Серый Волк

Оружейная была больше похожа на цех, чем на оружейную. Везде плакаты металл-групп. На стенах висело то, что косит упырей, как коса траву: автоматы, снайперские винтовки, гранаты, дробовики и РПГ. Чуть дальше находилось отделение с броневиками. Сергей вошел. Тут пахло потом, порохом, ржавчиной и, кажись, гнетением. Темные тона стен, кое-как светящаяся лампочка больше пугали, нежели наоборот. Идя вперёд, Сергей увидел бронежилеты на станках. Они отличались от обычных. Другое покрытие, другое строение. От них даже пахло другим. Повернувшись, Сергей увидел. На стене, в самом конце оружейки, висел крест. Деревянный, кое-как обрезанный, на грубую руку. Чуть ниже, за стеклянной панелью, лежали они. Орудия рода людского. Меч. Хотя по размеру больше подходит на клинок. Он был простым, с обычной рукояткой. Снизу была надпись: "Меч Владимира Красное Солнышко". Далее, рядом с мечом, был щит. И вот он действительно был великолепен. Яркий, изукрашенный языческими узорами, змеями и луной по середине. Внизу красовалась надпись: "Щит Кощея Бессмертного". Но ни то, ни другое и близко не стояли с тем, что лежало по середине. Древко было старым, шершавым, но на вид твёрдым и неприкосновенным. Наконечник был создан из неведомого металла. Он был белым, вырвиглазно белым. На его древке остались следы человеческих рук. Резкая боль в ребре ударила Сергея. Из его рта пошла кровь. Глаза утонули во тьме от агонии, но ровно на секунду. Один взгляд на это копьё, но сразу же — невыносимая боль в боку. Резкий, хриплый, словно звук скрипящей двери, голос прохрипел у него над ухом. — Интересно, новичок? Сергей отпрыгнул назад. Над ним стояла жуткая фигура. Мощный торс с волосами на груди. Плечи были большими, широкими. Шея толстая, словно у бегемота. А спина... мышцы спины виднелись снаружи. Предплечья были грязными от мазута, но с ним в армрестлинг играть смертельно опасно. Оторвёт руку с ключицей. Но самое страшное было не это. Его лицо. Правый глаз был впалым, словно у старика. Лицо было квадратное, ровное, с яркими линиями челюсти. На лбу виднелся шрам, переходящий на левый глаз. Точнее, то, что должно было быть там. Вместо глаза там была рваная картина из шрамов, костей и укусов. Даже глазницы не было — на месте раны была гладкая кожа. Весёлый до безумия смех оглушил округу. Отец Михаил схватился за голову и заржал как не в себя. — БУГАГАГАГА! ВИДЕЛ БЫ СЕБЯ, НАХУЙ! БУГАГАГАГА! Пацан, тебя Сельгус прислал? — Д...Да.. — промямлил Сергей. И этого мужика зовут Отцом? — БУГАГАГА! Что, испугался, сыкло? Не боись ты, я тебя не выебу, доходяга... На Копье Лонгино засмотрелся, да, пацан? — Какое копьё? Взгляд Михаила, толи радостный, толи злой, хотя по его лицу не отличить, упал тяжелой горой в душу Сергея. — Значит, не читал. И молодец, ныне с этого деньги скребут. — он наклонился к Сергею. — Все в православии коррупционеры. ДО ЕДИНОГО! Скребают деньги лопатами, пока бедные бабушки умирают с голода! КАКОГО ХУЯ, ПАТРИАРХ ДМИТРИЙ, НА ЯХТЕ БЫЛ ЗАМЕЧЕН?! ПОЧЕМУ, БЛЯТЬ! Но ладно православные, католики, блять, нахуй, хуже! Эти черти в Ватикане детейшек ебут. Это блять, даже не смешно! А протестанты... ОХ БЛЯТЬ, У МЕНЯ, СУКА, НАХУЙ, СЛОВ НЕТ! ОНИ БЛЯТЬ, ФАРИСЕИ ЕБАННЫЕ, ХУЖЕ НЕЧИСТИ И ЗМИЯ НАХУЙ. ТУТ ДАЖЕ ИИСУС ХРИСТОС НЕ ПОМОЖЕТ! — "Безумец. Точно, безумец!" — подумал Сергей, вставая на ноги. — Ыы? А, точно... — сказал Михаил и поднял Сергея. — Извини, не сдержался... Но ты это, эээ... Не