Недолюбливает

      Вуд сидел на диване около камина, смотря на огонь невидящим взглядом и размышляя о только что добытой информации.       Встретив близнецов Уизли — Фреда и Джорджа — которые только что вступили в Гриффиндорскую команду по квидичу, он сразу же попробовал завязать разговор. Парни уже успели прославиться на всю школу своими выходками, так что Оливер был уверен, что эти двое смогут задать жару их оппонентам. В какой-то момент диалог свернул на Перси и на Оливера сбросили бомбу:       «— Перси? Так он ведь недолюбливает квидич.»       Оливер пытался сложить мозаику воедино, но у него не получалось. В голову всё время лезли воспоминания, которые пытались доказать ему лживость слов близнецов.       Не выдержав, юноша подорвался с места и чуть ли не бегом пошёл в спальню, которую делил с Перси. Зайдя в комнату, он притормозил, аккуратно закрывая дверь.       — Ты чего такой нервный? — полувесёлый тон рыжего заставил на секунду впасть в ступор.       — Да так… близнецы. — пожал он плечами.       Выражение лица главного претендента на Гриффиндорского старосту мгновенно стало хмурым.       — Что эти шкодники опять натворили? — Перси тяжело вздохнул, тон его голоса был усталым и обречённым. — Клянусь, если меня вызовут в кабинет директора…       Вуд вздрогнул, понимая, что его друг сейчас надумает себе чересчур много лишнего и быстро его прервал:       — Ничего такого! — Перси посмотрел на него недоверчиво-прищуренным взглядом. — Они всего-лишь нашептали тут мне, что ты, как оказалось, недолюбливаешь квидич.       Последние слова были с маленьким налётом обиды. Оливер не понимал ни действий, ни их причин человека напротив.       — Ну… это, вроде как, и не секрет? — неуверенно произнёс Уизли.       — Тогда почему ты не пропустил ни одного матча за все эти годы? — Оливер начал активно жестикулировать, как будто это могло помочь ему донести свою мысль «более правильно». — Ты ведь каждый раз сидишь на трибуне с разукрашенным в Гриффиндорские цвета лицом и не отрываешь взгляд от поля!       Перси на пару секунд застыл. Вдруг он фыркнул и Оливер заметил слегка подрагивающие плечи. Встав со своего места, Уизли спокойно подошёл к нему. Ставшая до невозможности мягкой улыбка то и дело притягивала сопротивляющийся взгляд.       — Что ж, тогда позволь мне просветить тебя. — Перси положил руку ему на плечо, нежно смотря прямо в глаза застывшего на месте Вуда. — Я болею не за игру — я болею за одного конкретного игрока.       Оливер смотрел на лицо соседа по комнате открывая и закрывая рот, будто выброшенная на берег рыба.       — А краска..? — всё же попытался, немного придя в себя.       Перси хихикнул, на секунду прикрывая глаза. Хихикнул, мать его. Оливер был готов поклястся, что был единственным человеком во всём Хогвартсе, кто смог услышать этот потрясающий звук.       — Оли, ты когда-нибудь замечал, чтобы я позволял касаться своего лица кому бы то ни было, кроме тебя?       Если до этого сердце всего-лишь пыталось вырваться из груди как снитч из рук ловца, то теперь оно билось прямо в ушах, заглушая любые звуки, производимые не Перси. Особенно когда рыжий положил вторую руку ему на щёку. Уши загорели адским пламенем.       — А т-тренировки? Ты ведь был на каждой! Контролировал все до единой!       Покачав головой, Уизли начал мягким голосом просвящение:       — Я не люблю квидич. Но множество дорогих мне людей его обожают: начиная с моих родителей, переходя на братьев с сестрёнкой и заканчивая тобой. Мне совершенно не приносит удовольствия смотреть, как вы бросаете по всему полю сразу кучу мячей в неизвестных направлениях, пытаясь убить или покалечить другого. Но, — Перси провёл большим пальцем по губе Оливера, заставляя дыхание сбиться с ритма, — я обожаю смотреть как ты счастливо улыбаешься, когда мадам Трюк объявляет о добавлении лишних десяти очков и как ты сияешь, когда ловец наконец-то перестаёт пытаться угробить всех и вся на сверхскоростях и поднимает вверх руку со снитчем. Оли, я всегда смотрел только на тебя — я не вспомню даже что делал ловец или кто угодно другой на поле, но помню в деталях каждый трюк, который ты использовал, чтобы отбить мяч, которым тебе же пытались отбить ногу.       И пусть Перси одним своим монологом доказал слова своих братьев о своих чувствах к квидичу, но Вуду было откровенно плевать. Протянув руки и сжав в них талию будущего старосты, Оливер припал губами к губам. В ответ он почувствовал, как рука на плече медленно перешла на шею, обнимая, пока та, что лежала на щеке, пробралась к затылку.       Казалось, что прошли часы, прежде чем они отлипли друг от друга — хотя судя по небу за окном прошло максимум всего несколько минут. Улегшись на кровать Вуда, парни обнялись, а Оливер зарылся рукой в рыжие кудряшки.       — Перс? — вдруг позвал Оливер, продолжая перебирать рыжие локоны.       — М? — разморённый Уизли приоткрыл глаза и лениво перевёл взгляд на него.       — Мне перестать рассказывать тебе о квидиче?       — Только попробуй. Я тогда перестану рассказывать тебе об учёбе. — недовольно буркнул Перси.       Впрочем, уже через несколько секунд они оба смеялись.