Серый Волк

Чечня. Грозный. 9 апреля 2009 год. По разбитому войной столице с миссии возращался, ещё не испорченный болью Михаил. Два глаза были целы, прекрасно видели. Не было шрамов на лице. Самое обычное человеческое лицо. Скоро война закончится, скоро не надо проливать ничью кровь. Взрывы гранат — останутся в прошлом. Выстрелы больше никогда его не потревожат. Он никогда не увидит ни военных, ни тх технику. Закончит с работой военного и уделит время жене. Беременна. Но это уже, никогда не произойдёт. Идя по пустынной улице, Михаил краем уха услышал детский плач. По голосам, плакали мальчик и девочка. Они доносились из пыльной девятиэтажки, на третьем этаже. Михаил устал. Ему не хотелось спасать ещё кого-то. Конец войны, скоро верхушка все подпишет и конец. Он хотел бросить этих детей, ибо сам устал от всего. От войны. Но что-то не давало ему это сделать. Совесть? Стыд? Или банальное чувство справедливости? Возможно, все разом, или ничего вовсе. Он зашёл в дом. Плач доносился из скромной однушки. Когда Михаил выбил плечом дверь, он увидел. Подростка мальчика и маленькую девочку, лет трех. У девочки была ранена нога — стекло оставило рваную рану на бедре, и осталось внутри. — Где ваши родители? — устало спросил Михаил, скорее для галочки. Он догадывался, где они. Они лишь сильнее заслезились, и горько застонали. Михаил вздохнул. —" Бедные... " Он подошёл ближе к девочке, протягивая к ней руку. Мальчик тут же рванул к нему, видимо, в попытке защитить последнюю кровинушку. Но он споткнулся и упал лицом вниз, и заорал от боли. Михаил не злился на него. Он просто обошёл его, и достал аптечку из пазухи. — Будет больно... Стерпишь? Нос маленькой шмыгнул, и она испуганно кивнула. Перевязав рану, Михаил взял её на руки. Она словно, и не весила ничего — кожа да кости. Мальчик же, с полными от ужаса глазами, уставился на Михаила. Кому верить? Отец ушёл куда-то месяц назад, и не вернулся. Мама... А мамы не было у них. После этого, они и остались одни. Ели что придётся. В холодной квартире спать было трудно, даже когда лежали вместе, под одним одеялом. Приходил сосед с топором. Он был очень злым и по трясущимся рукам, голодным. Они спрятались в шкаф, а он спокойно забрал последние запасы. — Как тебя зовут, мальчик..? — тихо, почти по-отечески спросил Михаил. — Г... Герасим.. — пробурчал Герасим, вытирая кровь с разбитой губы. — А ее Зухра. — Пойдем... Герасим встал, и пошоркал за солдатом. Выйдя из дома, Михаил вдали увидел странный силуэт. Он был чёрной коричневый, высокий и широкий. Оборотень. ... В наше время. Улица в поселке. Регенератор выстрелил из дробовика в упор вампиру. Лицо буквально превратилось в кровавое нечто, и тело перестало двигаться. Михаил с горящими ненавистью глазами побежал на встречу оборотню — медведеподобному созданию, чья рука была размером с ногу самого Михаила. Он зарычал, и бросился на Регенератора, толкач его головой назад. Михаил полетел как пушинка, а кровь вышла из рта огромной лужей. Это бы как минимум, убило, но не его. Он лишь харкнул красной жидкостью, и выстрелил ещё раз. В колено. Оборотень заскулил, но на инстинктах он вновь ринулся на Михаила. Огромная лапа ударила в плечо — треск сломанной кости был слышен отчётливо. Михаил сжал челюсти от боли. Но Гнев его, разразился в его сердце, выжигая все то, за что его можно назвать человеком. Правая рука нащупала меч сама. Резкий выпад. Пальцы шакала полетели назад. Оборотень затормозил, и Михаил проткнул его голову мечом через глазницу. Насквозь. Оборотень упал. Но Михаил знал, как такие твари могут удивлять своим внезапным возвращением. Ценой глаза узнал. Он нажал на точку на шее, а после, не дожидаясь трансформации, выстрелил в голову ещё раз. Закончив с отбросами общества, Михаил доложил по рации. — У меня зачищено. Жду указаний. — Предположительно, Альфа находится на кладбище. — ответил ему Соколов. — Жди отряд, не выходи в одиночку. — Понял. — сухо ответил Михаил, и сбросил. Он положил меч в ножни, и собрался было уходить в своей группе, как внезапно — быстрые шаги сзади. Михаил резко ушёл в сторону, но кулак незнакомца его достал. Михаил упал, а незнакомец в маске стал яростно бить его по лицу. — СВОЛОЧЬ! Михаил