обессудь, короче, понял? Пойдем, я тебе оружие дам. Тебе ведь Сельгус, вампир ебучий, дал информацию о нечисти? — Ну, он не рассказал про то, как с вампирами бороться... Михаил сжал зубы. — Естественно, он ведь упырь. Короче, у них слабость — это громкий звук и уши. Они пидоры ловкие, не заметишь, как твоё достоинство будет у них на клыках. Из-за своей ловкости у них в ушах хрень, что за равновесие отвечает, крайне чувствительна. Ультразвук для них как мелом по доске. Андерстенд? — Да. Но... — Сергей повернулся к оружию. — Что это? На месте, где Сергей сплюнул кровь, ничего не было. Словно Сергей не кровоточил вообще. Отец Михаил резко сбавил тон. Он стал смиренным, тихим. — Это — орудия нашего рода. Меч принадлежит тому самому князю, что Русь крестил. Это просто безделушка, так, поставил сюда, дабы понимать, что он. — Михаил ткнул пальцем вверх. — Есть. А щит уже трофей. — Он действительно был..? Кощей. — тихо спросил Сергей. — Да. Но сейчас мёртвый лежит. Его убили во времена крестовых походов. По крайней мере, так говорят. На лице Драгунова появился ужас, смешанный с вопросом. Но Михаил лишь усмехнулся. — Тебе это не важно. У нас сейчас другой враг. Кровавый Рассвет. И именно они, Сергей, виновны в той резне в Новосибирске. ... Что-то откликнулось. В глубине груди, где-то за сердцем, что-то пошевелилось. ... Сергей потребовал. — Расскажи мне об этом. — Ого, а ты не тюфяк! — его лицо разлилось в широкой улыбке. — Для начала, кто такой Змий. Змий — враг, враг всего нашего рода. Я не знаю, кто он, но как говорят текста... Он тот самый Змий из Эдема. Ты же знаешь историю об Адаме и Еве? Он тот самый, кто искусил Еву на укус. И наш долг — всеми силами уничтожить эту ересь во плоти, даже если убьёмся. В основном он ходит в белом пиджаке и маске... Пиджак и маска. Сергей вспомнил. Слова деда перед смертью. Про то, что ни при каких обстоятельствах нельзя соглашаться с человеком в пиджаке и маске. — ... Но также он способен менять свой внешний вид. — проговорил Михаил. — Кто или что из себя представляет Кровавый Рассвет? — спросил холодно Сергей. — Они сатанисты. Сатанисты и враги нашей веры. Они каннибалы, убийцы и насильники. Они верят в то, что служа Дьяволу, они попадут в "Святую Пещеру". Аналог рая, как я понял. Они поклоняются Антихристу, называя его Идеальным Сыном. А Идеальным Сыном, потому что аналог Христа. Только от их бога. Они готовы на всё ради своей цели. В Мурманске в феврале 2004 года на школу напали игиловцы. Взорвали, по итогу. Ты слышал об этом, да? — Да... У меня друг в той школе учился. У него отец милиционер там был... — Это их проделки. Они активно сотрудничают с террористами. Они часто нападают на деревни, города, но мы отбиваем их атаки. — Отец Михаил жестом позвал Сергея за собой. — Пойдем, че на месте стоять. Они пошли, отходя от реликвий. Сергей спросил. — Мне вот интересно... Что это за копьё? — Ах да, забыл рассказать... — стукнул Михаил себя по голове. — Копьё Лонгино — это самое сильное оружие человечества. Сильнее него только сам Господь Бог. Если ты не читал Писание, объяснение: в Риме был легионер. Ему дали задание проверить, что с трупом Иисуса Христа. А тот проткнул его бок своим копьём. А из бока Христа пошла кровь и вода. После этого копьё изменилось и стало тем, какое сейчас. Отпечаток рук, кстати, скорее всего, того самого легионера. — А что в нём такого? — Оно сильно, пацан. Если это оружие смогло ранить тело Господа Нашего Иисуса Христа, то для него любая