Он был одет в чёрную кожаную куртку, чёрные джинсы и белые ботинки. На правой руке сияло кольцо с бриллиантом, а в глазах сверкал голод. Звериный голод.  Артём встал, отряхиваясь от крови на костюме и руках, делая вид, что ничего не произошло.  — Представься, живо.  — Тарик Аль-Фахи, Артём Алексеевич… — прохрипел Тарик, смотря на тело убитого. Он прямо желал его, язык у губ не даст соврать.  — Кличка? — растерянно приказал Артём.  — «Тихий ужас» и «Страх ночи», — ответил Тарик.  — Хорошо… Так, у меня дела. Алекс, объясни им, что и как, хорошо?  — Да, я сделаю, — холодно бросил Шрам, уставившись на Артёма.  Босс нервно взял с собой двух крупных мужчин в пиджаках, умчался в ночь города.  — Тарик… — обратился Алекс, глядя тому прямо в глаза.  — Да? — игриво улыбнулся Тарик, поднимая бровь.  — Ты ведь… из этих?  — Да, а что, я как-то выделяюсь? — саркастично спросил Тарик.  — По глазам видно, — сказал Зубери.  — И пахнет, — с отвращением протянула Мишель.  — Ладно, твой выбор, только не смей угрожать боссу. Такие как ты — редкость, так что…  — Говори план уже, — раздражённо сказал Тарик.  — Хорошо…  …  Манхэттен. Особняк. — Екатерина, я дома! — радостно сказал глава семейства, вешая одежду.  Дом его встретил тишиной, но вскоре показались тихие шаги. Это была Екатерина — жена Артёма. Но жена встретила его с недовольным лицом.  — Где ты был?! Что за переполох в порту ты устроил?! — шёпотом отчитывала Екатерина.  — Погоди, я всё объясню! Это была само…  Его перебила пощёчина. Хлёсткая, горячая, словно хлыст с шипами. На лице Артёма на секунду появилась ярость, но она тут же ушла.  — Ты обещал, что и пальцем никого не тронешь!  — Кать… Это была самозащита… — промолвил Артём, держась рукой за место удара. Его взгляд упёрся в пол.  — Самозащита? А может, ты опять кого-то убил, и тебе решили отомстить?  — Катя… Я честно говорю, это была самооборона…  — Погибли много невин…  — Да! Но на нас напали, уничтожили наш порт, убили обычных работяг, жестоко, ты даже не представляешь как. Я знаю, что обещал, но напали на нас… Ты знаешь, как я вас люблю, знаешь, как дорожу наследием отца… Я люблю вас, именно поэтому я и дал отпор.  Артём обнял Катю. Крепко, прижимая её голову к себе.  — И Ваню люблю… И тебя люблю… Я хочу спать, я очень устал…  — И я…  — Скоро вы полетите на Алтай, пока я тут… Да. Ради вас же.  — А Алексей?  — Папа… Пусть он побудет со мной… Пойдём спать, я очень сильно хочу спать…  ... Больница номер 166. 16 палата. На кушетке лежало неподвижное тело, обмотанное бинтами и подключённое к аппарату жизнеобеспечения. Пульс был слаб, но стабилен. На улице шёл дождь, гром гремел с дикой силой. Это был Лукас Родригес. Рядом с ним сидела низкорослая брюнетка, с большим животом. Она покачивалась, слезы текли по лицу. - Л-л-лукас.... Господи, боже... - мямлила жена, держась за мокрое от слез лицо. Лукаса успешно доставили в больницу люди Артёма, после неудачной стычки с Сергеем, с огромными переломами в области груди, повреждениями брюшной полости и переломами верхней и нижней челюстей, трещины под глазницами, что глаза лишь благодаря положению тела лежа не вылетели из головы. Врачи ужаснулись больше не с самих травм, а с того что Лукас вполне себе выживет после такого. Травмы на его теле выглядят так, что его сбила фура, но точно не человек. - Пожалуйста живи.... У тебя будет