скрипя зубами, принимал удары. Но в моменте, ему это надоело. Он схватил незнакомца за воротник, и головой ударил в переносицу. Тот качнулся, и Михаил бедрами сбил его. Регенератор из-за внезапности не успел даже разглядеть нападавшего, но сейчас смог. Перед ним стоял молодой парень, лет двадцати по телосложению. Сальное лицо, перхоть на волосах — это все прямо кричало о том, что ванна для него чужда. Ярослав завизжал. — СКОТИНА, Я УБЬЮ ТЕБЯ, МРАЗЬ! А Михаил... Не ответил. Он просто вытащил дробовик, и выстрелил тому в грудь. Ярослав даже понять ничего не успел. —"НЕТ! Я ЖЕ, КАИНИТ, Я НЕ МОГУ ПРОИГРАТЬ... Я ПРОДАЛ ДУШУ! Я ЖЕ... " Михаил не церемонился. Нажал на ещё три раза, а после, отрубил голову. И именно так в основном, и кончают все те, кто пошёл к Змию. Но тут был не только Ярик. Из разбитого частного дома вышел Герасим. Он был одет в тёмный оккультный костюм, с змеями на груди. На шее у него висела цепочка с перевёрнутым крестом, а на животе вырисовывался символ Кровавого Рассвета — Красное от крови солнце, с перевёрнутым Крестом по середине. Лицо было скрыто маской. Она была похожа на маску Змия, но она была черно-красной. Михаил хотел уже ещё раз повторить то, что сделал с Яриком, но патроны кончились. — Блять... Герасим побежал на него. Из его предплечий вышли когти, разрывая одежду. — АВЭ АНТИХРИСТ! Михаил уклонился от удара, и всадил в скулу гуля кулак. Сломанное плечо почти восстановилось — регенерация работала также быстро, как у гулей. Герасим стерпев тычку, рассекнул по воздуху — но Михаил ловким движением меча парировал его выпал когтями, и не уходя от кассы, рубанул по груди, пустив кровь Герасиму. Тот фыркнул от боли, и вспорол предплечье Михаила в попытка отрубить руку, но не вышло. Они оба отпрыгнули друг от друга. И тогда, Герасим заговорил. — Так ты значит, тот самый, Отец Михаил? — он цинично хмыкнул. — Смотрю, тебя хорошо так жизнь помотала... Михаил лишь поднял бровь, не вдупляя что этот горлатый несет. Герасим сказал. — Слышь, христианин помойный... Ты ведь в курсе, кого убил? Я про того бедолагу говорю. Михаил отрезал. — Иди нахуй. Он уже замахнулся мечом, но буквально одна фраза Герасима заставила его подкоситься. — Ему ведь, и семнадцати не было... Михаил на мгновение замер. Он понимал, что это может быть банальная дешевая попытка получить преимущество. Но... Когда люди продают душу, они меняются внешне. Набирают мышц, становятся выше. А вдруг... Нет, это ложь. Верить слуге искусителя? Вопрос риторический. — ЗАТКНИСЬ! — ответил Михаил, взмахнув мечом. Лезвие когтей Герасима вспороло щеку Михаила, обнажив десна, но тот словно робот проигнорировал это, и проткнул мечом грудину. В сердце не попал, но был близок. —" СУКА! " — испугался не на шутку Герасим. Лезвия вошли в живот Михаила, пронзив его насквозь. Регенератор забарахтался на них от боли, отчего когти вошли глубже. — ЕБАННЫЙ... СУКА! Они оба застряли в этой ситуации. Никто не мог отпустить — потеряют преимущество. Но и продолжить никто не может — оружие внутри их тел. Внезапно, Михаил почувствовал. Его кожа... Горит?! Он отпустил Герасима, и отпрянул назад. Кожа на его плавилась, словно бумага на костре. Он рукой провел по лицу и понял. —" Яд... " Герасим не спешил нападать. Меч почти задел его сердце. Это очень страшно, адреналин переполнял его жилы. —" Пять сантиметров... Я чуть не умер... Нет, я не могу умереть. Я слишком мало сделал для него... Змий... " Герасим любил Змия. Возможно, не только как отца. Он приютил их с сестрой, когда Михаила разорвал на части оборотень. И тогда, он и понял, что значит быть человеком в этом мире. Где был бог, когда их отец бросил? Где был бог, когда последние припасы забрал сосед? Где? Ни одна причина не оправдывает бездействие такого создания. А Змий? А Змий его спас. Дал дом. Семью. Сделал сильнее любого человека. Сколько людей умерло лишь от взмаха меча по груди? А Герасим стоит и дышит. Только, сестра не захотела продать душу. Герасим долго колебался, но Змий настоял. Если он её убьет, он покажет насколько он любит и ценит Змия. И он это сделал. —" Я люблю тебя Змий... Я обожаю тебя, Антихрист... О, Дракон, молю тебя, дай мне сил на это! " — вопил Герасим, медленно подходя