иная плоть как масло. Его может в руках держать только человек, ибо для нечисти любое его касание закончится агонией. И кстати, им ты не убьешь человека. — Почему это ещё? — удивился Сергей. — Мы не знаем. В момент удара оно гнётся, разворачивается, всё лишь бы не попасть. Но если атакует нечисть — попадёт всегда. Именно поэтому Кощей и пал. Но опять же, я не могу говорить точно... — Я поверить не могу... Кощей... Иисус... Это шутка... Михаил оскалился, отчего Сергей заткнулся. — Осёл. Пред тобой умирали нечестивые, пред тобой был вампир, что видел царя, и перед тобой лежит оружие, способное убить Бога. Как можно быть настолько тупым?! ... Шевелится. Идёт на звук. Лапа чешет сердце. ... — "Завались, фанатик... Где был твой Бог, когда моих товарищей резали и убивали, а?" — шипел Драгунов, но в мыслях. — Но ладно, ты тут в конце концов за оружием... — буркнул Михаил. — Для начала важное уточнение — свинец далеко не панацея. Им можно убить нечисть, но либо шквальным огнём, что неэффективно, либо надо иметь глаз орла. А у тебя нет ни одного, ни другого. Особенно когда твой враг не человек. Поэтому мы используем освящённые пули и снаряжение. — Святой водой что ли ополаскиваете? — пошутил Драгунов. Михаил громко засмеялся. — БУГАГАГАГА! Скажешь тоже, пацан. Нет, мы используем науку. Бог дал человеку волю творить самому, вот мы и творим, правда, штуки для уничтожения. Думай, плюс это или минус... Химический состав в пуле помогает либо сводить регенерацию нечисти к минимуму, либо увеличивает летальность. Я, кстати, хочу тебя удивить... Сергей многозначительно поднял бровь. Михаил почесал затылок и спросил. — Ты ведь Драгунов? Сергей хмыкнул. — Да. Внук Петра. Михаил оглядел Сергея с ног до головы. — Не похож... Дед-то высокий был. А ты, видимо, в папу пошёл. Но ладно, че я спросил-то. Твой дедок учителем моим был. Иногда заезжал к нам на пенсии, инструктором работал. Я его пистолет ремонтировал, думал, на память оставить. А вот прикол, внук его тут. Я тебе сейчас пистолет подгоню... Он потянулся к старым железным ящикам. Сквозь грязные бумаги, банки с химикатами и даже, внезапно, откуда-то появившиеся бутылки коньяка, он отыскал пистолет. Большой, чёрный, с белым магазином и синим покрытием сверху. Михаил, перед тем как отдать его Сергею, посмотрел на него, будто проверяя. — Ты только это... Не порть его. Я твоего деда уважал, только детали не дешёвые. А так, стреляет этот танк нормально так. С непривычки отдача лишит тебя правой, с петухом играть не сможешь. Но бьёт, не дай Бог здоровья. Он из этого танка двух альф убил. Думаю, говорить, что было с остальными, не стоит. Сергей взял в руку пистолет. Лёг как родной, но чувствовалась рука Петра. Он был не слишком лёгким, но и тяжёлым назвать нельзя. Идеальный баланс. — Отец Михаил... — Можно Миша. — Хорошо... Миш, а можно узнать, насколько мой дед хорошо стрелял? — Его за стрельбу маэстро назвали. Всё, что могу сказать. Ибо то, как и в кого он стрелял, это надо видеть. ... Собрав обмундирование, Сергей собирался уже было уходить, как внезапно его остановил голос Михаила. — Погоди, ты уже уходишь..? Сергей с недоумением посмотрел на него. — Эм.. Да, а что-то ещё? Взгляд Михаила впервые за разговор стал наподобие грустного. — Может, посидишь немного, а? На Копье посмотришь. Оно ведь красивое... Красивое ведь, да..? — Эм... Не, спасибо. Михаил опечаленно вздохнул и просто махнул рукой. Его могучий торс сел за станок, принимаясь за работу.