двойня - мальчик и девочка! Представляешь? - спросила женщина, ломанно улыбаясь. ... Чикаго. Подполье. Тренажёрный зал. Тренажёрный зал, явно спроектированный с большим вложением средств, выглядел больше жутко, нежели спортивно. Большая лужа пота, пахла просто отвратительно, но она ещё и смешивалась с запахом железа и бетонного пола, что давало просто головокружительное комбо. В помещении горела всего одна лампочка, но этого с головой хватало чтобы увидеть его. Быка. Огромный рыжий человек, от чьих просто нечеловеческих мышц исходил дичайший пар, словно он после бани на морозе. Огромная, нет, гигантская шея, которую казалось, не повредит танк выстрелом, показывала все сухожилия от напряжения. Руки - два толстых дубовых брёвна, способные в прямом смысле этого слова оторвать кому-нибудь хребет с корнем, просто шутки ради. Огромные бицепсы и ужасающий величиной трицепс, лишь подчёркивали эту мощь. Мышцы груди были просто огромными. Они были словно бронепластинами, биологического происхождения. Даже не понятно, сможет ли пуля прорвать сквозь эти мышцы, или она отскочит даже не от них, а от страха перед ними? Ноги... Если руки бревна, то ноги - дубовые стволы на мутагенных удобрениях. Они раздавили бы легковушку с лёгкостью, что уже говорить об бедном человеке. И наконец-то спина. Апогей эпоса тела гиганта. Трапеции, массивные и толстые, способны поднять казалось бы, даже носорога, оторвав ему голову заодно. Широчайшие - просто литая скульптура, а не мышца. Титанические масштабы и колоссальное сечение при нагрузке... На это можно смотреть вечно. Закончив упражнение на бицепс, Гигант сел отдохнуть. Штанга, с гулом упала на землю заставив трястись стены от тряски. Со стен посыпалась штукатурка. - Фух, блять, я заебался... - устало рявкнул Кевин Озборн, смотря в зеркало. - Не, ну, короткая стрижка мне к лицу. Рюки, полотенце! В помещении прибежал маленький мужчина, похожий на мальчика, протягивая полотенце. - Что по Колумбийцам? Они начали сыковать? - Сэр... - протянул испуганный голос. - Такими темпами вы наше убежище уничтожите... - Колумбийцы, Рюки. - Да, хорошо... Они в упадке, а ваши атаки на их точки только сильнее их подкосили. Они грызутся между собой, скоро вот-вот поднимутся восстание против главы. - И я в этот момент и нанесу удар, забрав власть в свои руки... Вот видишь, Рюки! - Что? - Стратегия и мне даже не пришлось почти людям крышу сносить... Хотя честно говоря, стрелок из меня хуевый, как и балерина. Но ничего. Скоро нанесу удар и Колумбийцы прогнуться под меня. А тебя, так уж и быть, последствие инцеста двух бананов, я оставлю в покое. Даже надбавку к пенсии дам, зато что спас меня. - рассмеялся Бык, раскрывая зловещую улыбку. - Кто-нибудь из моих наложниц родил ребёнка? - О них пока толком ничего не известно, но насколько мы можем знать, две девушки смогли вынести ребёнка. Но обе погибли, а дети вместе с ними. - Ну и хуй с ними. Мне не проблема выебать ещё какого-то.Но меня интересует не это... - С-с-сергей? - ДА! Я ХОЧУ РЕВАНШ! - Сэр... - М?! - хмыкнул Кевин, поворачивая безумный взгляд на Рюки. Тот сразу замолчал и ушёл к себе. -" А мне нравится тренироваться! Чувствуя себя как тогда, при учении в Китае... Спасибо мастер, за прием, которым я тебя убил! " - благодарил Кевин сенсея. - "Я доведу твое боевое искусство до совершенства, не беспокойся! "