ближе к Михаилу. —" Бог людей жесток. Он говорит, свобода воли есть, но какая свобода воли, за что-то плохое, я попаду в Ад? Это априори не свобода воли, ибо кто в здравом уме будет делать что-то плохое? А ты, Змий, дал мне её полностью... Я могу насиловать столько девушек, сколько ни один богач. И мне, ничего не будет. Я могу пить кровь, и насыщаться ей. И их Бог будет стонать на кресте, не в силах что-либо сделать. А этот... " — он посмотрел Михаилу прямо в глаза. —" Слишком слаб. Он себя спасти не смог, не то что нас. Я его и за это, и ненавижу. Я буду долго насиловать твой труп, святоша... АВЭ АНТИХРИСТ! " — СОРОГА!!! — завопил диким голосом Герасим. Михаил хотел вспороть ему брюхо мечом, но жгучая боль была сильнее. Когти Герасима прошлись по животу, пустив кишки наружу. Михаил закричал от боли. Регенератор, но болевых ощущений он не лишился. Рвота вылетела наружу. Герасим ржал над Михаилом. Смеялся, с его слабости. С его лица, оголённого до мышц. Но... Что говорил Михаил Артуру? Нельзя сдаваться. Никогда. Ибо сдашься, станешь таким же как и они. Михаилу было жалко в некоторой степени этих ублюдков, но это скорее, снисхождение. Он ненавидел их не меньше, чем жалел. Но спасать их, он не собирался, и не собирается. Они и не хотят, чтобы их спасали. Надо победить вопреки. Михаил пальцами вцепился в глаза Герасима, выдавливая их. Культист махал руками, пытаясь сбить Регенератора. Он отпнул его от себя, и крикнул ему. — КАКОМУ БОГУ ТЫ МОЛИШЬСЯ?! КАКОМУ, БЛЯТЬ?! А Михаил спокойно ответил. — Праведник семь раз упадёт... И один раз встанет... Он оторвал последний лоскут кожи со своего лица, оголяя свой второй изувеченный глаз. Это было гнилое глазное яблоко, с двумя отверстиями, оставленные от оборотня в Чечне. — АМИНЬ... БЛЯТЬ! Последнее слово он прокричал в агонии. Михаил с выпущенными кишками ударил Герасима в лоб. Тот хотел было уже добить Регенератора в сердце — их слабое место, но Михаил перехватил его лезвие и ударом локтя сломал его надвое. Герасим завизжал от боли, и проткнул шею Михаила. Он начал задыхаться... Но сдаться? Умереть? Пасть? —" НИКОГДА! " — прокричал Экзорцист, хватая руками горло Герасима. Он коленом наступил на целую руку Герасима. И стал дубасить головой в лицо Культиста. —" У МЕНЯ НЕТ НИЧЕГО! " — молился грешник. —" НИ ДРУЗЕЙ. НИ СЕМЬИ... Я ВЫРОС СИРОТОЙ В ПРИЮТЕ!!! НО... НО... Я НЕ МОГУ...! НЕ МОГУ Я!! ГОСПОДИ, ПРОСТИ, ПРОСТИ, ПРОСТИ, ПОЖАЛУЙСТА, ПРОСТИ, Я НЕ... ХОЧУ! " Запах его собственных внутренних органов вонью царапал его нос. Но он не сдавался. —" Я... Я НЕ МОГУ!! Я... ПОМНИШЬ, КАК Я ГОВОРИЛ С ТОБОЙ В ПАРКЕ, ГОСПОДЬ?! МНЕ НУЖНО ОТВЕТА!! Я... Я ЗНАЮ, ТЫ СО МНОЙ!!! ИИСУС, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ УХОДИ... ПОЖАЛУЙСТА!! " И когда он своим лбом разбил маску Герасима, он не переставал молиться. —" ПОЖАЛУЙСТА, ИИСУС, Я ЗНАЮ, ТЫ ВИДИШЬ... Я УЖАСНЫЙ ЧЕЛОВЕК! Я ХУЖЕ, Я ХУЖЕ ИХ ВСЕХ!! " Он буквально почувствовал, как что-то длинное выходит через дыру в животе. Вязкое чувство того, как жизнь выходит из него. Он блеванул прямо на лицо Герасима, но хватка становилась сильнее с каждым мгновением. —" Я... Я очень плохой человек... Очень... Пожалуйста... Христос... Дай мне, хоть, одного друга, с которым... Можно... Поговорить... " — жалобно попросил Михаил. Из его глаз покатились слёзы. Герасим терял сознание с каждой секундой. Он хотел откусить пальцы Михаил, но челюсть сжалась от напряжения так сильно, что она вышла сама по себе. Свободной рукой, которая лишилась лезвия, он копошился в животе Михаила — пытался достать до сердца. Но тяжёлое чувство свинца в его предплечье не давало ему это сделать. И тогда, он увидел его. Змия. Он спокойно стоял над Михаилом. Он не вмешивался. Он лишь смотрел. С улыбкой смотрел. —" ЗМИЙ... СПАСИ... МЕНЯ! " — попросил Герасим. —" Нет. " — ответил ему Змий. И он просто исчез. Оставив Герасима в этом жестоком, больном и грязном мире. Герасим отпустил хватку. Отключился от удушья. Михаил вытащил нож и несколько раз вонзил в сердце. —" Спасибо тебе... Господи... " — выдохнул Михаил, и упал прямо на мёртвого Герасима. И он так и не понял, кем был Герасим. Он так и не вспомнил. Но... Герасим ли это, а не очередной гуль? ...